Глава 11
1596
Возвращение оказалась не столь благоприятным, как было прибытие на остров. Корабль сначала шел тихо в нужном направлении, но после ужасного шторма, грозившего потопить всех, судно изменило свой курс. Путешествие затянулось ещё на месяц, ибо кораблю требовался ремонт.
Прибыв во дворец, Тулай первым делом ринулась в покои, где находился Хакан с кормилицей и нянькой. В комнате, помимо этих двоих и нескольких знакомых служанок, была одна новенькая - темноволосая, сероглазая низенькая и худенькая девушка с веснушчатым лицом лет пятнадцати - шестнадцати.
– кто ты? – поинтересовалась Хасеки, убедившись, что с сыном всё хорошо – и где Дрина?
– Дрина? – служанка похлопала ресницами, словно впервые слышит это имя – а, вы наверно о Фидде... – она встрепенулась, как птичка, когда поняла о ком речь – так она была переведена на этаж фавориток, месяцев шесть назад. Вместо неё меня назначили – девушка осторожно глянула на Султаншу – моё имя, кстати, Марьям.
– почему её туда перевели? – нахмурилась Марселла, мельком взглянув на Велию. Та лишь пожала плечами.
– ну, её потом перевели в отдельные покои. – протараторила новая служанка, не заметив вопроса Тулай. – они оказались неподалёку от покоев старших детей Дильшат Султан...
Дальше Хасеки слушать не стала. Она вылетела из комнаты и направилась по коридорам в сторону главных покоев дворца.
– Дрина! – не успев пройти и треть пути, Султанша заметила впереди идущую по коридору девушку.
– да? – остановившись, та обернулась. Руки её лежали на вздутом животе, который даже просторное платье уже не скрывало.
Марселла ахнула, а к глазам подступили слёзы. Такого предательства она не ожидала ни от своей служанки и подруги детства, ни от мужа.
– как ты могла? – сглотнув подступивший к горлу ком, спросила она у Фидды. – что я сделала тебе, что сподвигло тебя на такое?!
– что ты сделала? – хмыкнула Икбал, подходя ближе к бывшей своей Госпоже. – тебе напомнить из-за кого мы стали рабынями, а после очутились здесь? – она приподняла бровь – по твоей воле мы все здесь.
– но... – протянула Тулай.
– разделить ложе с твоим драгоценным Султаном не составило труда. Несколько чаш вина и он готов. – перебила её Фидда с ухмылкой – в истории много раз было, когда правители брали себе трёх Хасеки или попросту трёх главных фавориток. Так что не переживай, третьей по счету тоже не плохо быть.
– я и не переживаю – наконец взяв себя в руки, усмехнулась Марселла. – только вот, каково это тебе? Быть четвёртой? – она чуть наклонила голову в бок – всем в гареме известно, Касым по истине любил лишь свою Разие. Ни одна из наложниц не могла вытеснить покойную Султаншу из сердца Султана, даже Дильшат не удалось. Только я, по словам многих, смогла это. – усмешка стала ещё больше – как тебе с подобным быть? Я жива, и впредь перед глазами повелителя буду. Ты не сможешь влюбить его в себя, преподнося ему вино.
– а может я любви не ищу? – Ухмылка Дрины потухла сразу.
– а что ещё же? Власти? – на это из уст Хасеки раздался смешок – Если у тебя родиться мальчик, то будет шестым, по очереди, наследником. Вся власть у Дильшат, у меня - любовь, а что у тебя? Ничего, лишь одни страдания в будущем.
°*****°
Спустя месяц "Ледяной дорожки", как прозвали это время в гареме от наложниц до евнухов из-за тихой вражды и ненависти двух Хасеки и Икбал друг к другу, всё разрешилось.
Время это назвали таковым не просто так. За этот месяц все страсти потухли, взамен коих пришла холодная расчётливость. Соперницы действовали тихо друг против друга, не нанося открытых и болезненных ударов, они подставляли противниц в глазах других. А разрешились же всё это тогда, когда Фидда начала рожать раньше срока. Роды продлились пол дня и после них роженица умерла, не приходя в себя полностью. Мальчик, как говорят немногие свидетели, был уродцем с большой посиневшей головой и без левых конечностей. Он пережил свою мать на несколько секунд и испустил дух свой раньше, чем повитухи осмелились показать его членам династии.
– его кто-нибудь видел? – поинтересовалась Дильшат, когда Иман закончила переводить доклад одной из Молчаливых Служанок.
– нет – перевела Пейк тут же – повитухи быстро замотали мальчика в ткань, как только убедились в его смерти и положили в гроб, который чуть позднее принесли евнухи.
– хорошо, ты можешь идти – махнула Хасеки служанке, на что та, поклонившись, оставила Султаншу и Пейк наедине в покоях.
– вы желаете избавиться от свидетелей? – поинтересовалась Иман, как только они остались вдвоем.
– да, проследи чтобы повитух незаметно заменили и вывезли из дворца обратно в их лачугу в лесу. – кивнула Дильшат – также убедись, чтобы ничего подозрительного не осталось. Выполни свою работу также, как и в прошлый раз с Разией. Это должно проходить на несчастный случай, который бывает в этих стенах так часто. –Хасеки хитро улыбнулась.
– конечно – кивнула Пейк улыбаясь вслед за своей Госпожой.