70
Моя личная помощница пришла быстро. А её бледный, взволнованный вид дал понять, что Ыну постарался на славу. Рассказал, НАСКОЛЬКО плохо его супруге.
— Леди Чон! — бросилась вперёд девушка, увидев меня в постели. — Что эти ироды с вами сделали?
— Тише, Розанна! — мягко осадила я служанку и приложила палец к губам. — Всё не так скверно, как кажется на первый взгляд.
— Не так скверно? — переспросила та, замерев в метре от меня, и непонимающе захлопала глазами. — Но зачем тогда князь Чон сказал иное? И вы в постели лежите...
— Для важного дела. А чтобы всё получилось так как надо, мне нужна твоя помощь.
— Слушаю. Что от меня требуется?
— Требуется сделать так, чтобы вид у меня стал максимально болезненным.
Глаза Розанны, после прозвучавших слов, распахнулись ещё шире. Она открыла рот, явно собираясь спросить, зачем мне всё это понадобилась, но в последний момент вспомнила, что говорит не со своей ровней, чтобы требовать ответы на вопросы, а с княгиней, и произнесла совсем другое:
— У меня есть одно средство на травах. Я его получила в подарок от служанки, которая работала в крепости, но была вынуждена уйти, после того как забеременела от одного из стражей. Она всё делала, чтобы быть похожей на вампиршу и выйти замуж за кого-то из воинов Дарт'Сулай: выглядела безупречно, выбеливала кожу, чтобы походить на коренных эрстениек... И отчасти Яли добилась своего. Ею заинтересовался один из вампиров. Но намерения у него были отнюдь не серьёзными. Отслужив год в крепости, он уехал, а она, беременная, оказалась не нужна. Ушла жить в Каменку. Но перед тем, как это произошло, оставила мне своё чудо-средство.
— И? — полюбопытствовала я, когда Розанна завершила свой небольшой рассказ. — Ты сама им пользовалась?
— Да. Но лишь однажды. Травяной настой Яли не просто осветлил мне кожу, а сделал её мертвенно-бледной. Как у покойницы. Мне это совсем не понравилось.
— Как интересно... А время действия у этого средства какое?
— Да, пока не умоешься.
— Неси. Будем испытывать. И немного золы тоже захвати. Такой, чтобы помельче была.
— Золы, леди? — переспросила служанка, не сумев сдержать своего любопытства. — Но... зачем?
— Синяки под глазами будем делать, — усмехнулась я, оценив изумлённое выражение лица девушки. — Такие, какие бывают в результате долгого недосыпа и сильной усталости.
— А-а... Поняла.
— Ну, раз поняла, то беги. И, если кто спрашивать будет, говори, что твоей леди сильно нездоровится.
— Да, Ваша светлость!
Сделав быстрый книксен, Розанна убежала. А я, откинувшись на подушки, прикрыла глаза и мысленно пожелала, чтобы у нас всё получилось
* * *
Моё преображение в моль болезную прошло на ура. Средство по осветлению кожи, которое принесла служанка, превратила мою и без того светлую кожу в нечто полупрозрачно-белое с жутким голубоватым подтоном. Так, что и синяки под глазами рисовать практически не пришлось. Я их лишь слегка обозначила. Вкупе эти две вещи создали просто ошеломительный эффект.
— Ужасно выглядите, леди! — сообщила, поёжившись, Розанна, стоило мне закончить колдовать над своей внешностью. — Словно вы долгое время сильно болели и не вставали с постели.
— И это отлично! — обрадовалась я. — Так ни у кого не возникнет сомнений, что княгиня Чон нездорова.
— Но зачем вам это?
— Надо, Розанна! Очень надо! Беги зови князя Чон. Настала пора воплотить в жизнь следующую часть плана.
— Да, леди! — прозвучало в ответ почтительное, после чего девушка снова покинула комнату.
А я, едва за ней закрылась дверь, вновь перебралась в постель. «Беспокойство» Ыну и беготня туда-сюда взволнованной служанки не могли не остаться незамеченными и ко мне, вполне вероятно, сейчас кто-нибудь пожалует чтобы узнать о самочувствии.
И я оказалась абсолютно права. Не прошло и десяти минут, как вместе с Розанной, отправленной мной за «мужем», явился ещё один гость. И не кто-нибудь, а сам командующий Сорен, своей высокомерной персоной.
Вошёл, после того как моя служанка сообщила о его приходе и спросила моего разрешения его впустить.
— Как вы себя чувствуете, леди? — хмурясь, обратился ко мне немолодой вояка, остановившись в ногах кровати. — Ваши супруг и служанка сказали, что вам нездоровится.
— Немного, лорд Сорен, — слабо отозвалась я, подняв взгляд на мужчину.
И заметила, что тот ещё сильнее свёл брови к переносице. Оценил должно быть не только «изысканный» цвет моего лица, но и красоту под глазами.
— Немного? — вмешался в наш разговор с командующим Ыну . — Ты себя вообще в зеркало видела, Лалиса? Выглядишь, краше в гроб кладут. Тебе определённо нужен лекарь!
— А он есть в такой глухомани? — удивился вампир из свиты Ким Тэхена, повернувшись к «моему» мужу. — Почему вы сразу за ним не отправили, лорд Чон? В тот момент, когда леди потеряла сознание.
— Думал, что всё обойдётся. Что удар о стену был не настолько сильным. Да и «послать» за лекаркой не вышло бы. Она слишком стара и из своего дома не выходит. К ней придётся ехать.
— Так езжайте! — гневно прорычал командующий, для которого слова Ыну наверняка прозвучали как отговорки. Нежелание тратить время на нелюбимую и ненужную жену. — Перед отъездом Верховный Князь отдал мне совершенно чёткие указание насчёт юной леди. Если с ней что-то случится, он с нас всех голову снимет! И с вас самым первым! Хотите этого?
— Нет, — отчеканил Ыну , с неприязнью посмотрев на собеседника.
После чего повернул голову уже в мою сторону и приказал:
— Лалиса, собирайся! Мы едем к Атране!
Я в ответ изобразила слабый кивок. А полчаса спустя, сидя на коне перед супругом и слыша перестук копыт двух других коней, на которых ехали двое вампиров, назначенных нам в сопровождение Сореном, неслась в деревню. Представляла, как сильно удивится знахарка, увидев на пороге своего дома меня и Ыну .
И ошиблась. Стоило нам постучаться в дом и войти, услышав по другую сторону разрешение от старухи, как слуха коснулся её дребезжащий, насмешливый голос:
— Заходите, гости дорогие! Я вас давно жду!
За завесой...
Чимин. Дамай народа коари
На центральной площади Аззерры было полным-полно народу. Пришли, казалось, абсолютно все жители столицы. Даже дети!
Чимину, стоящему возле окна своего кабинета, который располагался на самом верхнем этаже дворца, было отлично видно, как волнуется море фигур, прибывших чтобы лично увидеть казнь того, кто предал их народ. Впустил в город Бездушных, чтобы спасти свою собственную жизнь.
— Ты готов? — прозвучало за спиной негромкое.
Это гэйро Хосок, воспользовавшись своим особым положением, вошел в кабинет дамая народа коари без разрешения
— Готов? — отозвался с горечью в голосе молодой правитель и медленно обернулся. — Как можно быть готовым к тому, чтобы хладнокровно отнять жизнь единокровного брата, друг?
— Артайн — жестокая тварь и убийца! Он, появись такая возможность, уничтожил бы тебя! И никакая родная кровь не удержала бы этого коари от подобной низости.
— Всё верно, Хоби. И я поступлю так, как должно поступить дамаю. Мой брат знал, что творит зло, и понимал, какой его будет ждать конец, в случае поимки.
— Безусловно! И я очень надеюсь, что ты не пойдёшь к Артайну, чтобы пообщаться напоследок.
— Нет. Насчёт этого можешь не беспокоиться. Лучше скажи, как там наши гости?
— Прекрасно! — криво усмехнулся в ответ гэйро Хосок. — У них места в первых зрительских рядах. С момента нашего расставания тео Морани и тео Нолдо ни на миг не оставили Верховного Князя вампиров и его спутников одних. Понимают, что тебе сейчас не до них. Главы кланов и столицу гостям покажут, и с Бездушными, которых те хотели увидеть, познакомят безопасным образом, и лишнего не сболтнут. Так что мы свободно можем заняться более важными вопросами, нежели водить за ручку вампиров и показывать им, что тут у нас и как устроено.
— Пусть гуляют, пока есть такая возможность, — кивнул Чимин. — Потому что уже завтра я планирую вернуться назад. В крепость Дарт'Сулай.
— Боишься, что юная княгиня Чон может что-то учудить за время твоего отсутствия?
— Боюсь, Хосок, — вздохнул в ответ молодой дамай. — Наш прошлый разговор с ней закончился не очень хорошо. Надо исправлять ситуацию, иначе вместо верной спутницы жизни я получу ненавидящую меня женщину.
— А может просто не стоит с ней связываться? — предложил друг, озадачено качая головой.
— Хосок...
— Не рычи, Чим. Я ведь дело говорю! Ну сам подумай, каковы у вас двоих шансы на счастливую жизнь? Да, юная княгиня очень красива. Только слепой этого не увидел бы. А эти её огненные, кудрявые волосы, к которым руки сами тянутся прикоснуться... Я тебя очень хорошо понимаю, друг! Вот только внешность — это ведь ещё не всё! Характер у хозяйки крепости под стать цвету её волос. Огненный! Совладать с ней будет очень непросто. Но самым главным препятствием, как мне кажется, будет даже не это. А то, что она человек! Жена дамая народа коари — смертная женщина! Её не примут, как твою пару!
— Чушь! — нервно дёрнул плечом Чимин. — Лалиса не имеет никакого отношения к людям нашего мира! К тому же она хозяйка земли, которая станет новым домом для народа коари.
— Поверь, нашим сородичам будет на всё это наплевать. Раз княгиня — человек, значит априори является злом. Сила предрассудков — она такая. Думаешь, сможешь защитить девушку от того негатива, который на неё польётся? Каково при этом будет самой хозяйке Дарт'Сулай, ты подумал? Знать, что её ненавидят не за то, что она сделала кому-то что-то плохое, а просто потому, что родилась человеком. Видеть презрение в глазах окружающих, неуважение...
— Так будет только в самом начале, Хосок.
— Это ты так думаешь, — вздохнул тот в ответ. — Прости, если мои слова прозвучат обидно, но ты сейчас ведёшь себя не как взрослый мужчина и дальновидный правитель, а как глупый юнец. Ты настолько зациклился на своём «хочу», что без раздумий отметаешь в сторону все разумные доводы, которые свидетельствуют о том, что брак с княгиней принесёт куда больше проблем, чем пользы. Что мешает тебе просто взять, выкупить часть принадлежащей ей земли и сделать ту нашим новым домом? Пусть народ начинает обживаться, попривыкнет к тому, что соседние территории принадлежат человеческой княгине, а ты, если уж она тебе так понравилась, будешь потихоньку ухаживать.
— Твой план можно было бы взять на вооружение, Хоби, если бы не одно «но», — криво усмехнулся Чимин и принялся нервно расхаживать туда-сюда.
— И какое же?
— А такое, что Ким Тэхен быстро найдёт Лалисе подходящего мужа, если я сам на ней не женюсь. Красивая, молоденькая девушка с приданным в виде целой крепости, двух деревень и приличного куска земли, станет завидной невестой! Ты же не веришь всерьёз, будто Верховный Князь государства вампиров позволит ей самостоятельно распоряжаться всем этим? Я уверен, что и года не пройдёт, как Лалиса вновь окажется замужем.
— А ты против такого расклада.
— Именно! Поэтому, когда мы вернёмся, хочу предложить ей заключение брачного контракта. Я женюсь на Лалисы, чтобы Верховному Князю не пришло в голову найти на место князя Чон кого-то другого, но жить при этом мы с ней будем порознь. Какое-то время. Хочу, чтобы у девушки была возможность привыкнуть, что я рядом и готов в любой момент прийти на помощь. Что я не такой, как её прежний супруг, которому на свою пару было глубоко наплевать.
— Ну, твой план не слишком отличается от того, что ранее предложил я, — заметил с усмешкой светловолосый коариец. — И если ты так хочешь попытаться поладить с юной княгиней, то я больше отговаривать тебя от этого шага не стану. Время покажет, получится у вас что-то или нет. А сейчас, думаю, нам пора идти. Артайна наверняка уже доставили на площадь и теперь все ждут только тебя.
— Да, идём! — кивнул, мрачнея, младший наследник рода Линнуа. — Хочется уже оставить всё плохое позади и шагнуть навстречу светлому будущему.
— Я верю в тебя, мой дамай! — склонился в почтительном поклоне гэйро Хосок, а его лицо сделалось очень серьёзным. — Не каждому правителю народа коари выпадает на долю такое непростое испытание, как казнь другого дамая. Пусть и бывшего. И кровного родственника, ко всему прочему.
— Я благодарю тебя за поддержку, мой верный друг и соратник! — сухо кивнул Чимин, усилием воли заставляя себя отрешиться от всех эмоций, которые могли помешать ему совершить то, что он должен был. — И искренне рад, что в этот непростой момент жизни ты будешь рядом со мной.
— Буду, Чим! И поддержу тебя, чтобы ни случилось.
Мужчины обменялись долгими взглядами напоследок, понимая друг друга без слов, а потом один за другим покинули кабинет.