44
За завесой...
Рассвет.... Время, когда пробуждается природа, звери, птицы. Лучи поднимающегося солнца бегут по крышам домов и заглядывают в окна, радостно возвещая о приходе нового дня. Новой надежды.
Заглянули они и в холодную темницу, что находилась на продуваемой всеми ветрами горе неподалёку от замка.
Ночью «дамаю» народа коари было неспокойно, и он велел своим верным воинам перевести находящегося в подземелье пленника в Скалистую тюрьму. Место особо защищённое, откуда не удалось сбежать ни одному преступнику.
Под покровом темноты ослабленного коарийца перевезли и оставили в одной из пустующих камер: голодного и замерзающего. Никому не было дела до его состояния, потому как этот мужчина фактически был уже мёртв. Его сердцу осталось биться до заката, потому как именно на это время была назначена тайная казнь предателя. Такова была официальная версия, которую озвучил узкому кругу доверенных лиц «дамай» Чимин. А тайной казнь преступника будет по причине того, что он не хотел омрачать день свадьбы своего гэйро и его избранницы, которая должна состояться ровно в полдень.
И вот пленник лежал, не обращая внимания на то, что под его спиной мёрзлый камень, а конечности почти не ощущаются из-за сильного холода. Смотрел на проникающие в маленькое зарешеченное окошко солнечный лучи и с горечью думал о том, как бездарно прожил свою жизнь. Сколько всего не успел сделать. Что подвёл друга, так глупо подставившись. Подвёл свой род, который на нём же, как на последнем его представителе, и закончится этим вечером.
И до того глубоко бывший гэйро погрузился в свои горькие думы, что не услышал ни щелчков проворачиваемого в замке ключа, ни скрипа отворившейся двери. А очнулся только тогда, когда его заледеневшее плечо сжала чья-то сильная, горячая рука и ощутимо встряхнула:
— Хоби! Хоби, очнись!
Коариец медленно моргнул раз-другой, сфокусировал взгляд на фигуре, что склонилась над ним, и потрясённо выдохнул:
— Чим? Это ты?
— Я, Хоби! Ты можешь подняться? Нам нужно уходить. Здесь не место для разговоров, да и ты сам совсем замёрз.
— Попробую, — хрипло выдохнул заключённый и призвал всю свою силу воли, чтобы встать.
Не вышло. Ослабленное и закоченевшее тело не пожелало откликнуться на приказ своего хозяина. И тот, кто пришёл на выручку своему другу, увидел это. Молча взвалил безвольное тело Хосока себе на плечо и вынес из камеры.
Дальше была спешная поездка куда-то, какой-то трактир и зелье, которое заставил его выпить нежданно вернувшийся правитель народа коари. Смесь из трав и магии мгновенно разогнала холод, вернула гэйро чувствительность телу и пробудила поистине невероятный голод.
Друзья не разговаривали. Не до этого было. Оба понимали, что время играет против них, а значит Хосоку нужно было как можно скорее встать на ноги.
И он встал. Спустя несколько оборотов, ванны, плотного завтрака и ещё парочки зелий, давших мощный пинок регенерации организма, и гэйро дамая народа коари обрёл почти здоровый вид.
— С возвращением, Хоби! — улыбнулся младший наследник рода Линнуа, становясь напротив и подавая руку.
— С возвращением, Чим! — подал мужчина в ответ свою. А потом, не сдержавшись и наплевав на всякий протокол, дернул на себя товарища и крепко обнял. — Как же я рад вновь видеть тебя! А ещё очень сожалею, что подвёл.
— Не бери в голову, Хосок! Лучше скажи мне, готов ли ты пойти и раздать долги, которых за это время набралось немало у нас обоих?
— Готов! — произнёс с уверенностью в голосе недавний смертник. — Какой у нас план, расскажешь?
— План? — усмехнулся Чимин, опасно сверкнув янтарными глазами. — Он у нас обширный. Сначала заглянем к тем, кто давал кровную клятву служить тому, кого избрал Венец. Ну, а потом отправимся на свадьбу. Твою, свадьбу, Хосок. Я лично обвенчаю тею Микару и её избранника, выдающего себя за тебя. Гэйро дамая народа коари. Соединю их жизни воедино, а потом... потом все маски будут сброшены. Каждый из предателей получит своё.
— О, да! — оскалился светловолосый мужчина, встречаясь глазами с тем, кто являлся для него не только правителем, но и другом. — Мне очень хочется увидеть их лица в тот момент, когда эти коари поймут, что проиграли.
— Тогда вперёд, мой верный гэйро! Не будем заставлять наших врагов ждать!
Лалиса Чон (Пранприя)
Экскурсию для Верховного Князя государства вампиров и своего «горячо любимого» муженька я решила провести по тому же самому маршруту, каким водил меня не так давно капитан Ким. Начала с периметра, честно показав все имеющиеся в стенах щели. Потом был внутренний двор с обветшалыми постройками, плац, с видавшими виды тренировочными снарядами, а под конец, дабы чуть-чуть скрасить негативное впечатление, которое оставила у Ким Тэхена эта прогулка, отвела мужчин в имеющийся на территории сад. Да, тот по случаю осеннего времени не мог похвастаться ни листвой, ни какими-либо плодами, но на фоне общего обветшания военного форта здоровые и крепкие деревья заряжали позитивом.
Что не замедлил отметить Ким Тэхен, сделав вдох полной грудью:
— Это лучшее место во всей крепости! Здесь даже дышится по-другому. Легче и глубже. В то время как остальное просто ужасно. Почему так, леди Чон? Не поясните?
— Потому, что невозможно всего за два цикла, которые я нахожусь здесь, восстановить то, что спускалось в отхожее место годами, — сообщила, метнув в недовольного супруга холодный взгляд. — Отсутствие должного контроля над лицом, нанятым с целью, чтобы оно следило за порядком в крепости, привело к тому, что это самое лицо чересчур расслабилось. Уверовало, что за руку на горячем его никто не поймает и принялось устанавливать свои правила.
— Это очень серьёзные обвинения, леди Чон! — покачал головой главный вампир Эрстейна.
После чего также посмотрел на Ыну и ледяным тоном спросил:
— Каково ваше мнение по поводу всего увиденного нами и тех слов, что сказала ваша жена, князь Чон? Объясните, как вы допустили, чтобы Дарт'Сулай из мощной крепости превратилась в непонятно что с дырявыми стенами? Я вообще удивлён, что её, в таком состоянии, до сих пор не захватил враг! И нас всех заодно!
— Мне весьма стыдно признаваться в этом, но я не знаю, почему наследство моего отца и дело всей его жизни находится в столь плачевном состоянии, Светлейший князь, — помявшись, и метнув на меня ответный злой взгляд, ответил наследник Чонгука. — Полагаю, всё дело в ненадлежащей трате средств, которые своевременно выдавались мной на содержание крепости. И вины с себя за то, что уделял мало внимания происходящему в ней, я с себя не снимаю. Однако, в отличие от моей дражайшей супруги, я бы не был так уверен в личности того, кто тратил средства не по делу. Надо во всём как следует разобраться, а не обвинять голословно.
— Тогда давайте разбираться, — склонил голову Верховный Князь Эрстейна. — Ситуация с финансами совершенно непонятная. Предлагаю нам всем вместе перебраться в какое-нибудь удобное место и заняться этим нелёгким делом. Есть такое в крепости, князь Чон?
— Да, Светлейший князь! — склонился в уважительном поклоне последний. — Мой кабинет.
Я с трудом удержалась от ироничного хмыканья, услышав заявление «любимого» супруга. Его кабинет, ага. Буквально в последний момент прикусила губу, успокоив себя тем, что мой час торжества ещё не настал. Разбираться эти двое собрались. Ну-ну. С удовольствием полюбуюсь на лица высокородных князей, когда те увидят двойную бухгалтерию Рауда Колля.
— Показывайте дорогу, лорд! — распорядился тем временем Ким Тэхен, но посмотрел при этом на меня. Сехун же самым странным взглядом, которым смерил при первой встрече.
Это заставило напрячься. А ещё немедля выяснить, что не так. Однако прежде, чем я успела открыть рот и произнести первое слово, мужчина продолжил отдавать приказы:
— И нанятого вами управляющего распорядитесь к нам пригласить. Он нам столько всего интересного рассказал о новой хозяйке крепости. И сама леди также выдвинула свои обвинения. Без очной ставки нам будет не обойтись.
Как я не села прямо там, где стояла, узнав, что беглый вор и убийца каким-то невероятным образом успел не только выйти на отряд Верховного Князя, но и вернулся вместе с ним в Дарт'Сулай, сама не знаю. Более того, у меня даже слов не нашлось, чтобы вербально отреагировать на ТАКИЕ новости.
Поэтому, когда двое моих спутников двинулись в сторону главного входа в крепость, смогла лишь молча направиться следом. А пока шла, думала о том, как следует понимать поступок Рауда Колля. На что он рассчитывал, оболгав меня перед Верховным и с ним же вернувшись в Дарт'Сулай? Ложь этого вампира будет легко доказать. У меня на руках целых пятнадцать тетрадей с его записями о прикарманивании чужих денег. Если только....
Додумать последнюю мысль до конца я не успела. Мы дошли до своей цели. Ыну приглашающе распахнул дверь кабинета... и мы с Ким Тэхеном потрясенно застыли на его пороге. Глазам открылся поистине ужасающий вид. Часть мебели была перевёрнута, ящики стола выдернуты, их содержимое высыпано на ковёр, а книжные шкафы полностью лишились своих жильцов. Книги валялись на полу: частично порванные и растоптанные. Словно тот, кто устроил весь этот погром в кабинете, пребывал в неистовстве. Принялся рвать и крушить всё на своём пути, не найдя искомого. И, кажется, я знаю, кто это был.
— Лалиса! — взревел, приходя в бешенство, наследник Чонгука. А затем рванулся в мою сторону, пылая жаждой убийства в глазах. — Что ты тут устроила?
Я шарахнулась назад, стремясь избежать близкого контакта с этим ужасом летящим, и врезалась спиной в дверной косяк. Толком не поджившие раны обожгло болью и с моих губ против воли сорвался стон. В глазах потемнело, а ноги предательски задрожали.
Но упасть мне не дали. Невменяемый супруг оказался отброшен назад одним коротким жестом Верховного Князя, а я сама, спустя всего миг, очутилась у того на руках. В несколько шагов он внёс меня в порушенный кабинет, усадил на уцелевший в результате погрома диван и жёстко потребовал, присев рядом на корточки:
— То, что мы наблюдаем здесь сейчас, как-то связано с вашим состоянием здоровья, княгиня? Я вижу, что вам больно и ощущаю запах крови. Простое столкновение с дверным косяком не могло вызвать таких повреждений. Из чего я делаю вывод, что незадолго до нашего приезда у вас в этом помещении с кем-то произошёл серьёзный конфликт. Кто это был?
— Не было никакого конфликта, — возразила я, с неудовольствием отметив появившегося и вставшего рядом супруга. — Мои травмы — результат встречи с одной из тварей Пустоши. А что касается кабинета, то всё это, скорее всего, устроил упомянутый вами Рауд Колль. Пока мы ходили и осматривали крепость он, вероятно, пробрался сюда чтобы забрать свои тетради, на страницах которых хранятся записи о всех совершенных им финансовых махинациях. Не нашёл тех в своей комнате, где прятал, потому как мы с капитаном Ким забрали эти доказательства чужого воровства. Господин управляющий должно быть решил, что они хранятся где-то здесь, вот и устроил весь этот беспорядок. Он и вернулся то с вами сюда, Светлейший князь, только лишь потому что в Дарт'Сулай осталось документальное подтверждение его преступной деятельности. Не удивлюсь, если узнаю, что этот вампир снова сбежал: не найдя того, что ему было нужно.
И словно в подтверждение моих слов на пороге разгромленного кабинета возник один из новоприбывших воинов, которому Ыну по дороге сюда отдал приказ найти Рауда Колля и доставить для личного разговора с Верховным Князем.
— Светлейший, лорд Чон, требуемого вами вампира нигде нет. С того момента, как мы въехали во двор крепости, его никто не видел!
— Так! — проревел Ким Тэхен, одним стремительным движением оказываясь на ногах. — Закрыть все входы-выходы и поднять на ноги каждого воина Дарт'Сулай, не пострадавшего в недавней схватке с врагом! Обыскать здесь каждый угол, каждую щель, куда мог забиться этот тип. Найдите мне Рауда Колля!
— Да, Светлейший князь! — торопливо произнёс гонец, принёсший дурные вести, и поспешил скрыться.
А сам Ким Тэхен повернулся к наследнику Чонгука и жестко произнёс:
— Возьмите своих друзей-товарищей, князь Чон, а также нескольких воинов крепости, хорошо знающих местность. Прочешите территорию вплоть до ближайшей деревни. В ваших интересах найти вора. В противном случае вся ответственность за халатные действия, в отношении данного военного объекта, ляжет целиком на вас. Я понятным языком говорю, лорд?
— Да, Светлейший князь, — прозвучало сухое со стороны.
— Тогда можете идти.
Наследник Чонгука молча развернулся и покинул кабинет. А я, проследив за тем, как за ним тихо закрылась дверь, не удержалась и едко прокомментировала:
— Да никого он не отыщет. Рауд Колль, как тот самый колобок из сказки: и от «бабушки» ушёл, и от «дедушки» тоже уйдёт. Жить-то хочется!
Взгляд, которым наградил меня Ким Тэхен, услышав прозвучавшее высказывание, заставил резко пожалеть о собственной болтливости. Острый, пронзительный, он лучше всяких слов дал понять, что рассчитывать на покой и одиночество в ближайшие часы мне не стоит.