Глава 21. Илья
«И тебе», – снова мысленно дополнил Алекс.
– Я должен доверять тебе, парень. Это самое главное. – Серебрянский внимательно следил за реакцией Алекса. – Если ты не справишься… боишься, не уверен… лучше скажи сейчас. И я сделаю ставку на другого.
Алекс смотрел в это жесткое лицо, не мигая. Вот оно. Вот разгадка! Надо выглядеть спокойно, не дать даже намека, что он понял его игру.
Отец Илька вовсе не был амбициозным безумцем, впрочем, как и его сын. Во всех этих нападениях виноват только Серебрянский. Он хотел запугать Алекса, поставить его в безвыходное положение.
Отказаться нельзя. От таких предложений не отказываются.
– Мне нечего сказать, – твердо заявил он. – Я хочу быть первым лунатом, который пройдет по Мосту.
Серебрянский натянуто улыбнулся, но его глаза цвета грозовой тучи посветлели.
– Ко мне есть еще вопросы? – деловито спросил Алекс. Спокойствие медленно возвращалось к нему.
Серебрянский качнул головой.
– Нет, парень. И кстати, теперь можешь вернуться домой, я уже дал распоряжение.
Алекс встал.
– В таком случае, я могу идти?
И, едва дождавшись кивка, стремительно вышел за дверь. Ему было над чем подумать. И он был рад, что покинет этот ненавистный дом.
За окном разлилась сияющая ночь – Луна, еще не полная, светила вовсю. Никита сидел на подоконнике и смотрел на хмурое лицо сестры в «отражении».
– Яна, я больше не могу. – Никита подтянул ноги к груди и положил подбородок на сцепленные в замок пальцы. – Он придурок.
– Кто, Алекс?
Никита кивнул.
– И все его друзья придурки, – со злостью процедил он. – Я не хочу больше оставаться с ними… Каким же кретином я был, когда восхищался им! Я пойду к отцу и откажусь от его поручения – не могу больше охранять этого гада!
Яна еще больше нахмурилась, но брат этого не заметил – уронил голову на руки.
– Я понимаю тебя, – наконец вздохнула сестра. – Но тебе нельзя уходить сейчас. Ты должен остаться, Никита.
Тот удивленно поднял голову.
– Что?
– Я прошу тебя остаться пока с ними. Но главное – не перечить нашему отцу… Вскоре мне очень понадобится твоя помощь.
Парень заинтересованно прищурился.
– Близится тот час, про который ты столько раз говорила? Ты наконец-то раскроешь нашу семейную тайну?
– Да. И после этого я рассчитываю на тебя, очень рассчитываю. Это наше общее дело, брат. И запомни: ты должен быть мужественным в тот момент, что бы ни узнал. – Она пристально посмотрела ему в глаза и повторила, чеканя каждое слово: – Должен. Быть. Мужественным.
Никита соскочил с подоконника.
– Я всегда в твоем распоряжении, Яна, – так же серьезно ответил он. – Жду твоего сигнала.
Тяжело дыша, Алекс оглядел комнату, в которой все было перевернуто вверх дном, и лишь затем вытащил смартфон. Пальцы застыли над экраном, но в следующий миг он уже вызвал близнецов.
Такие вещи прощать нельзя. Пусть отец и этот проклятый Серебрянский планируют, что хотят, но он не позволит собой командовать. Илья показал плохой пример для остальных – и получит за это сполна.
…Алекс молча смотрел на своего лучшего друга. В конце концов, тот не выдержал, ссутулился, очки съехали на нос…
Макси нервно кусала губы – переживала за брата, но не вмешивалась. Близнецы смотрели равнодушно, Крыш вообще ковырял ногти, и только Никита наблюдал напряженно, с пристальным интересом, но тоже не собирался заступаться.
Алекс думал о том, что, пожалуй, у него никогда не было друзей. Вот стоит перед ним этот хлыщ – худой, бледный, жалкий, с трясущейся нижней губой. Даже очки запотели, но, видимо, Илья боялся снять их и протереть – так и стоял, беспомощно моргая испуганными глазами.
– А мало тебя Князев побил, – вдруг сказал Алекс. – Знал бы раньше, помог бы ему тебя разукрасить.
Близнецы заухмылялись – очевидно, были наслышаны.
– Ты все неправильно понял… – пролепетал Илья.
– А я думаю, что все понял правильно, – мягко возразил Алекс. – Твой отец сам рассказал. И, знаешь, тебя не выгораживал. Говорит, ты все организовал… На мое место хотел встать.
– Это был план отца! – завизжал Илья. – Это он придумал! Я не мог не подчиниться, ты же прекрасно знаешь! – Он протяжно всхлипнул. – Ты и сам бы сделал так же, если бы твой отец попросил.
Алекс вдруг резко потерял интерес к происходящему.
– Вали отсюда, – устало бросил он. – Твое счастье, что эту историю не обнародовали. А так знают только свои… Ты даже пройдешься по Сожженному Пути, как мечтал… Вторым.
Илья понуро побрел к двери.
– Я тебя считал другом, – сказал ему в спину Алекс. – Лучшим другом.
Илья вдруг резко обернулся.
– Да ты никогда и никого не считал другом! – вдруг выкрикнул он, еще больше бледнея. – Ты все равно погибнешь! И, знаешь, я не буду скучать. Ты придурок и не заслуживаешь быть аурумом.
Крыш не выдержал – подскочил и двинул Илье в ухо, после чего развернул его, как игрушку и, протаранив им дверь, выкинул из квартиры.
Макси всхлипнула, а близнецы вяло захлопали. Алекс откинулся на подушки дивана и закрыл глаза. «Может, это Крыш мой единственный друг? – подумалось ему. – Хотя бы вмешался…»
– Что он такое говорит про тебя? – спросил Глеб, удивленно прищурившись. – Про то, что ты погибнешь…
– Злится, вот и мелет ерунду, – отмахнулся Алекс, не открывая глаз. Хотя эта фраза, оброненная в гневе, могла что-то значить, ой как могла… И вдруг его глаза широко распахнулись. – А ну-ка тащите его назад!
Близнецы озадаченно переглянулись:
– Так наверняка убежал…
– Мы испробуем на нем Спящее Око, – жестко произнес Алекс. – В конце концов, мне нужна и лунная энергия. И в этот раз зачерпнем побольше.
Близнецы обрадованно переглянулись и, не сговариваясь, молча выскользнули за дверь – по лестнице застучали их торопливые шаги.
Макси протяжно всхлипнула, но Алекс жестом приказал ей замолчать.
– Ты можешь подождать в другой комнате, – бросил он ей, но девушка так быстро замотала головой, что ее волосы взметнулись, как рыжий вихрь.
Алекс смягчился, подошел к ней, ласково погладил худенькие локти, взял за руки и прижал к себе.
– Он хотел убить меня, твой брат. Тебе будет нелегко на это смотреть. Подожди в другой комнате… Не приказываю, прошу.
Макси снова всхлипнула, но кивнула и быстро вышла из гостиной, словно боялась передумать.
Никита неловко топтался у раскрытой входной двери.
– Я тоже пойду… – начал он, но Алекс резко перебил:
– Нет, ты останешься! Хочу, чтобы ты все это обязательно увидел.
Послышался сдавленный крик, тут же приглушенный сильной рукой, брыкающегося Илью втащил в квартиру Глеб и бросил прямо на пол. Георгий тут же захлопнул дверь.
– Мой отец обо всем узнает! – заверещал Илья, близоруко щурясь – очки он где-то потерял.
Алекс хмыкнул:
– Очень на это надеюсь.
Он подошел к Илье и усилил лунный взгляд – парень сразу затих и тупо вытаращился на Алекса. После чего вдруг плавно развернулся, послушно прошел к дивану и присел на край, аккуратно сложив руки на коленях.
Алекс вытащил из кармана Спящее Око.
– Ну что ж, приступим, – объявил он. Его голос прозвучал зловеще в абсолютной тишине квартиры.
Как Алекс и предполагал, его не стали наказывать за происшествие с Ильей. И тогда он понял главное правило: пока ему отведена важная роль, он должен слушаться, но и прощать ему будут многое.
Однако он решил выяснить, что же ему все-таки придется делать в Час Затмения. В конце концов, это событие случится со дня на день – все астрономические расчеты указывают на это… В сказку о легендарном черном драконе Алекс уже не верил. Нет, здесь что-то не так. И он решил добиться правды.
К его удивлению, Дмитрий Серебрянский сам послал ему приглашение. Передал его Никита и, как заметил Алекс, не без злорадства во взгляде. Малыш и не подозревал, что Алекс сам задумал вызвать на разговор главного луната – у него накопилось много вопросов, – и вот его план сработал. Он знал, что его не накажут за выкачивание энергии, в конце концов, Илья со своим отцом вообще покушались на его жизнь. Он хотел выяснить, почему ему позволено многое. И что сулит Час Затмения лично ему…
Алекса провели прямо в кабинет, указали на кресло для посетителей. Серебрянский сидел напротив за столом – смотрел с прищуром, оценивающе. На столе лежало несколько золотых полумесяцев. Алекс узнал их, это были хранилища воспоминаний.
– Скоро важный день, Александр Волков, – начал Серебрянский без предисловий. – Ты должен быть готов и не иметь сомнений.
– Откуда вы знаете, что у меня есть сомнения? – прищурился Алекс.
Серебрянский вытянул руку и раскрыл ладонь – на ней мрачно сверкнул черный отполированный шар.
– Бери.
Но Алекс медлил.
– Что это?
– Мой многогранник, звездный икосаэдр.
Алекс удивленно нахмурился.
– Многогранник? Но я вижу перед собой шар.
– Все видят, – согласился Дмитрий Теодорович. – Такую я придал ему видимую форму. Он состоит из темной материи. Той самой, которую обычный человек – и даже обычный двуликий – не может увидеть. Возьми его.
Алекс затаил дыхание.
– Так что, могу взять? – удивленно переспросил он.
Вначале он несмело протянул руку, но потом, видя, что Серебрянский не убирает ладонь, жадно схватил камень и крепко сжал в пальцах. Ощущение было странное: ни тепла, ни холода, ни твердости камня он не почувствовал. Не было понятно, гладкий он или шероховатый, легкий или тяжелый, призрачный или осязаемый.
– Для чего вы мне его дали?
Серебрянский усмехнулся.
– Смотри.
Он щелкнул по одному из полумесяцев, тот приподнялся над столешницей, завертелся волчком – вместо него появилось легкое серовато-пыльное облако. Алекс увидел в нем Мост через небо. Мост пылал огнем.
Алекс незаметно сглотнул – в горле резко пересохло, – его осенила смутная пока догадка.
– Что это? – спросил он.
– В Час Затмения, когда Земля закроет Солнце и Луна станет невидимой, ты должен подкинуть этот камень высоко вверх.
Алекс молчал, ожидая продолжения. И оно последовало.
– Появится Мост.
– И?
– Вначале запомни главное: только я смогу пройти по Мосту, – четко произнес Серебрянский. – Ты двинешься за мной и… о, ты ощутишь в полной мере, как тебя переполнит темная энергия. Ты сожжешь Мост, тем самым оправдав его название – Сожженный Путь.
На какой-то миг Алекс забыл, как дышать. Все его самые худшие опасения подтвердились.
– А что будет потом? Что произойдет со мной?
Серебрянский снисходительно прищурился, тем не менее, его серые стальные глаза внимательно следили за Алексом.
– Больше никто не пройдет по Мосту, – отчеканил он. – Мост сгорит дотла. Но ты сможешь остаться со мной. Мы будем править новым миром вместе.
Алекс удивленно повел головой из стороны в сторону: он его что, за дурачка держит?
– Я вам не нужен, – угрюмо произнес он.
– Судьба распорядилась, чтобы ты стал черным драконом. Ценой жизни других людей. Ценой жизни той, которую ты столкнул. Придется вернуть долг.
Алекс хотел крикнуть, что он не толкал, но осекся – потому что знал, тогда он смог бы это сделать.
– Ищите другого для такой роли, – процедил он и вдруг с силой швырнул камень Серебрянскому.
Но камень, будто на резинке, молниеносно вернулся к нему.
– Ты уже принял Черную Радугу, – жестко произнес Дмитрий Теодорович. – Теперь это твоя судьба. Если ты не выполнишь свой долг, мой камень все равно испепелит тебя. Ты же хотел познать темную материю? Считай, тебе повезло.
– Этот камень называется Черная Радуга? – Алекс тупо смотрел на гладкий шар в своей ладони. Маленький камешек, таивший в себе смерть.
– Да, это его самое первое название, – кивнул Серебрянский. – Раннее. Это первооснова всех основ, начало начал, невидимый строитель планет… Именно с этого камня начнется новый мир. Астралис.
Алекс невольно ухмыльнулся: вот тебе и лунат! Использует астральное название будущего мира…
– Откуда у вас этот камень? – спросил он, не очень надеясь на ответ.
– Я разгадал Первый Секрет ранних. И в награду получил этот камень.
– Давно?
– Очень давно, парень.
– Вы из Раннего Мира?
Серебрянский умолк, взгляд его погас, словно он утратил к разговору интерес.
– А что будет с нашим двуликим миром? – внезапно спросил Алекс.
– Все останется как прежде, – скучающе ответил Серебрянский. – Астры и дальше будут грызться с лунатами. Но новый мир они не получат. И ты мне в этом поможешь, парень. Или умрешь.
Алекс сузил глаза. Он еле сдерживался, чтобы не кинуться на Серебрянского, пришлось призвать всю силу воли, какая у него была.
– Кто вы? Я знаю, что вы лунастр. Вы из Раннего Мира? – спросил он, стараясь говорить спокойно. Ему нужно было знать ответ.
Серебрянский едва заметно качнул головой.
– Твое дело – пронести амулет на Мост. Битва с белым драконом, плетение тайновязи – все это не так важно. Это всего лишь часть шоу, которое начнется с легендарного Шествия ранних. – Он усмехнулся, и в усмешке этой сквозило торжество, словно он заранее предвкушал победу.
– Шествие ранних? – переспросил Алекс. Он никогда раньше не слышал о таком.
– Да. Люди-звезды возведут Мост. Два дракона оплетут его тайновязью. Но Мост не приведет тебя в новый мир. Это просто трамплин, если хочешь. Трамплин для Черной Радуги, которая сейчас у тебя в руках.
Воображение Алекса уже рисовало Мост, похожий на Млечный Путь. Два дракона в небе, паутина серебряных и золотых нитей… И он, бредущий в пламени, как тогда, во сне…
Алекс тряхнул головой, прогоняя наваждение, и вдруг обнаружил, что черного шара нет в его ладони.
– Посмотри на амулет, – осклабившись, подсказал ему Серебрянский.
Алекс не решился ослушаться, хотя ему не понравился приказной тон этого странного лунастра.
В целом амулет выглядел точно так же, как прежде, только спящее око на полумесяце открылось, стало черным и выпуклым – камень Серебрянского переместился в амулет.
– Ты сможешь вытащить камень, когда придет время, – объяснил Серебрянский. – Амулет охранит тебя на Мосту, огонь не тронет тебя. Спящее Око теперь открыто, оно полно темной энергии, ты получишь нереальную силу.
– А белый дракон? – спросил Алекс. – И те, кто будет идти за нами в тройках?
К его удивлению, Серебрянский задумался.
– Ты убьешь дракона и остальных… – Он говорил медленно, спокойно, равнодушно, словно о чем-то незначительном. – Всех. Никто не пройдет по Сожженному Пути… Кроме нас двоих.
«Кроме тебя», – мысленно поправил Алекс. Он все понял. Все, кто будет на Мосту, непременно погибнут. Об этом не знают ни лунаты, ни астры. Не знает отец и, скорее всего, даже Медея и Монея.
«Но почему он решил открыться? – пришла внезапная мысль. – Неужели опять испытывает?..» Алекс понял, что настал важный момент. Похоже, Серебрянский и вправду проверяет его… И если Алекс сделает ошибку, на его место встанет Илья. Проще всего показаться глупым, преданным дурачком, но как же сложно усмирить свою гордость… И что будет, если он меня раскусит? В голове у Алекса все перемешалось, напряжение достигло высшей точки. Надо было срочно отвлечь Серебрянского.
– Что это? – Алекс указал на другие полумесяцы. – Воспоминания?
– Разное, – уклончиво произнес Серебрянский. – Есть и воспоминания… Но в основном это модели Часа Затмения… Я создал все варианты события. Я предусмотрел все, что может случиться, парень.
Алекс понял, что с этим человеком справиться будет непросто.
– Но ты не волнуйся… – почувствовал его страх Серебрянский. – Твое дело – белый дракон. Этот астр настолько прост, что становится непредсказуемым. Впрочем, с ним мы тебе поможем. Он не помешает тебе.