2
Никогда не любила фильмы ужасов. И не понимала стремления некоторых людей пощекотать себе нервы. Зачем, если в реальном мире и без этого полно всяких монстров? Они могут ходить рядом с тобой, ездить в одном транспорте, а ты даже знать об этом не будешь, потому что выглядят эти люди на первый взгляд совершенно нормально. Вот что по-настоящему было страшно, а не все эти выдуманные кинематографом существа жуткой наружности.
Однако сегодня я попала в безвыходную ситуацию, когда оказалась не в силах что-либо поделать. Была вынуждена смотреть картины прошлого чужой жизни, которая походила на сущий кошмар. А его участницей являлась та самая появившаяся на пляже незнакомка. Её последние воспоминания касались мужчины, за которого она вышла замуж, и их первой брачной ночи. Меня буквально трясло от гнева, отвращения и ужаса, во время их просмотра, а желание убить мучающего девушку урода, который был ко всему прочему сильно пьян, не покидало ни на минуту. Увидела я и то, как юная красавица, которую звали Лалиса, получила свои отметины. Этот гад, её муж, ударил ту по лицу, когда девушка попыталась оказать ему сопротивление. А поскольку человеком он не являлся, получилось то, что получилось.
— Ну, думаю с тебя довольно, иномирная душа, — скрипучий старческий голос, что прозвучал совсем рядом, оборвал, наконец, череду страшных картин. — Теперь ты знаешь, кем стала, и кто теперь ТВОЙ муж.
— Мой? — в ужасе прохрипела я, с трудом шевеля губами, но пока не в силах открыть глаза.
— Теперь ты — Лалиса, княгиня Чон. Не та, кем была когда-то в своём мире. А душу самой девушки я отпустила на свободу, как та того и желала. Она достаточно настрадалась.
— Она? А как же я?
— А ты другая, — раздался в ответ неприятный царапающий смех. — Ты сильная. Ты справишься. Настоящая Лалиса была слишком слабой, изнеженной и безвольной. Здесь таким не место. Но об этом мы ещё поговорим, иномирянка. Сейчас — спи. Тело княгини и твоя душа должны окончательно слиться воедино. И не волнуйся, я не оставлю тебя. Буду помогать, пока ты не освоишься. А зовут меня Атрана, запомни это имя.
И я действительно постаралась это сделать, ощутив накатившую сонливость. Не понимаю пока толком, что происходит, но обязательно во всем разберусь. Вот сразу, как проснусь, начну вникать в творящееся со мной, а пока...
'Упрямая! — довольно усмехнулась стоящая рядом с кроватью старуха, глядя на спящую девушку. — Хорошо. Помыкать собой никому не даст. И то, что эта душа не так юна, как бывшая хозяйка тела, тоже плюс. Девчонка просто не осилила бы тот груз ответственности, что лёг бы на её плечи. Эта же наверняка со всем справится: не даром аура светится точно маяк в ночи. А она, одна из последних, кто принадлежит к ордену Пленяющих души, поможет в этом иномирянке. Держись, князь Чон, вместо испуганной и покорной девочки в женах тебя будет ждать нечто совсем иное".
* * *
В следующий раз я пришла в себя уже в одиночестве. Открыла глаза, уставившись на незнакомый каменный потолок, но совсем не удивилась его наличию. Я помнила всё. И случившееся на пляже, и видения, появившиеся в моей голове, и слова странной старухи, которую звали Атраной.
Что я теперь совсем другой человек. Девушка по имени Лалиса, носящая титул княгини, и имеющая в мужьях настоящее чудовище. Вампира, если судить по моим собственным воспоминаниям, для которого жена не значит ровным счётом ничего. И вот с этой тварью теперь предстояло иметь дело мне? Да ни за что! Интересно, в этом мире разводы практикуются, или придётся в спешном порядке паковать вещички и бежать в неизвестность?
На последней мысли я досадливо вздохнула и попыталась сесть. Сколько можно лежать бревном и размышлять? Можно ведь делать это и на ходу. Тем более, что дел теперь у меня невпроворот. Познакомиться с новой собой, раз уж той Пранприи, которой я была тридцать лет, больше нет. Понять, где и в каком окружении предстоит жить, а также определиться с собственным будущим.
— Ваша светлость, ну что же вы делаете? — прозвучал со осуждающий женский голос, отчего я, успевшая приподняться на своём ложе, невольно замерла.
Повернула голову на звук, чтобы понять, кто ко мне обратился, и увидела девушку, которая была немногим старше самой Лалисы. А скромное коричневое платье в пол, белый передник и стопка сложенных полотенец в руках дали понять, что передо мной служанка.
Которая, пока я её рассматривала, спешно отложила свою ношу на стул, что стоял у самого выхода из комнаты, и кинулась ко мне, продолжая выражать недовольство:
— Вам не стоит вставать!
— Кто это сказал? — спокойно осведомилась я в ответ и наконец села.
— Леди Орли, — подбежавшая к кровати девушка схватила одеяло и поспешно накинула мне то на плечи.
— Леди Орли? — переспросила, принявшись осматриваться и отмечая про себя, что спальня, где проснулась, как-то маловата по размеру и бедновато обставлена, для княжеских покоев. — Она мой лечащий врач?
— Лечащий врач, Ваша светлость? — удивилась служанка. — Кто это? Я не совсем понимаю вас.
— Лекарь. Лечащий врач — тот же самый лекарь. И напомни мне, пожалуйста, своё имя. Я запамятовала.
— Розанна, Ваша светлость! Госпожа Атрана предупредила меня, что после того, как побывали на пороге между жизнью и смертью, вы можете многое забыть. Просила помочь вам вспомнить, так что можете спрашивать всё, что хотите знать. А что касается леди Орли, то она не лекарь. Она ваша компаньонка.
— В таком случае я не вижу причин прислушиваться к словам женщины, которая ничего не смыслит в науке лекарства, — бросила я взгляд на собеседницу, которая, стоя рядом, смотрела куда угодно только не на меня. — И принеси, пожалуйста, зеркало. Хочу узнать, насколько плохо выгляжу.
— Не надо, Ваша светлость! — отшатнувшись назад, испуганно округлила глаза служанка, и наконец посмотрела мне в лицо.
— Почему? Всё настолько ужасно?
— Нет, просто...
— Зеркало, Розанна, — строго произнесла, глядя на перепуганную девушку. — Живо!
Страх на лице последней сменился не менее сильным удивлением (из чего я сделала вывод, что прежняя Лалиса так себя не вела), а затем она медленно развернулась и направилась к туалетному столику, что стоял аккурат напротив постели. Выдвинула один из ящиков, достала оттуда ручное зеркало в резной оправе и, вернувшись обратно, протянула мне его трясущимися руками.
В отражающую поверхность я заглянула без какого бы то ни было страха или трепета. Представляла примерно, что увижу. А стоило внимательнее присмотреться к отметинам от когтей, которые «украшали» теперь уже моё лицо, облегчённо выдохнула. Те оказались не настолько глубоки, как мне показалось тогда, на пляже. Следы, конечно, останутся, но будут выглядеть, когда заживут, как тонкие белые полоски. Что было не настолько критично. Природную красоту Лалисы Чон не сильно испортит. Главное теперь, чтобы в них грязь никакая не попала и воспаление не началось. Вот это будет по-настоящему плохо. А ещё что-то надо было делать с длиннющей красно-рыжей гривой, доставшейся мне в наследство. Так оставлять точно было нельзя. В воспоминаниях Лалисы я видела, как её вампир-супруг, творя свои бесчинства, наматывал косу девушки на свой кулак. Невольно передёрнулась всем телом, когда эти картины вновь возникли перед внутренним взором, и поспешила переключить своё внимание на продолжающую стоять возле кровати служанку.
А та, видимо, восприняла мою реакцию на чужие воспоминания на счёт испорченной внешности, потому что поспешила заверить с преувеличенной бодростью в голосе:
— Леди Чон, не смотрите на то, как сейчас выглядит ваше лицо! Оно обязательно заживёт, и вы будете прекрасны, как прежде!
— Непременно, — сухо кивнула я в ответ, возвращая Розанне зеркало. — А сейчас помоги мне привести себя в порядок.
— Хорошо, Ваша светлость! Не извольте беспокоиться! Я сейчас же подам вам таз для умывания и подберу домашний наряд.
— Нет. Всё это потом. Я хочу, чтобы для начала ты принесла мне ножницы.
— Н-ножницы? — заикаясь, переспросила служанка, а её глаза распахнулись во всю ширь. — З-зачем?
— Причёску буду править. Чего ты так перепугалась?
— П-причёску? — взгляд собеседницы, которую прозвучавшие слова совсем не успокоили, переместился куда-то мне за спину. — Н-но зачем? Не нужно ничего резать, леди Чон! Я возьму гребень и аккуратно прочешу ваши волосы.
— Розанна, я хочу, чтобы ты принесла мне ножницы, — твёрдо, даже жёстко произнесла я, посмотрев в глаза девушке. — Сейчас же!
— Не надо, Ваша светлость! Не делайте этого! — чуть не плача взмолилась в ответ служанка, словно я заявила, что намереваюсь отчекрыжить косу ей самой.
— Что тут за шум? — вмешался в наш спор с девушкой третий голос, который стал для меня полной неожиданностью.
Отвлёкшись на Розанну, я упустила из вида тот факт, что в эту комнату может зайти ещё кто-то. Так что теперь оказалась вынуждена созерцать черноволосую богато одетую женщину лет тридцати пяти, весь вид которой буквально кричал о том, что она привыкла командовать.
Похоже это и есть упомянутая Розанной леди Орли, которая заявила служанке, что мне нельзя вставать. И сейчас я, по всей видимости, получу незабываемые впечатления от знакомства с ней.