Глава 6
Целый час Китнисс меня уговаривает поесть бульона, где-то помогают угрозы, где-то поцелуи. Съев бульон я засыпаю.
Девочка с черными косичками поет песню. Птицы перестали петь и я тоже прислушиваюсь. Или это знак? От чего-то я встревожен. Вдруг девочка замолкает. Я подхожу к ней, но она меня отталкивает. Я лечу сквозь землю. Наконец я очутился в лесу. Ярко светит солнце, всё снова неестесвенного цвета. Вдруг мимо пробегает Китнисс. Я бегу за ней. Но тут с неба на Китнисс падает сеть. «Китнисс» - хочу крикнуть, но не могу пошевелить губами. Меня поднимают на планолет. Китнисс кричит:
- Пииит!!!
- Пиииииит!
Протяжный женский визг заставляет меня повернуться. Нет. Только не это. Китнисс отрезают язык. Она истекает кровью, но я не могу подойти. Я пытаюсь вырваться и кричу:
- Китнисс!
Я резко открываю глаза. По мне струится пот. Я в пещере. Это всё был сон. Китнисс нет. Вдруг визг мне не послышался во сне? Нет. Этого не может быть. Я не могу сейчас её потерять. Моё сердце громко бьется в груди. Мне кажется будто по пещере проходит эхо от его ударов. Нет, всё в порядке. Она не даст себя в обиду. Катон и Мирта могли найти её... Вдруг я слышу шаги снаружи. Китнисс. Я пытаюсь встать, но она, улыбаясь, укладывает меня обратно.
- Я волновался. Проснулся, а тебя нет.- говорю я нежно.
- Волновался за меня? Ты свою ногу давно видел?
- Подумал, вдруг на тебя напали Катон с Миртой. Они часто рыскают ночью.- говорю я серьёзно.
- Мирта? Кто это? - Китнисс поднимает брови.
- Девушка из второго дистрикта. Она ведь еще жива? - я надеюсь, что нет.
- Да, остались только они, Цеп и Лиса. Лиса - это девушка из пятого. Я ее так назвала. Как ты себя чувствуешь?
- Лучше, чем вчера. По сравнению с грязью здесь просто рай. Чистая одежда, спальный мешок, лекарства и...- я запинаюсь, - и ты.- выдохнул я.
Она гладит мою щеку ладошкой, я беру её руку и подношу к губам. От её руки пахнет ягодами. Боже, я не смогу жить без неё. Целую её руку и держу её так бережно, будто у меня в руках целая вселенная. Сердце вырывается. Я хочу прижать Китнисс к себе.
- Больше никаких поцелуев, пока не поешь. - говорит она строжась.
Я киваю и она помогает мне сесть. Боль стала меньше. Китнисс кормит меня ягодной мякотью и предлагает мясо. Не могу на него даже смотреть. У неё очень усталый вид. Синяки под глазами. Видимо она караулила всю ночь.
- Ты не спала. - говорю я нежно.
- Неважно.- отмахивается она.
Как бы не так. Я не хочу, чтобы ты мучила себя.
- Поспи сейчас. Я покараулю. Если что разбужу тебя. - предлагаю я. Она сомневается, - Китнисс, ты не сможешь не спать всё время.- говорю я уже чуть серьёзнее.
- Хорошо, только на пару часов. Потом разбуди меня.
- Спи.- говорю я, убирая у неё со лба выбившуюся прядь. Я глажу её волосы, пока она не засыпает. Она такая красивая, когда спит. Будто ангелок. Я могу смотреть на неё часами. Спустя час слышно, как она сапит. Хочу, чтобы этот день длился вечно.
Прошло довольно много времени, прежде чем Китнисс проснулась.
- Пит, ты должен был разбудить меня через пару часов!
- Зачем? Тут всё по-прежнему. И потом, мне нравится смотреть, как ты спишь. Во сне ты не хмуришься. Хмурый вид тебе не идёт.
Она сердится, и я смеюсь. Она трогает мою щеку и снова пичкает меня таблетками. Заставляет меня выпить почти целую бутылку воды. Она начинает обрабатывать мои ранки. В конце развязывает повязку на ноге. Похоже всё очень плохо. Её немного трясёт и я понимаю что всё кончено.
- Нуу, опухоль немного увеличилась, зато нет гноя. - произносит Китнисс дрожащим голосом.
- Я знаю что такое заражение крови, Китнисс.- и что я обречен.- Хоть моя мама и не лекарь.
- Тебе только нужно пережить остальных, Пит. Когда мы победим, в Капитолии тебя вылечат.- говорит она с надеждой.
- Отличная идея.- жалею её я.
- Ты сейчас поешь. Тебе нужны силы. А я приготовлю суп.
- Не зажигай огонь, оно того не стоит.- говорю я. Мне то долго не протянуть, а она должна победить. Я надеюсь она победит.
- Посмотрим.
Китнисс выходит из пещеры. Что ж. Видимо мне не суждено быть счастливым. Не суждено быть с ней. Как я ненавижу их. Ненавижу игры. Ненавижу Капитолий. Ненавижу Сноу. Не буду жалеть себя. Проведу остаток своих дней (а может и часов) с Китнисс.
Китнисс вернулась встревоженная. Увидев её, я беру себя в руки. Нельзя сейчас рассклеиваться. Нельзя сдаваться. Она накладывает мне на лоб мокрые бинты.
- Может, ты чего-то хочешь?
Хочу, чтобы ты выжила ради меня. Вместо этого прошу:
- Расскажи что-нибудь?
- Рассказать? Что? - она удивлена.
- Что-нибудь веселое. Расскажи о своем самом счастливом дне.- хочу знать о ней как можно больше.
На время Китнисс задумалась, затем спросила:
- Я уже рассказывала, как добыла козу для Прим? - я качаю головой.
Она начинает рассказ:
Я продала старый серебряный медальон мамы.
После обеда мы с Гейлом пошли на рынок. Я выбирала ткань на платье, как раз присматривалась к куску голубого сатина, когда мой взгляд привлекло кое-что поинтереснее. На другой стороне Шлака один старик держит коз. Старика так и называют - Козовод, а как его по-настоящему зовут, я даже не знаю. Он все время кашляет, суставы у него опухшие и как будто вывернутые - видно, много лет на шахтах горбатился.
Одна козочка, белая с черными отметинами, лежала на тачке. Какой-то зверь, может, дикая собака, подрал ей лопатку, и началось заражение. Старик поддерживает козу, чтобы подоить; сама она на ногах не держится. Я знаю, кто ее выходит.
- Гейл, - шепчу я. - Я хочу подарить Прим эту козу.
В Дистрикте-12 коза может изменить жизнь. В еде козы неприхотливы, а на Луговине полно травы. Одно животное дает почти полведра молока в день. И попить хватит, и сыру сделать, и еще на продажу останется. К тому же все законно.
- Она сильно ранена, - говорит Гейл. - Давай посмотрим поближе.
Мы подходим, покупаем на двоих чашку молока и глядим на козу, будто из любопытства.
- Чего уставились? - спрашивает старик.
- Просто смотрим, - отвечает Гейл.
- Ну смотрите, пока жива. А то сейчас продам ее мяснику. Все равно молока от нее никто брать не хочет, a если возьмут, так полцены выторговать норовят.
- Сколько мясник дает? - интересуюсь я. Старик пожимает плечами.
- Постой тут, увидишь.
В эту минуту к нам с другого конца площади подошла Руба.
- Ты вовремя, -говорит старик. - Девочка положила глаз на твою козу.
- Да ладно, - равнодушно говорю я. - Продана, так продана.
Руба смерила меня взглядом, потом недовольно посмотрела на козу.
- Нет, я такое брать не стану. Ты глянь, что у нее с лопаткой. Да там весь бок сгнил, наверно. Даже на колбасу не годится.
- Как так? Мы же договорились, - возмущается Козовод.
- Договорились, да не об этом. Ты сказал, пара отметин от зубов, а тут вон что. Продай ее девочке, если она такая дура, что купит.
Уходя, Руба мне подмигнула. Козовод страшно разозлился. Козу он все равно хотел сбыть с рук, тем не менее торговались мы с ним не меньше получаса. Целую толпу собрали. Кто одно говорил, кто другое. Ну и цена вышла ни то ни се: почти даром, если коза выживет, и грабеж, если сдохнет. Каждый ушел со своим мнением, а я ушла с козой.
Гейл помог мне ее нести. Ему, наверное, тоже было интересно, как отреагирует Прим. А я была так рада, что перед уходом даже розовую ленточку купила и повязала козе на шею.
Надо было видеть Прим, когда мы появились дома с таким подарком. Это ведь она совсем не так давно со слезами упрашивала меня оставить Лютика, того паршивого кота. Сейчас она плакала и смеялась одновременно. Мама, правда, посмотрела на рану с сомнением, но они с Прим справились. Прикладывали травы, поили отварами.
- Прямо как ты меня, - прерываю её я.
- Мне до них далеко. Они творят чудеса. Та животина не умерла бы, даже если бы захотела.
- Ничего. Я ведь не хочу, - шучу я - Рассказывай дальше.
- Да я уже почти закончила. Помню только, в ту ночь Прим легла спать вместе с Леди на одеяле возле печки. И перед тем как заснуть, коза лизнула ее в щеку. Будто пожелала спокойной ночи. Она сразу влюбилась в Прим.
- На ней все еще была розовая ленточка? - спрашиваю я.
- Наверно. Какая разница?
- Просто захотелось представить себе картину, - отвечаю я задумчиво. - Понимаю, почему этот день был для тебя счастливым.
- Еще бы. Я знала, что коза для нас настоящая находка.
- Конечно. Именно это я и имел в виду. Какое значение имеет радость твоей сестры? Сестры, которую ты так любишь, что пошла вместо нее на Игры, - сухо говорю я.
- Коза действительно себя окупила. И не один раз, - продолжает Китнисс рассудительным тоном.
- Ну как же. Иначе, она бы просто не посмела. После того, как ты спасла ей жизнь. Я тоже постараюсь себя окупить.
- Правда? Напомни-ка, сколько ты мне стоил?
- Кучу хлопот. Не беспокойся, я все верну.
- Ты мелешь чепуху. У тебя, наверное, бред.- она трогает мой лоб, - Нет, жар немного спал. - но я чувствую что весь горю.
Звук труб заставляет меня вздрогнуть. Китнисс вскакивает и бросается ко входу в пещеру: не хочет пропустить ни слова. Клавдий Темплсмит, как и следовало ожидать, приглашает нас на пир. Нет уж, спасибо. Не настолько мы голодны. Она разочарованно отмахивается, а Клавдий продолжает:
- А теперь самое главное. Полагаю, некоторые из вас уже решили отказаться от приглашения. Так вот, пир будет необычным. Каждый из вас крайне нуждается в какой-то вещи. И каждый из вас найдет эту вещь в рюкзаке с номером своего дистрикта завтра на рассвете у Рога изобилия. Советую хорошо подумать, прежде чем принимать решение. Другого шанса не будет.
Объявление кончилось, но слова, кажется, остались висеть в воздухе. Китнисс вздрагивает, когда я трогаю её сзади за плечо.
- Нет, - говорю я. - Ты не должна рисковать ради меня.
- С чего ты взял, что я собираюсь? - удивляется она.
- Значит, ты не пойдешь? - с надеждой спрашиваю я.
- Конечно, не пойду. Даже не сомневайся. Что я, сумасшедшая лезть в драку против Катона, Мирты и Цепа? Пусть они перебьют друг друга. Завтра посмотрим, кто остался, и тогда будем думать, что дела дальше.- Мисс Эвердин вы совсем не умеете врать.
- Ты совсем не умеешь хитрить, Китнисс. Не знаю, как тебе удалось до сих пор выжить. - я начинаю её передразнивать: «Я знала, что коза для нас настоящая находка. Жар немного спал. Конечно, не пойду». Никогда не берись играть в карты на деньги. Проиграешься в пух.
- Вот как! Что ж, я пойду. И ты меня не остановишь.
- Я пойду за тобой. Сколько смогу. До Рога изобилия не дотяну, но буду орать твое имя, пока кто-нибудь не придет и не прикончит меня.
- Ты с этой ногой и десяти шагов не сделаешь.
- Тогда буду ползти. Если идешь ты, я иду тоже. - я упрямый, и, пожалуй, у меня еще хватит сил на то, чтобы потащиться за ней в лес.
- И что ты мне прикажешь мне делать? Сидеть и смотреть, как ты умираешь? - говорит она с отчанием.
- Я не умру. Обещаю. Если ты обещаешь не ходить.- я тоже не умею врать.
- Тогда дай слово во всем мне подчиняться. Пить воду, будить меня, когда я скажу, и съешь весь суп, каким бы противным он не был! - Китнисс сердится.
- Даю слово. Суп готов? - пытаюсь перевести тему.
- Сейчас принесу.
Она приносит мне железную банку из-под бульона. Суп не так уж плох. Съедаю всё и хвалю Китнисс. Ради меня еще никто не готовил. Она дает мне жаропонижающие и уходит мыть банку.
Возвращается подозрительно воодушевленная. Может у меня получилось её убедить, что всё будет хорошо?
- Вот тебе десерт. - говорит она нежнее чем обычно.
Я беру в рот первую ложку ягод и задумываюсь. Сладко. В прошлый раз они были не такие.
- Что-то очень уж сладко. - говорю я с подозрением.
- Конечно. Это сахарные ягоды. Мама варит из них джем. Ты что, их никогда не ел? - говорит она с невинным лицом и запихивает в меня еще одну ложку.
- Нет. - отвечаю я задумывшись. Я точно пробовал что-то такое. - А вкус знакомый. Сахарные ягодны?
- Ну, на рынке они релко бывают. Растут только в лесу.
И она пихает мне в рот последнюю ложку. Странно. Как сироп на вкус.
- Сладкие как сироп.- говорю я и тут же понимаю, что этот сироп успоительное из нашего дистрикта.
- Сироп! - выкрикиваю я и Китнисс зажимает мне рот, чтобы я всё проглотил.
Я пытаюсь вызвать рвоту, но уже начинаю засыпать.