ЧАСТЬ 1. Глава 2
ЭМИЛИ
– Я пересолила грибы! – Деревянная лопатка с грохотом упала на мраморную столешницу, брызги красного соуса разлетелись в разные стороны. – Через двадцать минут должны приехать Эстер и Томас, а я испортила ужин.
– Я уверен, что все не так плохо... – Кайл появился откуда-то из-за моей спины и взяв брошенную мной лопатку, подхватил пару грибов. Его брови сошлись на переносице. Боже, как я еще его не отравила?
– Вот видишь? Это совершенно не съедобно.
– Не говори глупостей. – Его лицо озарилось улыбкой, когда он посмотрел на меня, но даже это не вернуло мне боевой дух готовки. Я совершенно никчемная домохозяйка.
Приготовить грибы – это все, что мне нужно было сделать сегодня. Обычные грибы с томатным соусом и болгарским перцем. Что тут может быть сложного? Ровным счётом НИЧЕГО! Но для меня даже эта простая задача является невыполнимой.
За то время, пока я возилась с грибами, Кайл украсил все воздушными шарами, вытащил стол в середину комнаты и расставил на нем посуду. А так же расправился с мировым злом и изобрел лекарство от рака. Шутка.
– Вот что мы сделаем, – произнес Кайл, отвлекая меня от самобичевания. – У нас вроде бы еще остались томаты?
– Да. – Промямлила я, чувствуя, что вот-вот расплачусь от досады и злости на саму себя. Давайте будем реалистами. Какие к черту томаты? Эту отраву не спасет даже ящик самых наивкуснейших томатов.
– Добавь в соус еще парочку, – он подошел ко мне и взял мое лицо в свои ладони. Его медовые глаза из-за яркого освещения казались янтарными. – Только больше никаких специй. – Его губы расползлись в теплой улыбке, от чего на щеках образовались миленькие ямочки.
– Это не поможет, – проскулила я.
– Доверься мне.
Мне бы его оптимизм и надежду на лучшее. Там, где я хочу сдать назад, он напролом движется вперед и всегда побеждает. Я прислонилась лбом к его широкой груди, обтянутой черной футболкой и тяжело вздохнула. Мне так хочется быть идеальной для него. Раз за разом видеть в его глазах восхищение и гордость, а не жалость и разочарование. Мне никогда не удастся быть ему равной.
Никогда...
Знаете, обычно, когда по телевизору показывают, как влюбленные парочки вместе готовят ужин, это выглядит довольно мило. Когда готовим мы с Кайлом, слово «мило» напрочь отсутствует в этом событии. Это полнейший ужас. Точнее я полнейший ужас, сравни Армагеддону.
– Эй, – Кайл взял меня за плечи и слегка отодвинул от себя. Я подняла на него взгляд. – Мне надо принять душ, а тебе закончить соус. Ты умная и ты справишься, а еще я очень тебя люблю. И... ты такая сексуальная в этом красном фартуке.
Его последние слова, наконец, заставили меня улыбнуться. Я легонько толкнула его в живот, прогоняя с кухни.
– Иди уже...
Кайл рассмеялся и, поцеловав меня в лоб, направился наверх, оставляя меня наедине с кипящей в сковороде жижей.
– Ух. Неужели я настолько бесполезная, что даже не могу сделать этот долбанный соус? Нет уж. Я сделаю это!
* * * *
– Мы расстались!
Эстер пронеслась мимо меня, подобно торнадо. Я настолько была удивлена, что застыла столбом, сжимая правой рукой дверную ручку.
– Окончательно и бесповоротно! – Продолжала возмущаться подруга, пока я по– прежнему пялилась на пустой порог.
– И тебе привет! – Пожав плечами, я захлопнула дверь.
– Как же меня это все достало. – Голос Эстер становился все громче и громче, она уже почти кричала. Выглядела Ми-Ми так, словно побывала в потасовке: маленькие ручки сжаты в кулачки, на темно-коричневом пальто отсутствует несколько пуговиц. Всегда аккуратно уложенные волосы сейчас торчат в разные стороны, а карандаш для глаз размазан по лицу. Что с ней случилось?
– Эти его гулянки, выступления, друзья реперы и шлюшки... – Последние слова она просто выплюнула.
На лестнице послышались тяжелые шаги, а затем показался сам Кайл, сменивший свою футболку и спортивные штаны на классические брюки и рубашку в тон моему (темно-сливовому) платью.
– С днем рождения! – Радостно произнес он. Но как только его взгляд упал на наши обескураженные лица, все его веселье сошло, на нет. – О, нет! Что не так?
– Мы с Томасом расстались. – Безразлично заявила Эстер, вскинув свой подбородок.
Кайл издал протяжный стон и молча поплелся к дивану.
– Как обычно. – Пробормотал он включая телевизор.
– Нет! – Твердо заявила подруга, на всей скорости подлитая к Кайлу. Мне даже показалось, что сейчас она накинется на него и будет вымещать на моем возлюбленном всю накопившуюся злобу, но она лишь выхватила пульт из его рук и выключила телевизор.
– На этот раз окончательно!
– Эстер, я слышал это тысячу раз.
– Все равно...
– Ребята, хватит спорить. – Я решила вмешаться, иначе все закончится тем, что Эстер еще и с Кайлом поругается. – Этим вы ничего друг другу не докажите.
– Но он мне не верит. – Возмутилась Эстер.
– И правда, с чего бы это? – Невинным голосом спросил Кайл.
Мои мозги медленно, но верно начали закипать. Этим двум катастрофически нельзя находится в одной комнате. Они превращаются в бомбу с часовым механизмом, которая рано или поздно взорвется и разрушит полквартала.
– Да как ты смеешь? – Вскипела подруга. Я схватила ее за руку и повернула лицом к себе.
– Эстер перестань. Что с тобой не так? – Сдерживаясь из последних сил, проговорила я. – Не выплескивай свою злобу на него.
Эстер возмущенно раскрыла рот, собираясь мне что-то возразить, но понимание ситуации отразилось в ее глазах, и она тут же его захлопнула.
– Вы помиритесь. – Уже более спокойно произнесла я. И я на самом деле так думала. Они всегда мирятся, какой бы крупной не была ссора. Томас любит Эстер, а Эстер любит любовь Томаса (простите за тавтологию, но по-другому не скажешь). Это всех устраивало. До сегодняшнего дня.
– Нет. – На ее глаза навернулась слезы. Она отчаянно замотала головой, и они тут же исчезли. Эстер никогда не плачет. Слезы – это непозволительная слабость. Один раз себе их позволишь и больше никогда не сможешь сдержаться. Плакать можно либо в ванной, где тебя никто не видит, либо на похоронах, где плачут все. – Я больше не хочу так жить. Я устала, Эмили. Я так устала.
– О, милая... – Я подошла и обняла ее за плечи. Эстер расслабилась и уткнулась носом в мою шею. Несмотря на то, что она старается выглядеть сильной и независимой, внутри она такая же хрупкая и ранимая, как и любая другая девушка.
– Я знаю, что тебе поможет. – Произнес Кайл.
– И что же?
– Текила! – Проскандировал парень, отцепил от меня Эстер и закинув на плече, понес ее в сторону барной стойки. – Самое лучшее средство, чтобы склеить разбитое сердце.
– Знаешь, я сопьюсь, пока склею его. – Уже более повеселевшим тоном произнесла Эстер. Я с благодарностью взглянула на Кайла, прошептав ему одними губами: «Спасибо», направилась вслед за ними.
– Да, не о таком двадцати трёхлетии я мечтала... – Пробубнила Эстер. Ее и без того всегда алые щечки пылали от выпитого спиртного. Растрепанные волосы, она собрала в хвост, которые уже съехал на бок. Но это все делало ее такой милой.
– Еще скажи, что это самый худший день рождения в твоей жизни. – Пошутил Кайл, допивая остатки текилы в своем стакане.
Эстер задумалась. Ее алые ноготки застучали по стакану. Я улыбаясь, наблюдала за ней, заранее зная, что сейчас будет.
– На самом деле нет. – Наконец-то ответила она и пригвоздила меня своим ехидным взглядом к стулу. – Да, Эмили? – Я молчала. – Сколько мне тогда было?
– Восемь... – Виновато ответила я, стараясь не смотреть Кайлу в глаза.
– И что же тогда произошло? – Спросил Кайл. Мне было стыдно рассказывать ему об этом, поэтому я позволила Эстер объяснить ему, какая его девушка на самом деле хреновая подруга.
– Она хотела меня убить! – Серьезным тоном заявила Эстер. От неожиданности я подскочила на месте, едва не выронив стакан из рук. – Покушалась на мою жизнь.
– Эстер! – Выкрикнула я. – Зачем ты говоришь такое?
– А разве это не правда? – Ехидно проговорила подруга, заставляя меня покраснеть, как те самые горе томаты, которые кое-как спасли мой соус.
– Нет! – Четко произнесла я.
– Да, Боже, скажите уже мне, что тогда произошло?
– Я сбросила ее с пони... – Ели слышно произнесла я. И сама не знаю почему, но слезы подступили к горлу. Я чувствовала, что вот-вот разрыдаюсь. Кажется я выпила достаточно для сегодняшнего вечера.
– Что ты сделала? – Расхохотался Кайл.
– Сбросила с пони. – Промямлила я, по-прежнему не поднимая глаз.
– Боже, это слишком хорошо, чтобы быть правдой. – «Давясь» смехом проговорил Кайл, я услышала легкий удар, скорее всего это Эстер, дала ему подзатыльник.
– Мне было семь, и я ни разу в жизни не видела пони и уж тем более не каталась на нем. – Оправдывалась я. – Но Эстер добежала до него первой. Даже тогда в семь лет я ужасно бегала. И что мне еще оставалось делать? Конечно же, я решила взять его силой.
– Лучше бы ты меня взяла силой. – Прыснул Кайл и Эстер разразилась диким хохотом.
– Боже, что вы как маленькие?
Эти двое смеялись с меня еще минут десять. В итоге им надоело, и они замяли эту тему.
– На самом деле мне всегда не везло в дни рождения. – Беззаботно продолжила Эстер, ведя себя так, словно три часа назад, не она влетела в мою квартиру с бешеными глазами. – В десять лет я села на торт. В одиннадцать – упала лицом в муравейник. Мы тогда играли в догонялки, примерно месяц эта история гуляла по школе. – Перечисляла Эстер, все свои провальные дни рождения, в которых я всегда принимала участие. – На шестнадцатилетие родители подарили мне машину, и мы с Эмили поехали за тортом. А когда вышли из кондитерской, машины не было. Ее угнали какие-то придурки. Разумеется, машина нашлась спустя пару дней, но день рождение я провела в своей комнате наедине с тортом и сериалом «Клон».
– А у тебя? – Обратился ко мне Кайл, едва сдерживая смех. – У тебя были провальные дни рождения?
Меня словно холодной водой окатило. Да еще и в придачу, льда за шиворот насыпали. В комнате повисла тишина. С алых щек Эстер пропали все краски. Кайл не знает, иначе бы он не спросил.
– Только одно. – Мертвенно-холодным голосом проговорила я. – Свое пятнадцатилетие я провела в приемном покое больницы. У мамы случился выкидыш на шестом месяце беременности.
Я залпом допила содержимое своего стакана и медленно встала.
– Эмс, прости меня. Я не знал...
– Я знаю. – Ели улыбнувшись, ответила я. – Уже поздно, я пойду спать.
– Тогда мне пора. – Эстер начала убирать со стола, сгребая остатки еды с тарелок. – Кайл, вызови мне, пожалуйста, такси.
– Не говори ерунды, оставайся у нас. – Кайл забрал из ее рук посуду. – Я постелю себе на диване.
– Ты уверен? – С сомнением переспросила подруга, переводя взгляд с меня на Кайла. – Я не хочу мешать...
– Ты всегда желанный гость в этом доме. – И я знала, что он говорит от чистого сердца. Как бы сильно эти двое не спорили и не доводили друг друга до белого каления, они уважают и заботятся друг о друге.
Кайл и Эстер – моя семья. Ну, или, по крайней мере, все, что от нее осталось. В каждой семье бывают ссоры, подшучивания и недопонимания, но они всегда горой друг за друга. Поцеловав Кайла в щеку и пожелав ему спокойной ночи, я направилась в свою комнату, валясь с ног от усталости.