15
Кэптен расстегивает ремень безопасности. – Я больше никогда не попрошу увидеться с собственной дочерью.
С этими словами он толкает дверь и вылезает наружу, но у нас троих одна задача, и мы не двигаемся ни на дюйм.
Кэп делает всего несколько шагов, прежде чем входная дверь распахивается и и расширенные глаза Марии встречаются с ним.
Она смотрит на него и делает полшага вперед.
Я бросаюсь к дверной ручке, но Мэддок быстр, и его рука накрывает мою.
Я бросаю на него взгляд, но он не смотрит на меня. Его глаза смотрят на крыльцо.
Я оглядываюсь как раз вовремя, чтобы увидеть маленькую ладонь, сжимающую бедро Марии. Ее глаза широко распахиваются, голова опускается от соприкосновения.
Хватка Мэддока крепче сжимается в моей, и Ройс сдвигается на край своего сиденья.
Рядом высовывается ее маленькая головка, светлые волосы, такие же вьющиеся, насколько я их помню, сидят высоко на голове, завязанные фиолетовым бантом.
Сначала она наклоняет голову к Марии, но когда Кэп делает еще один шаг, она подрезает его.
Мгновенное, полное и самое ценное, что я когда-либо видела, — она широко улыбается.
Ройс резко выдыхает, после чего следует тихий смешок, когда она вклинивается своими маленькими плечами между дверным проёмном и телом Марии и прыгает вперед.
Она так взволнована, что останавливается, чтобы топнуть своими маленькими ножками, ее руки вытянуты, как будто он достаточно близко, чтобы схватить ее.
Я смотрю на Кэптена и, конечно же, он дает своей малышке то, что она хочет. Он бежит к ней, добираясь до нее быстрее. Совершенно не утруждая себя ударом по ступенькам крыльца, он протягивает руки и она прыгает.
Не раздумывая.
Он ловит ее, подкидывает высоко наверх, прежде чем притянуть к груди.
– Она понимает кто он, – шепчет Мэддок.
Мои глаза смотрят на него вопросительно, но он не отводит от них глаз.
–Мне было интересно, но..
Но он не мог спросить. Это имеет смысл. Зои нечасто видела Кэптена, а такой маленькой, которой чуть меньше трех лет, может быть трудно это понять, особенно когда она каждую ночь ложится спать без него. Впрочем, это не вопрос. Она точно знает, кто ее папа.
В этот момент Зои смотрит через плечи Кэпа, и ее спина резко выпрямляется. Она похлопывает Кэпа и указывает на внедорожник.
«Думаю, она меня видит», — шепчет Ройс так, словно она может его услышать.
Кэп говорит ей что-то, на что она кивает, а затем щекочет ее, и она смеется всем телом, заставляя нас троих последовать ее примеру.
Он начинает таким образом, и наше веселье прекращается, наши тела напрягаются.
Мой взгляд перемещается на крыльцо, где Мария поднимает руку, словно собираясь остановить его, но тут ее пальцы летят к губам. Она делает шаг назад.
Мои глаза сужаются.
Она нервничает.
Мэддок сжимает ручку, и глаза Ройса быстро находят его.
–Ага? — спрашивает он немного обнадеживающе, немного нервно.
Я ухмыляюсь, - "Иди"
Ройс хмурится. - "Ты тоже."
Я качаю головой, откидываюсь на спинку кресла и выдергиваю свою руку из руки Мэддока. «Нет. Это ваше время. Иди»
Они мгновение колеблются, и, словно почувствовав это, Кэп останавливается в нескольких шагах от капота.
Мальчики открывают двери и выходят.
Голова Зоуи качается из стороны в сторону, и она сильнее цепляется за шею Кэпа, но она не боится. Может быть, немного нервничает, но она только опускает подбородок на плечо и наблюдает за ними.
Оба останавливаются прямо перед ней, и она смотрит на Кэптена.
Я смеюсь. Я чертовски уверена, что маленькая Зоуи краснеет.
Ройс подходит к ней первым и поднимает руку, давая пять.
Зои улыбается, но вместо того, чтобы дать пять, выставляет костяшки пальцев, заставляя братьев смеяться вместе.
Зоуи пинает Кэптена, поэтому он опускает ее. Ее маленькие губки шевелятся, и она указывает на кукольный домик.
Кэп кивает и начинает идти, но Зоуи протягивает руку, и он предлагает ей свою руку, но она хочет также руки Ройса и Мэддока. Она пытается удержать их всех, но не может понять и хмурится, глядя на Кэптена.
Он смеется и пожимает ей плечами, но Зои улыбается и хватает Ройса и Кэптена за руки, сцепляя их вместе.
Я смеюсь, придвигаясь ближе к своему месту, затаив дыхание, когда она тянется к руке Мэддока. Она может сжать только два его пальца, другой рукой крепко держит отца, и, черт возьми, я впервые хочу , чтобы у меня был телефон. И эту фотографию там.
Кэп и Ройс держатся за руки, Зои держит Кэпа левой, а Мэддока правой. Одна маленькая светловолосая девочка, ведущая всех троих туда, куда она хочет.
Взгляд Кэптена вернулся к внедорожнику, и я замерла. Мгновение он смотрит, и я знаю, что ему интересно — не хочу ли я с ней встретиться. Я ненавижу момент сомнения, который это вызывает у него, но когда они переходят к Мэддоку, я знаю, без слов и даже не услышав этого из моих уст, он сообщает мою причину.
Он знает, что я хочу этого для них, и это не я не хочу с ней встречаться, а они нуждаются в этом моменте для себя — племянница и ее дяди.
Движение на крыльце приковывает мое внимание.
Мария делает шаг вперед, доставая из кармана телефон, и я дергаю за ручку двери, быстро выскакиваю и бросаюсь прямо к ней.
Ее голова резко поднимается, глаза широко распахнуты от шока.
"Ты."
«Мне» Я двигаюсь вперед.
Она смотрит на свой телефон, прежде чем посмотреть на меня.
«Не делай этого. Я не хочу бить тебя, пока твоя охрана наблюдает, — предупреждаю я, протягивая ладонь.
Ей требуется секунда, но она отдает его с не очень легким шлепком.
«Кстати, охрана для социального работника, а?»
«Охрана маленькой девочки, которую я защищаю днем и ночью».
«Когда вы не изображаете из себя социального работника и не тащите других девушек за несколько часов от их домов и не подбрасываете их в новые?»
Ее глаза сузились. «Кто-то скажет, что я привезла тебя домой, а не увезла тебя из твоего дома».
С этим точно не поспоришь. Они мой дом больше, чем что-либо еще когда-либо. — Тогда некоторые были бы правы, не так ли?
У нее так и вертится на кончике языка, чтобы спросить меня, поэтому я удерживаю зрительный контакт до тех пор, пока она не может смотреть на меня. «Зачем ему... зачем они привезли тебя сюда? Почему они вообще позволили тебе приблизиться к ней?
— Разве это не очевидно?
Она хмурится, глядя им вслед, и у нее вырывается глубокий вздох. «Я волновалась, что это произойдет.В тот день, когда я прочитала твое дело, я подумала об этом, но в тот день, когда я встретила тебя... — Она замолкает, ее глаза сужаются. «В школе с директором, который явно заботился о тебе, несмотря на то, что ты была оторвой, как Равина разговаривала с тобой и как ты общалась с ней».
Я напрягаюсь при упоминании имени моей мамы. «Ваше общее отношение и выражение ваших глаз, когда вы говорили со мной. Все в тебе было... освежающим. Я знал это нутром. Я предупредила его, что ты станешь всем, чего они никогда не знали. Это сделало тебя опасным для них, для этого мира. Она смотрит на меня. «Но, в конце концов, мы все хотим чего-то, чего не можем иметь».
Я борюсь, чтобы не хмуриться.
Что, черт возьми, это значит?
Ее черты немного смягчаются, когда она спрашивает: «Чего?»
— Как будто ты не знаешь.
Я... — она замолкает, но решает продолжать. «Я не знаю», — признается она.
Мои брови нахмурились от ее смущенного тона.
— Это было в моем контракте. Она громко сглатывает. «В обмен на заботу о ней мне не разрешалось искать или спрашивать что-либо о них или их мире».
— Ты хотела позаботиться о ней?
— Я бы никому другому не доверила. Она смотрит на меня в упор.
Мои глаза сужаются.
«Вы можете попытаться прочитать меня, но я уже говорила вам, что когда-то я была чем-то похожа на вас. Я могу скрыть то, что хочу, от того, кого хочу».
«И все же здесь вы стоите, отдавая больше, чем вы думаете».
— Кто сказал, что я не понимаю? - она улыбается.
Я усмехаюсь. Верно.
Я смотрю на мальчиков.
Зои пытается втолкнуть Ройса внутрь кукольного домика, но он заставляет себя упасть на траву, и Зои запрокидывает голову, смеясь над ним.
Она наклоняется и бьет его в грудь ладонями, прежде чем забраться по его телу внутрь, где уже должны быть двое других.
— Кому ты собиралась звонить? — спрашиваю я, предполагая, что она не ответит.
. «Ролланд» - говорит она
— В контракте?
Она отворачивается, направляясь на террасу, который позволяет ей спрятаться, но все равно следить за ними, так что я следую, опускаясь на кресло.
«Не надо судить о том, чего ты не знаешь».