Ангедонист

Все семь дней проходили, как в бреду. Я не находила себе места, расхаживая по квартире Гордея. Теперь он даже не закрывал свой кабинет, оставляя дверь нараспашку.

Каждый день появлялась у Ольги Альфредовны и не всегда по поводу терапии. Помимо разговоров о своем прошлом и чувствах, мы пили чай с ее выпечкой, беседовали на отвлеченные темы и даже один раз смогла поприсутствовать на лекции, которую она читала для студентов. Тогда, стоя за трибуной и вещая о сложных процессах в организме, она ни на секунду не была похожа на антинаучного человека, который уповает на божью волю и ставит свечи в церкви.

Не скрою, что по большей части находилась близ нее в надежде, что она знает, где сейчас Гордей. Но Ольга Альфредовна не знала или просто делала вид, что не знает. Не поверю, что Сергей Борисович не рассказал ей о том, где находится ее сын.

Поняв, что эту секретную информацию мне не вытянуть, смиренно зачеркивала дни на календаре в ожидании седьмого числа. Сломала себе весь мозг, пытаясь догадаться, что задумал Демидов.

Мысль о том, что это «что-то», что мне жутко не понравится усиливалась с каждым часом езды на переднем сиденье в машине Сергея Борисовича. Он, конечно, пытался меня отвлечь, включал музыку, шутил, но это все мало помогало.

Потому что мы направлялись в сторону моего родного города, откуда я не так давно бежала точно крыса с тонущего корабля. Мне страшно представить, что Гордей может узнать о дяде Лёше и об этих неправильных постыдных... отношениях?!

-Сейчас ты пересядешь в другую машину,- обыденно говорит Сергей Борисович, заворачивая на парковку одного из торговых центров.

-Какую другую?- не понимала я, сжимая ткань платья на коленях.

-У меня еще есть дела в городе, но я обязательно присоединюсь позже,- улыбаясь, чтобы не напугать меня сильнее.

Хотя куда больше, если я и так дрожу одиноким осенним листом. И это еще с тем учетом, что Ольга Альфредовна настоятельно рекомендовала выпить таблетки, что, впрочем, я и сделала.

Сергей Борисович лично «передал» меня Косте, который безэмоционально захлопнул дверь джипа за мной. Не скрою, что меня это удивило. Вовсе не дверь, конечно, а Костя. После случившегося не удивительно, что мне было максимально не комфортно рядом с ним и атмосфера была гнетущей.

-Эм... куда мы едем?- нарушила молчание, вглядываясь в окна. Мы определенно едем по объездной трассе, следующей ровно к загородным домам, где я жила не так давно.

-Гордей тебе не рассказал?- изгибает бровь и на меня не поворачивается.

-Нет.

-Значит пока тебе знать и не нужно,- включает поворотник и мы едем ровно в противоположную элитным коттеджам сторону.

Мои нервы точно лопнули бы, как струны, если бы не успокоительное. Я не понимала куда мы едем, почему Демидов вообще попросил Костю отвезти меня куда-то, какие дела могут быть у Сергея Борисовича в этом городе?!

Все казалось странным и гнетущим до того момента, пока я не увидела за лобовым стеклом приближение к воротам кладбища. Это место я знала, но всегда пыталась уверить себя, что оно из сна. На деле же подростковая психика просто плохо справлялась со смертью родителей и одной даже мыслью, что я должна опустить родителей в землю на этом самом кладбище. Закопать и молча уйти через высокие кованные ворота, не побоюсь этого слова, элитного кладбища, где хоронили весьма влиятельных людей.

-Мы можем уехать?- чувствую, как лицо холодеет и превращается цветом, как это платье.

-Малая, давай договоримся,- выдыхает он и резко тормозит у самых ворот. Костя поворачивается ко мне, чуть наклоняясь заставляя меня вжаться в дверцу машины.- Все свои вопросы и хотелки ты оставляешь Демидову. А со мной лучше вообще не разговаривай. Уяснила?

Судорожно закивала головой и вскрикнула, когда дверь позади меня открылась, заставляя упасть прямо на стоящего Гордея. Демидов ловко поймал меня, позволяя разлечься на его груди. Если бы это было не столь неожиданно, то я бы точно улыбнулась и бросилась за поцелуем.

-Спасибо, Костя,- кивает он Головацкому.- Ну как, золотце, готова светить всем на зависть?- улыбается, вглядываясь в мои широкие зрачки. Гордей вытаскивает меня из машины и ставит ногами на землю, заставляя поежиться от холода.

-Ч-что ты имеешь в виду?- стуча зубами от холода и лишь на крупицу от страха.

Но страх вовсе не из-за Гордея, который, кстати сказать, выглядел вовсе не пугающе в своем безумии. Страшно мне было от осознания, что мне придется вновь прийти на могилу родителей. Демидов ведь привез меня сюда для этого? Закрыть какой-то гештальт или вроде того?

-Улыбнись, Варь. Мертвецы ведь тоже все видят,- обнимает меня за плечи и ведет по вымощенной дорожке.

В теплых и сильных руках Демидова было не так страшно вновь ходить среди могил, припорошенных снегом. Безветренная погода и редкое карканье, безусловно, нагнетали, но Гордей каждую секунду давал мне напоминание – он рядом.

Кладбище для меня вообще всегда было каким-то унылым куском земли, отнимающим энергию и всю радость. Ходить меж могил и видеть сколь много людей умирает и все чаще в молодом возрасте... страшно представить как же они ушли из жизни и что вообще чувствуют их близкие, выбирая самую улыбчивую фотографию для памятника.

-Куда мы идем?- тут же остановилась, резко вспоминая, что могила родителей находилась в совершенно противоположной стороне, а там, куда направляемся мы, не должно быть могил вообще. Точнее сказать там была пустая земля для следующих захоронений.- Разве... разве в Рождество проводят похороны?

-Мы будем отмечать два праздника в один день, Варюш,- шепчет на ухо, проведя носом по виску.

-Демидов,- шикаю на него и пытаюсь сбросить руку со своих плеч.- Ты привел меня на чьи-то похороны в белом платье?- округляю глаза, понимая, что Гордей ведет меня точно в сторону группы людей у свежей могилы.

Ноги почти не гнулись, а в горле так и застрял ком. От понимания, что я вот-вот буду стоять близ вырытой могилы меня начинает потряхивать.

-Рождество Христово и смерть одного конченного педофила,- будто не слышит моих слов, продолжая свою речь.

Слова Гордея стали для меня иглой, прошивающей позвоночник насквозь. Остановилась, поднимая взор на Гордея в полнейшем неверии. Только Демидов мог так... сказать мне всего одно предложение и им же разбить хрустальные двери в дворец тайн, который я прятала так тщательно.

-Ты... ты убил дядю Лёшу?

Скорее даже: «Ты всё знаешь?». Ты знаешь, что он... и я...

-Фу, не называй его так,- морщится Гордей.- Собаке собачья смерть,- стискивает зубы.- Жалею, что не сделал этого раньше.

-Но как ты... как ты вообще узнал и...

-Без нас, кончено, его не закопают, но давай поспешим. А потом я отвечу на любые твои вопросы,- обнимает меня и ведет в сторону собравшихся.

Собравшихся не так уж и много. Этих людей я не знала, но и по их лицам не скажешь, что они были близки с дядей Лёшей. На холенных аристократичных лицах нет эмоции. Ни печали, ни грусти, ничего. Одна только бывшая подружка дяди Лёши искусственно рыдала навзрыд, прикрываясь шелковым платком и черной вуалью на шляпке. Мужчина рядом с ней приобнимал её, позволяя уткнуться в плечо.

Я же ничего не говорила и от звона в ушах не слышала. Только вот люди расступались передо мной и Гордеем точно вода, пропуская вперед, хотя и не забыв одарить оценивающим взглядом.

-Ты... как ты вообще смеешь сюда приходить?!- чуть ли не вскрикивает в истерике любовница дяди и переводит ошалелый взгляд то на меня, то на Гордея.

Вижу, что её трясет и от злости, и от страха, но она, кажется, даже вот-вот кинется на нас.

-Племянница пришла проститься,- жмет плечами улыбаясь.- Да уж, трагичная судьба у твоего ебаря,- с сарказмом, чем ещё больше выводит из себя заплаканную дамочку.

-Гордей,- тяну его за рукав, понимая, что вот-вот это вольется в скандал.

Скандал на похоронах – хуже не придумаешь.

-Варь, эта мразь заслужила того, чтобы я его тело бросил по частям в реку, а не хоронил на том же кладбище, где похоронены твои родители. Так что взамен я собираюсь устроить полное шоу,- шепчет мне на ухо, шевеля волосы.- И помнишь, что ты выбрала остаться? Ведь это наша вечеринка.

Во взгляде Гордея было столько эмоции, что они по невидимым сосудам перетекли в меня, наполняя той же энергией, ненавистью к брату отца, агрессией. Демидов он... не стал относится ко мне хуже. Он наоборот, принял мою сторону и воплотил мое же обещание мести в реальную жизнь. Гордей вновь убил за меня.

Рука об руку с Демидовым я согласна устроить полную вакханалию.

-Сука, чего тебе не хватало? Чтобы связаться с уголовником, который убил твоего единственного родного человека?!- кричит, тыча в меня пальцем. Мужчина рядом удерживает её, прося успокоиться.- Все видят?- она оглядывается.- Из-за наследства родного дядю прикончила!

Вокруг стоящие стали якобы незаметно перешептываться, но... но как же мне было всё равно. Эта шлюха устраивала такой театр в надежде, что... а что? Для чего? Хотя, мне всё равно. Рядом с Гордеем, который, как злодей, бросит весь мир, лишь бы спасти меня, ничего не страшно.

-Варвара Андреевна Земская единственная наследница того, что оставили её родители. А ты и твой уебок жили на её деньги,- закатывает глаза, а затем опускается на корточки, чтобы поправить подол выглядывающего из-под шубы платья.- Его я зарезал, как скот, вовсе не из-за наследства,- улыбается.- Ты знаешь причину и строишь из себя идиотку. Знала же, что он делает и... и наслаждалась жизнью?!- косит взгляд на нее, идущую красными пятнами.- Не волнуйся, Бог спросит у тебя за это.

-Убийца!- шикает в его сторону.- Боря, отпусти меня!- оборачиваясь на мужчину, что держал.-Клянусь, Демидов, ты сядешь за это в тюрьму, а там тебя просто прикончат заточкой в шею!

-Жду с нетерпением,- улыбается ей Гордей.- А теперь, мы наконец можем уже погрузить это хуйло вниз?!

Только сейчас нахожу в себе силы, чтобы увидеть дядю Лёшу, лежащего в гробу. Бледно-синий, чуть опухший, кажется, поседевший и... и явно перешитый несколько раз. Если бы не это, то было бы ощущение, что он просто спит после очередной автопати. Вот сейчас откроет полупьяные глаза и завалится в мою комнату, дышать перегаром мне в шею.

Поежилась от ужаснейших воспоминаний. Гордей замечает это и встает точно позади, согревая спину и шею, защищая от всех и всего, говоря тем самым, что мы – одна Сатана.

Демидов взял мою ладонь в свою и нагибается, берет ею горсть холодной земли и бросает точно в двухметровую могилу. Ком грязи с глухим стуком разбивается о нижнюю, закрытую часть гроба, но часть отлетает и попадает внутрь, пачкая костюм и сцепленные синие руки.

Все молчали, явно просто шокированные тем, что происходит на их глазах. Кто-то даже еле заметно перекрестился. Племянница в белом платье бросает землю прямо на своего дядю, лежащего в вырытой могиле. Только вот мне не стыдно. Я наоборот чувствовала себя свободнее, ведь этот жест помог мне осознать – его больше нет. Этого нелюдя, который ломал и калечил меня морально (иногда и физически) больше нет. Вот он лежит... на два метра ниже меня.

-Я, слава богу, не так долго знал Алексея Федоровича, но тоже хочу всецело выразить свои чувства по поводу его кончины,- громко говорит Гордей и, нехотя отходя от меня, становится у головного конца могилы, точно напротив меня.- Удачной дороги в Ад, хуеглот,- улыбается Демидов, прилюдно расстегивая ширинку, чтоб помочиться прямо на лицо дяди, смывая грим.

Не смогла сдержаться и засмеялась в голос, заставляя стаю местных ворон взлететь с карканьем в воздух и улететь подальше отсюда. Этот, возможно, неуместный смех было не остановить, как пузырьки шампанского в бокале. Голоса проклятий и оскорбления со стороны просто убегающих людей были точно бензином в огонь возмездия.

В это мгновение я могла смотреть лишь на спокойное улыбчивое лицо Гордея с тем самым осознанием: «Этот мужчина мой и как же чертовски сильно я его люблю».

-Вы просто парочка конченных психов!- завизжала девушка.- Зря он тебя тогда в психушку не сдал. Сдал бы, иногда приходил потрахивать и дело с концом! А так пришлось заказывать убийство, но даже с этим налажал, выбрав полных кретинов. Ну ничего,- кивает словно сама себе.- Пойдешь следом за ним и тогда все денежки точно перейдут ко мне, как вдове Земского.

Еле разобрала, что она там безумно бурчала себе под нос. Так выходит дядя все же женился на этой доморощенной суке? И я бы подумала над этим, если бы не испугалась блеснувшего ножа в ее руке.

-Еще шаг в её сторону,- забасил Гордей, достав одной рукой пистолет.- Свет, ты случайно не из Индии? Почему тогда я вижу красную точку у тебя на лбу?- показывает ей свои ровные белые зубы, дав понять, что нажать на курок – нечего делать.

Тот самый Боря позади неё, который, кажется, был личным то ли адвокатом, то ли юристом дяди Лёши, что-то говорил на ухо этой Свете и заставил её таки отдать ему нож.

-Гордей,- выдыхаю клубок пара, кутаясь в белую мягкую шерсть шубы.- Замерзнешь ведь,- киваю в сторону все еще открытой ширинки. Не май месяц на улице все же.

-Точно,- улыбается он, застегивая ее.- Спасибо, Варюш.

-Я засужу тебя, Демидов! Жди прокурора и ордер!- кричала, пытаясь справиться с хваткой Бориса, который уводил её с кладбища.

Если даже Гордея и могут посадить за это, то по его лицу видно, что он ни капли не жалеет и определенно повторил бы это всё ещё раз.