ГЛАВА 22
Толком не слушая меня, парень продолжал нервно писать кому-то, постоянно вздыхая и потирая переносицу. Сжимал и разжимал кулаки, будто вот-вот, и это место взлетит на воздух. Бедный, на взводе весь. Я посмотрела в его глаза, те были как тогда на недопрогулке по набережной, после вопроса. Дикие, неконтролируемые. Но сейчас я не хотела бежать и биться в криках о помощи. Может, получится укратить этого зверя?
Я положила ладонь и голову на его вздыбившуюся грудь, тот сразу же замер и ели выдохнул. Процесс пошёл, продолжай, Адель. Другой рукой я убрала его пальцы с телефоном от его глаз и стала вести кистью вверх, от груди к плечам. Я довела руку до шеи, обхватив её ладонью, и потёрла большим пальцем по скуластой гладко выбритой щеке. Он посмотрел в мои глаза, те были вновь расслабленными и нежными. «Ну какой же ты податливый, как котёнок...» подумала я и обхватила широкую шею и второй рукой. Смотря, то на глаза, то на мои губы, Косарёв нежно обхватил мою талию одним хватом, чуть наклоняясь и притягивая меня к себе. Я поддалась, обжигая быстрым дыханием его ключицы. Наши лица в считанных сантиметрах друг от друга, глаза прикрыты, а губы чуть отомкнуты. Лишь сбивчивое дыхание парня и крепкая рука на талии держали меня на ногах. Остался момент до жаркого поцелуя, но сквозь гулкую дробь сердца, слышу из динамиков в салоне автобуса: «Центральная Набережная, конечная остановка».
Меня как из ведра окатили, и сохраняя разум, я выдернула Власа из эйфории и выбежала с ним за руку из транспорта на холодную улицу. Я зачем-то повернулась и глянула в окна уезжающего автобуса. Через стёкла на нас пялились все пассажиры, включая полусонного мальчика с портфелем, который забыл закрыть от увиденного рот, бабульку в панаме, и кондуктора. Блин, да даже в девятом классе таких обломов с поцелуями не было! Додумалась же!
От набережной до дома мы шли молча. Будто и не было этого страстного момента в нашей биографии. Но признаться честно, поцелуй я не планировала, получилось всё в моменте. Я доверяла своим чувствам, которые ясно твердили мне одно и то-же слово, будто зачарованные «хочу». К его аккуратным, явно тёплым губам меня тянуло с неутолимой силой и я подчинялась этому желанию. И сейчас оно не уходит, только Влас, похоже, не в восторге от всего происходящего.
Идём. Я молчу, потому что он молчит, а он молчит, потому что опять сейчас взорвёртся.
- Остановись, а то огонь из ноздрей попрёт, - начала я, шёркая каблуками об асфальт. - Нет, серьёзно. Чего ты так взъелся? Я думала, когда ты тому вмазал тебе полегчало.
Тот без лишних слов, снова включил режим мамочки и натянул на меня свою ветровку. Опять идём молча.
- Влас, я не шучу! Ну подошёл он и подошёл. Вот будем сейчас весь праздник из-за него портить.
- Да посрать мне уже на этого Арсения Витальевича! Да, вмазал. Да, полегчало! - проорал тот.
- Не кричи на меня! - шикнула я. - А в чём тогда проблема?
Косарёв нервно зарычал, а я, уже не боясь, взяла его ледяную руку в свою.
- Не хотел я, чтобы всё было вот так! Всё получилось не так, как задумывалось, понимаешь?! День хотел отличный сделать, впервые без дурацких приключений на задницу! А получилось как обычно! План составил: ресторан, подарок, ночной город. Даже снег пошёл ажурный. А по итогу что?! Вышли из автобуса и идём домой с соплями? Вот какого хрена ты на каблуках так долго идёшь?! - он упёр взгляд на меня, будто схавает меня, как конфетку. В плохом смысле. - Иди сюда! - он тяжело выдохнул и моментом подхватил меня на руки, как пушинку.
От такого выплеска информации у меня закружилась голова, или потому что Влас идёт как терминатор, а я качаюсь на его руках, словно плюшевая обезьянка. Теперь уже я не знаю, что сказать.
Я чуть не заснула, пока мы шли до нашей лестничной площадки. Точнее, пока он меня не донёс. Около дверей, я уже сама спрыгнула с этого ложе, ведь ноги уже явно отдохнули. Я не хотела так быстро прощаться с парнем, по этому первой проскользнула в открытую дверь его квартиры.
- А где Санни? - не увидела я радостного белого хвостика.
- У мелкой, - коротко ответил тот.
Он взял домашние вещи из спальни и сказал, что ненадолго пошёл в душ.
Я уже как у себя дома залпом выпила стакан фильтрованной воды и прошла в спальню. Там решила стянуть с себя всю эту амуницию и, взяв вещи Власа со шкафа, переоделась.
Прилегла на кровать и зашла в соцсети, через новый телефон. Два сообщения.
Рябина: «Владарова, код красный! О ужас! *смайлик ужаса* Ты не поверишь!»
Рябина: *фото*
Я в недоумении прочла сообщения и свела брови к переносице. Что происходит? Открыв фото, мои глаза поднялись к макушке, а волосы встали дыбом. На нём Янкина рука, а на безымянном пальце правой руки кольцо с голубым бриллиантом. Рядом Санни грызёт синюю коробочку от кольца. Я немедленно набрала номер этой клуши.
- Что за нафиг?! - проорала я в трубку.
- Адулька, я тоже в шоке! Это так Дима мириться пришёл! Руку и сердце, видите ли у меня просит! - сказала та, и наигранно вздохнула. Будто с ней это уже не в первый раз.
- Своих мало, что-ли?! А ты чего?!
- А я дура, что-ли, соглашаться? Отказала, конечно! Но простила и оставила кольцо с белыми розами. Только Власе не говори, прошу, подружка! Кстати, а где мои розы? - Я выдохнула и похвалила подругу за наличие здравого ума. А у Димы мозгов явно меньше, чем у Санни. Предложение, ну даёт!
Pov: Влас
Упругие струи ледяного душа приводили в порядок агрессию в светлой ванной и расставляли все мысли по полкам. Нет, ну надо же было так обложаться и не знать, что админ ресторана и Арсений Витальевич как-то связанны.
- Придурок... - через зубы вздохнул я, чувствуя, как кровь шумит прямо в висках. Сейчас пик злости был лишь на самого себя. Заставил Владарову отказаться от всех её планов, чтобы только провести время со мной. Чтобы что? Чтобы полюбоваться пьяной рожей админа кафешки и поехать домой? Козлина. Эгоист!
Я натянул домашнюю одежду и зализал мокрые волосы назад. Смотря на отражение в зеркале, я прикрыл глаза и стал отсчитывать от одного до десяти, после залпом сожрал все три белые таблетки успокоительного.
Когда пришло время выходить из ванной, я встал в тупик. Адель же сидит в моей квартире, и как мне смотреть ей в глаза, после всего этого спектакля? Может, переждать здесь, пока она не уйдёт? Я спиной примкнул к холодному кафелю и откинул голову назад. Вдруг послышался глухой стук о пол, и я посмотрел вниз. Из кармана брюк выпала чёрная коробочка, которая ждёт своего выхода со вчерашнего дня. Я покрутил её в руках и, сделав решающий вдох, открыл дверь ванной.
Адель лежит на кровати в моей белой футболке с чёрной надписью «the word is gold», и в серых шортах. Печатает что-то в телефоне, глаза прищурены, а губы чуть приоткрыты. На момент я засмотрелся на них, ведь так и не ощутил их вкус и мягкость пол часа тому назад. А ведь оставались считанные секунды до этого. Её сбивчивое дыхание, тёплые пальцы на моей шее...
- Дыру во мне протрёшь, - спокойно сказала та, продолжая пялиться в телефон.
- Посмотреть уже не дают, - наигранно возмутился я и, будто мне не неловко, сел за компьютерный стол.
- Даю, но не три же минуты стоять как под гипнозом и пускать слюни? - она отложила телефон и приняла сидячее положение.
Взглянув в мои глаза, она посмотрела так, будто я маленький ребёнок, у которого только что отняли последнюю конфету. Это ей меня сейчас жалко?
Она выждала несколько секунд, как перед пришком в воду, а после, всё-же сказала:
- И как долго у тебя проблемы с агрессией? - шёпотом произнесла та, уже не глядя мне в глаза.
Моя спина покрылась ледяными мурашками от страха. Страха этого вопроса. Не сейчас. Я не хочу это обсуждать это сейчас.
- Не долго. Всё нормально. - Я отвёл взгляд в пол, как она, но моя дёргающаяся нога всё выдавала чёрным по белому.
- Я вижу, - ответила Адель. Внезапно встала с кровати и куда-то пошла.
Я приподнялся с кресла, проводил её взглядом. Она вышла из квартиры и силой захлопнула дверь.
Зашибись... ушла. Не, ну а что? Её можно понять. За какие-такие проступки я ей достался? И терпеть она меня не обязана. И вообще... Я чмо паганое. Да, именно оно. Она же мной интересуется, а я ей нож в спину. Идиот! Вот что сейчас делать? Идти за ней? Она явно ушла, не чтобы я в её квартиру ломился. А не пойду - ссыкло. Даже пусто как-то... Или я просто не привык жить без лая Санни?
Выключив свет в спальне, я упал на кровать и тяжело вздохнул. От простыни всё ещё исходил её аромат ванили и карамели, который я вдохнул носом, как пылесос и не хотел выдыхать. И всё таки, её здесь не хватает.
- Косарёв, а где у тебя ножи?! - донёсся из прихожей женский голос.
И зачем ей ножи? Заколоть меня решила? Пусть так и будет. Я весь в её распоряжении.
- Заходишь на кухню, слева от раковины ящик. Бери сразу для мяса, тот что побольше! - объяснил я и снова носом уткнулся в подушку.
- Какое, к собачьей бабушке, мясо? У меня торт! - воскликнула она, будто хвастаясь.
Я вопросительным взглядом посмотрел на дверь, которая тут-же открылась.
- Торт?
- Ну да! С Янкой сутра купили, а она видите-ли на диете, - девушка мило искривила личико, и указала взглядом на запечатанный торт в руке, - а в одну морду я не умну. Шоколадный, мой любимый. Будешь?
Не передать словами её невинное лицо, которое умилило меня больше, чем этот тортик в маленькой когтистой руке. На лице невольно вылезла довольная улыбка, которую я пытался скрыть весь вечер. И я тихо рассмеялся.
- Так ты за тортом ходила? - вытер я, подкатившую слезу от смеха.
- Ага. Жрать хочу ужас. Идём. Раз с рестиком не сложилось, давай хоть традициям не изменять, - она поправила шорты, которые чуть сползли на талии и потопала до кухни.
***
По её виду можно было смело сказать - торту она рада больше, чем собственному празднику. Не смотря на то, что у неё на губах до сих пор помада, видимо очень стойкая, она уменала большой бесквитный кусок, будто ест в последний раз. У меня самого перед носом стояла тарелка, но я снова, как придурок залип на эту оголадавшую.
Точно не могу сказать, когда именно понял, что нахлынули какие-то чувства. Изначально было в ней что-то манящее для меня. До сих пор задаю самому себе вопрос, что привлекло меня в ней больше всего. Фигура, насмешливые над жизнью серые глубокие глаза, или стойкий характер, которого раньше в девушках я не замечал. Скорее всего, всё сразу. Меня тянуло к ней даже то, что она слишком закрыта в себе. Как, когда смотришь на нераскрывшийся бутон розы и сразу знаешь, что он будет великолепным. Мне с ней спокойно.
Когда мы только познакомились она была подобна дикой кошке в чаще леса. Скрывалась, на некоторых даже нападала, но видимо, именно одиночество превратило её в нечто подобное. Сейчас она ручная, милая Лисица. Я бы даже сказал - маленький ласковый Лисёнок. Мой Лисёнок. Может даже замурчать, как только ей дашь в руки что-нибудь сладкое. Вот, как например сейчас.
Сидя напротив друг друга, мы тихо глядели в окно, за которым уже во всю царила яркая луна, окружённая мелкими светящимися пятнышками. Адель подпёрла подбородок рукой и раз в минуту тяжко вздыхала, будто ей исполнилось не двадцать два, а пятьдесят с хвостиком.
- О чём думаешь? - начал я, после очередного вздоха.
- Думаю, что хочу поиграть с тобой в игру.
Я удивлённо изогнул правую бровь.
- Там всё просто. Называется «Расскажи о себе, дурак», - пояснила та и подпёрла подбородок и второй рукой.
- Занимательно, - хмыкнул я, понимая, что сейчас будет.
В данный момент мой пыл осел на минус первый этаж здания. Я подумал. Потом подумал ещё раз. И решил, что такого идеального момента для рассказа Адель о моей жизни, больше не будет. Ведь нутром чуял, что она ждёт этого больше всего, а если обломаю и поберегу только свои нервы, не вспоминая обо всём прошлом, то могу потерять, либо её доверие, либо её саму в целом. Боюсь, что не успею схватиться за её руку, как на набережной, когда мне, как обычно снесло колпак и я забылся. Сейчас такой возможности не будет.
Прошли неловкие минуты. Был слышан детский смех за окном и вечерний гул машин, который звучал в разы громче, чем днём.
- Что ж... Я первый? - я сел поудобнее, ожидая любого неприличного вопроса от этой хитрой физиономии, но после моего вердикта, она чуть удивилась, подняв аккуратные брови вверх. Конечно, я же теперь не пытаюсь пожирать её взглядом от каждого банального вопроса.
Девушка откинула капну завитых волос за плечо, убрав переднюю прядь за правое ухо, и тепло посмотрела на меня.
- Расскажи о себе, дурак, - с утешающей улыбкой прошептала она и положила свою ладонь на мой сжатый кулак на столе.
Я вздохнул также тяжко, как Адель пару минут тому назад, вспоминая всё, что помню. От ранних лет до сегодняшнего дня. От чувств до мелочей. Крайне не хотелось мешать всю эту грязь в башке заново, обжигаясь от каждого воспоминания. Но, либо меня утешало действующее успокоительное, либо горячая ладонь Лисицы на моей, которая точно ледяной волной сбивала накипевшее.
- Начну с того, что помню. А дальше как пойдёт. - И я начал.