008
Я посмотрел в зеркало. То, что было прошлой ночью, я очень слабо помню. Быстро моргаю, чтобы привыкнуть к свету.
Что я за урод. Моральный, да и на вид. Урод уродом.
Хоть убей, я не могу ничего вспомнить. Даже имя. Как будто вертится на языке, а вспомнить, хоть убей - не могу. Надо было так нажраться.
Единственное, что я помню - чёртовы голосовые и уход Елены Гилберт из моей жизни. Все. Пустая черепная коробка.
- Держи. - Сэм бросает на стол со злостью конвалюту аспирина и бутылку воды. Злится, но понимает. Хоть так.
- Я даже не знаю, как же можно набухаться, если бухло уже у тебя в крови. - презрительно сказал Сэм, усаживаясь на стул. С него так и льётся эта злость и желчь.
- Прихлопнись, святоша. - зарычал я, заглатывая сразу три таблетки обезболивающего. Может, поможет, не знаю. Поможет заглушить боль в сердце? Не факт. Вообще не факт.
- Что там с голосовыми? - спросил он, как будто ему было действительно интересно. Мы же оба знаем, что моя жизнь действительно заинтересует его, когда я сдохну в какой-нибудь подворотне.
- Не твоё собачье дело. - огрызнулся я, проверяя, на месте ли телефон. Слава богу, что он рядом. Как будто рядом сама она, Елена.
И это придаёт сил. Жить дальше, дышать, что-то делать. Хотя, если бы она была рядом, все было бы легче и проще.
- Знаешь, не думал, что мы с тобой будем друг друга так ненавидеть из-за какой-то девушки. - Сэм закатил глаза. - Но, увы, мы тут.
- Ты умирал по ней год, если не больше. И сейчас она для тебя «какая-то девушка»? - взревел я, набросившись на него. Но он быстро отошёл, и я въехал в стену.
- Раньше я говорил, что лучше бы ты подох вместо неё. Но сейчас я соображаю лучше, Дин. Считай, разум прояснился. И сейчас я говорю: лучше бы ты подох тогда вместе с ней в той подворотне, как щенок.
Хлопок двери. Я сползаю вниз по стене, доставая телефон. Может она хоть сейчас поможет мне?
Включаю голосовое. Нету такого привычного «Привет, Дин», я сразу слышу всхлипы. Плачет.
Случайно включила голосовое. Случайно.
"Дин, просто скажи это!"
Её голос полон решимости и уверенности.
Зато я помню эту фразу. В тот день мы поругались. Этот день стал отправной точкой.
"Никого не волнует, что ты сломлена, Елена!"
Пощечина. Я дал ей звонкую пощечины, буквально плюющую в душу. Я будто предал её. Хотя, в действительности, так и было.
Слышится хлопок двери - это я ухожу из комнаты.
А она хватает телефон.
"Что я за дура. Так слепа.
Привет, Дин. Прости за это голосовое. Уверена, ты на завтра даже об этом не вспомнишь. И слава богу.
Я-я люблю тебя. Несмотря ни на что. Люблю тебя."
Ненавижу.