5 часть
Настя живёт недалеко от нас. Мы с Никой шли медленно по дороге, обсуждая план моих действий относительно с Лизой, и всё равно за десять минут добрались до места, то есть до старого дома в викторианском стиле с верандой. Как хорошо, наверное, сидеть здесь на садовых качелях, впитывать тепло солнышка и наблюдать за жизнью, которая неторопливо идёт своим чередом! Меня бесит, что многие люди имеют такую возможность, но не пользуются ею.
Не успели мы постучать, как Настя вышла к нам навстречу. Она среднего роста, не тощая и не полная. Волосы рыжие, кудрявые, довольно длинные, лицо по-детски милое, чистое. На мой взгляд ничто, кроме, пожалуй, футболки с надписью: «Что я здесь делаю?» - не выдаёт в ней заучку. Уж точно она не такая дура, как говорит моя подруга. При её появление у неё загораются глаза:
- Ты пришла!
- Давай-ка потише, - бурчит Ника, - а то уйду.
Я наступаю ей на носок: так сказать, будь приветливее. Она высвобождает ногу, игнорируя намёк.
- Клёвая у тебя подруга! Может, вы знаете, как бочонок с пивом открыть?
Ника отпихивает Настю и, волоча меня за собой, топает прямиком на кухню. На пороге останавливается. Двое друзей Насти ковыряют кег столовым ножом. Один с бабочкой, стрижен под горшок, у другого брови вразлет, не как у Спока из сериала «Звёздный путь», а коричневого цвета штаны ему едва доходят до щиколоток. Ника скептически смотрит на Настю и спрашивает:
- Купить кран не додумалась?
Она поднимает руки и пожимает плечами:
- Я откуда знала, что эта штуковина продается отдельно? Зачем им было впаривать кег, который я не смогу открыть?
Ника быстро обводит глазами кухню, потом заглядывает в гостиную. Уныло смотрит на меня и одними губами произносит: «Прости». Потом обращается к Насте, не скрывая крайнего недовольства:
- Какого хуя?! У тебя здесь реально «всё спокойно и прилично - как при родителях».
- Разве при родителях бывает столько мороженого? - Настя указывает на кухонный стол, где стоят несколько ведёрок с пломбиром, упаковка взбитых сливок, банка с карамельными крошками и бутылка шоколадного сиропа.
Ника хлопает её по руке. Я разглядываю парней: судя по виду, все они метят в конструкторы ракет, но открыть кег им пока не удаётся. Видимо, до сих пор они не снисходили до таких простых вещей, а раздумывали на тему, как заселить Марс. От этой мысли я начинаю громко смеяться, а потом говорю:
- Всё супер!
- Не слушай её, - бросает Ника Насте, и схватив меня за руку, тащит к выходу. - Она на нормальных вечеринках никогда не была, поэтому не понимает, какой это отстой. Мы сваливаем.
Настя забегает вперёд, пытаясь задержать Нику:
- Ты уходишь...?
Кто-то стучит в дверь. На лице Насти появляется улыбка облегчения.
- Вот видите! Туса набирает обороты! - посмотрев в глазок, она удивилась. - Погодите! Ого! Откуда здесь Лиза Андрияненко?
Прежде чем я успеваю объяснить, что Лиза явилась тут по моему приглашению, Настя распахивает дверь, здоровается с ней, как со старой знакомой, и, похлопав по спине, вводит её в дом, а Лиза, едва посмотрев на хозяйку вечеринки, ищет взглядом меня. Вау! Нас как будто заклинило друг на друге. Всё, что вокруг, потеряло смысл. Перестало существовать.
- Ого! - шепчет Лиза. - Привет.
Выражение её лица подсказывает мне: я много должна подруге за услуги визажиста. Она подталкивает меня локтём и усмехается, глядя, как мы улыбаемся друг другу. Я понимаю, что она хочет сказать. Трудно не заметить, какие между нами флюиды.
- Привет,- отвечаю я.
Смотреть на Лизу всё равно, как смотреть на солнце, а мы знаем, как оно для меня опасно. Нужно поостеречься. Я поворачиваю голову в сторону кухни. Парня с бровями Спока посетила блестящая идея - продавить пробку скалкой. Но скалка соскакивает, и гений получает прямо по лицу. Синяк у него может и будет, а вот пива - ни капли.
Я вдруг начинаю радоваться тому, что не попала на крутую тусовку, где нет мороженого, зато все умеют открывать кеги.
«Спокойная, приличная вечеринка, как при родителях»- на большее я в данный момент совершенно не способна.
Теперь ребята хватают деревянный молоток, что-то острое и моток скотча. Все эти выбранные наугад предметы, не имеющие друг к другу никакого отношения, раскладываются на столешнице, как хирургические инструменты. Я вздыхаю: это надолго.
- Может, посидим на крыльце, пока парни решают проблемы? - предлагаю я.
Лиза выходит вместе со мной, садится рядом на качели, и мы начинаем тихонько раскачиваться взад-вперёд. Я смотрю на небо. Она на меня.
- Ты выглядишь потрясающе.
- Это всё Ника, - говорю я, пытаясь отмахнуться от комплимента, а заодно скрыть смущение.
- Нет. Это всё ты.
Я открываю рот, чтобы возразить, но тут на крыльцо выскакивает Настя. В руках у неё две миски с чипсами.
- Это вам, - говорит Настя, - а это вам, принцесса.
- О, спасибо большое, но мне нельзя. У меня... Аллергия, - отвечаю я.
Лиза подмигивает мне:
- У меня тоже аллергия на дохлых котов, но это же не мешает мне тусить с тобой? Попробуй, тебе понравится.
Я смеюсь. В этот момент выходит Ника.
- Вообще-то, я ждала больше народу, - шамкает она. - Зато, так нам больше пива, правда?
Приятель Луны просовывает голову в дверь.
- А я тебя предупреждал: не тягайся с чирлидершой! - ехидничает он.
- С какой ещё чирлидершей? - спрашивает Ника.
- Со стервозной шатенкой, у которой ещё кабриолет, - отвечает Настя, жуя.
- Кристина? - вскрикивает Ника.
«Славу богу, что мы здесь, а не там» - думаю я.
- Ага, - кивает Настя. - Она сегодня тоже вечеринку устраивает. Видно, все у неё.
- Так давайте, и мы к ней завалимся? - предлагает Лиза.
Я ощущаю выброс адреналина. К ней я однозначно пойти не могу. Но как быть, если туда идёт Лиза? Да уж, есть нам над чем поломать голову.
Настя стоит, понурившись. Невооружённым глазом видно, как важно ей произвести впечатление на Нику. Конечно, у неё ничего не выходит, но она пытается. Если мы сейчас все уйдём, она вовсе лишиться шансов на успех.
- Значит, кидаете меня, ребята?
- Никто тебя не кидает. Я просто подумала, почему бы нам всем не передислоцироваться? - говорит Лиза, внимательно смотря на меня.
Я прячу от неё глаза и смотрю на Нику, мол: что теперь делать? Она качает головой. Я поворачиваюсь к Лизе и тоже качаю головой.
- Я же тебе говорила, какая строгая у меня мама, - импровизирую я. - Если я сказала, что буду у Насти, значит надо сидеть здесь. А то она меня до конца лета под домашним арестом оставит.
- Так, может, напишешь ей? Скажешь, что планы поменялись, - предлагает она.
- С мамой это не прокатит. Говорю же: она ужасно меня опекает.
- Тогда давай вместе к ней сходим и объясним в чём дело.
Я трясу головой ещё энергичнее. Мама не знает о существовании Лизы. Объяснять, кто это такая, как мы познакомились и зачем мы сейчас вместе хотим завалиться на крутую вечеринку? Ну уж нет.
Проходит ещё полчаса. Кег с пивом так и стоит неоткрытым. Гости поели чили и смели содержимое роскошного пломбирного «бара». Теперь мы просто глядим друг на друга, не зная о чём говорить. А мне страшно не хочется, чтобы моё первое свидание с Лиза стало последним. Такое вполне возможно, если вечер будет продолжаться в том же духе.
- Ну ладно, - вдруг выпаливаю я, - пойдём к вашей Кристине... Или как её там. Мама не узнает, а значит, и пилить не будет.
Подруга взглядом сигнализирует мне: «Ты что ёбнулась?» Я морщусь: « чрезвычайные обстоятельства - чрезвычайные меры.»
- Ладно, - говорит Ника и смотрит на меня так свирепо, что её глаза становятся похожими на два шара, ощетинившимися ресницами. - Давайте только паспорт захвачу. Ведь Крис - сущий дьявол, а её дом - наверняка врата ада.
Настя смеётся.
- Заткнись, не смешно, - одёргивает её Ника, будто ей не нравится, что она оценила её шутку. - А ты, Ира, точно поняла, о какой Кристине идёт речь? О той, которая испоганила...
- Всё будет нормально, я уверена, - быстро прерываю я подругу, пока она не произнесла «твою жизнь» и не упомянула моё прозвище.
- Она безобидная, - успокаивает нас Лиза, - она просто жук на дорогой тачке.
Ника хватает меня за руку, поднимает с качели и тащит в дом, бросая:
- Ребят, мы на минутку.
Я ухожу вместе с ней, оглянувшись на Лизу через плечо. Судя по выражению её лица, она в недоумении. Я пожимаю плечами, как будто тоже ничего не знаю.
- Ты не должна идти к Крис только потому, что так хочет Лиза, - шипит Ника, когда скрываемся за дверью.
- Знаю, - говорю я, глядя на свои туфли и тихонько чертя носком по полу. - Мне просто интересно посмотреть на настоящую вечеринку выпускников. Не хочу обидеть Настю: она хорошая девушка и мороженое было вкусным. И всё-таки, здесь, по-моему, тоскливо. Немногим веселее, чем смотреть кино с мамой.
Ника берёт меня за подбородок и пронзает взглядом:
- Ты не боишься, что Кристина отмочит какую-нибудь гадость, если узнает тебя? Ты же с четвертого класса ни с кем не общаешься из-за её выходок. Забыла?
Понимаю, подруге кажется, будто я сошла с ума, раз мне вдруг захотелось участвовал в том, чего я до сих пор сторонилась. Но я чувствую себя румспрингой - это подросток, который, прежде чем решит, оставаться ли в общине аманитов, должен познакомиться с внешним миром. Стоило мне одним глазком взглянуть на то, какой была моя жизнь, если бы не болезнь, и я уже не могу насытиться. Чтобы этот сон не прекращался, я готова выдержать столкновение со злейшим врагом.
- Знаешь, я думаю, что мне будет даже полезно с ней встретиться, - говорю я подруге. - Чтобы покончить с этим раз и навсегда! Но я без тебя не справлюсь.
- Серьёзно? - выкатывает глаза Ника. - Думаешь, с моим участием этот номер пройдёт?
Затаив дыхание, я киваю и хватаю её за руку:
- Да. Хейли дала мне надежду. Но я не хочу поддаваться болезни.
- Ох, ты же врёшь! - вздыхает Ника, подбоченившись.
- Если ты откажешься, я тоже не пойду.
- Ты вредина, Ирина!
- Я не нарочно. Просто ничего не могу с собой поделать. Почувствовала себя нормальной, и мне понравилось. Извини.
Наградив меня сердитым взглядом, Ника выходит на крыльцо. Я за ней.
- Ну? - спрашивает Лиза, увидев нас.
- Мы толком не решили, - отвечает Ника, - Настя накрыла такую поляну.
Хозяйка вечеринки вскакивает на ноги и выпаливает:
- Мы тут с Лизой обсудили. Наверное, нам лучше потусоваться в другом месте.
- Не притворяйся, Настя, - говорит Ника, - ты же хочешь, чтобы мы остались. Мы согласны. Правда.
Девушка качает головой:
- Да нет же, честное слово! Давайте двинем отсюда!
Ника по-прежнему смотрит на неё с сомнением. Её иногда труднее уломать, чем мою мать.
- Ну ладно! Только потом не плачьте, если Кристина обеспечит вам адские муки.
Все ликуют. Я обнимаю Нику и шепчу ей:
- Ты такая подруга, что лучше и придумать нельзя.
- Очень надеюсь, что ты об этом не пожалеешь, - отвечает она шёпотом. - Но знай: я всегда буду рядом. Чтобы убить любого, кто тебя обидит, и напомнить, что я тебя предупреждала.
Классическое высказывание в стиле Ники. Я отстраняюсь и с улыбкой говорю:
- Замётано.
- Ребята! Пошли отсюда! - присвистнув, говорит Настя своим друзьям.
Они выкатывают на крыльцо кег, который так и не смогли открыть, и сталкивают его со ступенек. Он набирает скорость и с металлическим звоном врезается в древний «шевроле - малибу». Настя открывает багажник и вместе с двумя своими приятелями пытается поднять бочонок, но у них ничего не выходит. Тогда Лиза, слегка помассировав плечо, подходит, берёт кег с двух концов, поднимает его и аккуратно кладёт в машину.
- Пожалуй, он был прав. Вообще не больно. Кажется, я снова в строю, - говорит Лиза очень тихо, как будто сама себе.
Настя с друзьями взирают на неё как на супергёрл. Лицо Лизы озаряет широкая улыбка. Трудно сказать, чему она рада: тому, что вместо скучной вечеринки Насти поедет туда, где наверняка веселее или тому, что в одиночку подняла кег, и теперь чувствует себя крутой.
- Поднимать тяжёлые предметы нужно с помощью ног, а не спины, - поясняет она всё ещё не пришедшим в себя ботанам, хотя настоящая причина её успеха ясна: у неё просто есть мышцы там, где у них и в помине нет.
Мы вшестером набиваемся в развалюху одного из друзей Насти и едем. У меня внутри всё ходуном ходит от страха, как на «американских горках» С одной стороны, Кристина может меня узнать и начать издеваться надо мной, как в детстве. С другой - я чувствую своим бедром ногу Лизы, а её рука лежит у меня на плече. Никогда прежде я не казалась себе такой - юной, свободной... нормальной. Ещё одна неоднозначная ситуация.
Прежде чем я успеваю раскаяться в том, что приняла необдуманное решение, мы подъезжаем к огромному особняку, который выходит фасадом на набережную. Перед ним стоит блестящий белый «кадиллак - эскалейд» с номером «2LIT4U» (эта комбинация цифр и букв совпадает по звучанием со словосочетанием «too lit for you» - слишком клёвая для тебя). Да, Кристина, похоже не меняется. Я действительно начинаю жалеть, что сюда приехать, но уже поздно.
Лиза вытаскивает кег из багажника так же легко, как туда положила, и ставит на землю. Настя и ботаники катят бочонок к шикарному дому, который весь гудит: музыка играет громко, но возбуждённые голоса её заглушают. Чем ближе мы подходим, тем медленнее ребята катят кег. Наконец, они совсем останавливаются. Настя нервно покашливает:
- Может, зря мы? Мы ведь эту Кристину даже не знаем...
- Я знаю, - заявляет Ника, - она дрянь. Согласна с Настей, давайте уматывать отсюда.
- Расслабьтесь, ребята, - говорит парень в бабочке, стриженный под горшок. - Я с ней общался на прошлой неделе.
- Когда она чуть не сбила тебя на своей тачке и назвала придурком? - парировала Настя и посмотрела на друга, будто изумляясь его тупости. - Это не общение.
- А вот и нет! - запротестовал Горошек-с-бабочкой. - сказал: "Извини". Мы обменялись репликами, значит диалог состоялся.
- Всё будет хорошо, пошли, - успокаивает их Лиза, протягивая мне руку.
Я беру её и поднимаюсь вместе с ней по ступенькам крыльца. Ника хватает меня за вторую руку и тянет назад:
- Ты уверена, Ир?
Я, сглотнув, киваю:
- Да. Кажется.
- Запомни: если на тебя хоть кто-то косо посмотрит, будет иметь дело со мной.
- Славу богу, что я твоя подруга. А то страшно представить, что было бы со мной, если бы мы были в плохих отношениях.
Ника, смеясь, отпускает меня. Теперь мы все стоим перед дверью. Лиза берётся за массивное медное кольцо с головой льва и громко стучит. Оттого, что она держит меня за руку, мне хорошо и спокойно, словно ничего плохого случиться не может. Кажется, с ней я бы вошла не только сюда, но и в настоящие врата ада.
На пороге появляется Крис. Воспоминания об издевательствах накатывают меня с такой силой, что я прикусываю губу, чтобы не вскрикнуть. Она почти не изменилась. Только повзрослела, конечно, и стала красивее.
Она не замечает меня, будто я пустое место. Зато при виде Лизы её глаза загораются. Ощущаю укол ревности, хотя это нелепо: ведь я на эту девушку не претендую. У нас свидание, а не свадьба.
- А я всё думаю: ну где же ты? - мурлычет Кристина явно не своим голосом, каким разговаривает обычно, и виснет на плече Лизы, словно они стоят на палубе тонущего «Титаника».
Лиза осторожно освобождается.
- Извини, что опоздала. Мы вроде как разогревались у Насти.
Хозяйка вечеринки морщит нос, оглядывая тех, кого Андрияненко предпочла ей: меня - девчонку, которую, как, наверное, кажется Кристине, она видит в первый раз в жизни; Нику, сверлящую её взглядом, будто она готова при первом же неосторожном слове выцарапать ей глаза ; Настю и двоих парней, на которых она ранее никогда не обращала внимание.
- Прошу прощения, а кто эти люди?
- Мои друзья, - отвечает Лиза, пожимая плечами.
Кристина застыла на пороге. Лицо её выражает нечто очень близкое к отвращению, и похоже, что она сейчас захлопнет дверь прямо у нас перед носом. Но именно в эту секунду Лиза говорит:
- Мы принесли пиво.
Настя хочет для наглядности приподнять кег и, как ей советовала Лиза, сгибает не спину, а колени. Но это не сильно помогает. К ней присоединяются друзья, и втроём им таки удаётся оторвать бочонок от пола. Кристина хмурится, однако делает шаг в сторону, чтобы их пропустить.
Я медленно выдыхаю. Кризис миновал. По крайней мере, на какое-то время. Похоже, она не узнала ту самую Кровопийцу, которую мучила в начальной школе.
Настя и её друзья кое-как втаскивают кег на кухню. Их встречают радостными возгласами. Три ботаника становятся героями вечеринки: им рады до тех пор, пока пиво не кончится.
Мы с Лизой идём в гостиную. В красиво обставленном доме нет ни одного свободного уголка: везде народ. Из невидимой стереосистемы, как из насоса, бьёт струёй хип-хоп. Гости пьют из красных пластиковых стаканов, смеются, флиртуют, пытаются разговаривать, перекрикивая музыку, и проливают напитки на восточные ковры - наверное, дорогие. Чем не сцена одного из фильмов Джона Хьюза восьмидесятых? Мы с мамой столько раз их смотрели! Неужели в кои-то веке провожу время, как все люди моего возраста? Это так тупо, так банально и...так прекрасно.
Мы пробираемся в гущу толпы. Лиза на ходу здоровается со знакомыми. Кто-то говорит ей: "Дай пять!"- кто-то хлопает по спине. Похоже, она здесь всеобщая любимица. А девушку, которая идёт позади неё, если и замечают, то виду не подают.
Постепенно мой восторг сменяется беспокойством. Мысли лихорадочно сменяются. Понятия не имею, как вести себя с этими людьми и как отвечать на их неизбежные вопросы о том, где я пропадала до сих пор. Лиза, видимо, чувствует, что мне не по себе, и обнимает меня за талию. Я расслабляюсь, круговерть в мозгах прекращается. Ника, от которой ничего нельзя скрывать, замечает это.
- Пойду...разведаю обстановку. В общем, оставлю вас, - говорит она и, наклонившись ко мне, шепчет, - я горжусь, что у меня такая смелая подруга! Слабак не заявился бы сюда на твоём месте. И ещё раз говорю тебе: ты нравишься Лизе. Ну, а если что, мигни мне - и я спалю эту тусу!
Ника уходит. Какой-то парень протягивает ей красный стакан. Она, не останавливаясь, берёт и отпивает. Интересно, есть ли здесь что-нибудь, кроме пива, от одного запаха, которого меня тошнит? Стоит ли вообще пить или не стоит искушать судьбу? До сих пор я один раз пробовала алкоголь. Это случилось у Ники. Её родителей дома не было, и мы решили пропустить по рюмочке странной зелёной жидкости - мятного ликёра. После этого меня рвало, а потом я навсегда разлюбила мятный пирог мамы Вероники, который раньше мне так нравился. В это пойло, видно, добавляет какой-то секретный ингредиент. Потому-то оно и кажется таким вкусным. Поначалу.
Я поднимаю голову и смотрю на Лизу, а она смотрит на меня. Мы подходим к столу, приспособленному под бар. Застенчивость обрушивает меня, как цунами.
- Ника весёлая, - говорит она, оглядываясь через плечо. - Давно вы дружите?
- Сколько себя помню, - отвечаю я. - Хотя нет. Есть у меня и ранее смутные воспоминания. Например, как объясняла кукле, что нельзя есть бумагу, и в процессе сама сжевала весь блокнот. Дело кончилось вызовом "скорой". Мне было года два. А в другой раз я смотрела мультик и до того увлеклась, что засунула туфлю барби себе в нос. Меня опять понесло... прости. Я много болтаю, когда нервничаю.
Лиза с усмешкой протягивает мне стакан с чем-то розовым, похожим на сок. На вкус намного вкуснее, чем мятный ликёр. Я глупо улыбаюсь.
- Уже заметила, - сухо говорит Лиза, - а почему ты нервничаешь?
Я выдаю упрощённую версию:
- Потому что никого здесь не знаю.
- А я знаю всех этих идиотов. Тебе не из-за чего переживать.
- Да ладно! Всех знать невозможно!
Лиза оглядывает комнату и осторожно указывает на громогласного высокого рыжего парня, который одну за другой опрокидывает в себя стопки с чем-то крепким.
- Видишь этого парня? Изображает отморозка, а в школе занимается по программам повышенной сложности. Собирается в Йель, но косит под дебила.
Я киваю. Йель... человек туда едет и не хочет, чтобы об этом знали!
- Это действительно тупо. В смысле - Лига плюща... это ведь лучше некуда! На его месте я бы футболку с логотипом не сняла! Как бы мне тоже хотелось поехать туда...
- Так поезжай. Разве они могут не взять лучшую выпускницу твоей крутой домашней школы.
Я слегка прижимаюсь к Лизе. Она тёплая, но твёрдая. Нежная, но сильная. Мне нравится это сочетание. На долю секунды мелькает мысль, что надо всё рассказать. Дескать, никуда я поехать не могу из-за своей пигментной ксеродермы. Пожалуй, попробую пошутить: "Если только откроется ночной университет..." Но нет. Не нужно портить вечер, который может стать таким чудесным. Для правды время ещё не настало.
- Всё довольно сложно... - начинаю я и внезапно спрашиваю, указывая на девушку в супер обтягивающем платье с супер глубоким вырезом, - а кто это?
- До десятого класса носила брекеты с дугами, торчащими изо рта, а теперь, видимо, пытается наверстать упущенное. А вот он, - Лиза кивает на прыщавого коротышку, - описался в шестом классе, когда мы с классом ходили в поход. Вон та девочка подсела на наркотики. Вот этот парень чуть не покончил жизнь самоубийством из-за смерти отца. А вот у этой шатенки очень длинные пальцы, она одна из лучших пианисток в Вашингтоне.
Лиза как будто не придаёт значения, что говорит, а у меня в голове так и вертятся две мысли. Первая: я слишком много пропустила; Второе: человеку никогда не отпустить своё прошлое. Даже когда они соберутся на пятидесятилетний юбилей своего выпуска, они по-прежнему будут друг для друга девчонкой с брекетами, мальчишка с мокрыми штанами и так далее. Поэтому разговор, в результате которого может выясниться, что я Кровопийца, лучше отложить на неопределенный срок.
Какой-то парень, возникший из ниоткуда, прыгает Лизе на спину. Та вздрагивает и застывает - кажется, вот-вот сбросит шалуна на пол, но, поняв кто это, улыбается.
- Ура! - кричит парень, - Лиза вернулась! Куда ты от нас слиняла? Мы... - заметив меня, он замолкает.
Ещё один друг Лизы направляется к нам и тащит столько стаканов, что непонятно, как они уместились у него в руках.
- Кто это с тобой? - интересуется прыгун.
- Саша, Коди знакомьтесь, это Ира, - говорит Лиза указывая на каждого из них, чтобы я знала, кто есть кто.
Саша целует мне руку влажными от пива губами:
- Ирина, ты волшебница. Открой нам свой секрет.
Я смотрю на Лизу, а потом на её друга:
- Ты о чём?
- Тебе удалось притащить эту девушку на вечеринку, и она вроде бы улыбается! Я давно её такой не видел! - поясняет Саша, обнимая Лизу за плечи.
Мы болтаем и смеёмся, как старые приятели, и я совсем не чувствую неловкости. Никто не спрашивал, почему целых восемнадцать лет меня никто не видел, и мне не приходилось отвечать. Это огромное облегчение. Я и не надеялась, что всё будет так просто. При моём появлении ничего страшного не произошло. Мне меньше всего хотелось кому-либо объяснить своё длительное отсутствие. Подобная перспектива тревожила меня, из-за этого я не делала более настойчивых попыток жить как все. Теперь, чтобы запереться в четырёх стенах, нужно искать новую отговорку.
Но едва обретённая уверенность в себе, улетучивается, когда к нам подплывает Кристина, которая, естественно, тут же приклеивается к Лизе.
- Мне тааак хочется пить! - воркует она, и таращась на неё, хлопает накладными ресницами, похожими на перья (я всерьез думаю, что она вот-вот взлетит). - Не принесёшь для меня чего-нибудь?
Лиза освобождается из её объятий и делает шаг ко мне:
- Сейчас не могу, собиралась устроить Ире экскурсию.
Крис встаёт так, что мы не можем её обойти.
- Ира? - произносит она, с подозрением меня разглядывая. - А почему я до сих пор тебя не видела?
Раскрываю рот, но Лиза опережает меня, прежде чем я успеваю, что-нибудь наврать.
- Ира в программе защиты свидетелей, - говорит она с милой непринуждённостью. - Если бы она тебе это сказала, то ей пришлось бы убить тебя.
Крис издаёт смешок, продолжая сверлить меня глазами.
- Кажется, я тебя где-то видела, - говорит она, - мы встречались?
- Вряд ли.
- Я вспомню, не сомневайся.
Под злобным взглядом Кристины беру протянутую руку Лизы, надеясь, что она не почувствует, как я разволновалась.
- Пошли? - спрашивает она.
Я иду за ней, а взбесившаяся хозяйка вечеринки остаётся одна. На ступеньках помпезной лестницы, по которой мы поднимаемся, я оглядываюсь через плечо. Кристина стоит на том месте и смотрит на меня так, будто желает мне сгореть заживо. Вот бы она обрадовалась, если бы узнала, что из-за моей болезни такое вполне возможно.