21
Двое "долговцев" сидели у костра, вспоминая события последней ходки. Что-то тихо прошелестело за их спинами. Один из них обернулся, посветил в том направлении.
Но то был всего лишь ветер.
Бдительный охранник клана, уже немолодой и бывалый сталкер, не способный ходить в рейды из-за травмы поясницы, в эту ночь находился на своём месте — искусственной вышке, расположенной на стреле башенного крана. Несколько управляемых прожекторов были в его распоряжении. Вся база могла спать спокойно в те ночи, когда он стоял на страже. Он знал это и без устали перемещал световые пятна по земле, следуя известной ему одному траектории, с ювелирной точностью следя за каждым подозрительным объектом. Ни один человек не мог пробраться через его тщательно проработанную и многократно оправдавшую себя систему.
Ни один.
Борланд тихо приоткрыл дверь, ведущую к лестнице. Сильное волнение охватило его — два года назад его вели по этой лестнице с мешком на голове. Проклятая ночь...
Сжав в руках нож, сталкер помчался вверх, неслышно прыгая по ступенькам. Он знал, какая дверь ему нужна. Чувствовал это.
И ошибиться не мог. Пальцы легли на дверную ручку, ведущую в комнату, в былые времена предназначенную для допросов.
Сейчас как раз было самое время для допросов.
Борланд открыл дверь и широко распахнул её.
Как и следовало ожидать, убранство комнаты сильно изменилось. Исчезли трухлявый стол и кишащий клопами зелёный диван. Комната была обустроена по-военному: целый ряд металлических шкафчиков, на дверцах которых исправно работали все замки, сколоченная из досок самодельная, но прочная кровать, и даже умывальник с зеркальцем. Одна из внутренних стенок была разобрана, от чего пространство расширилось втрое, образовав существенный простор. У противоположной стены стоял письменный стол, за которым сидел крупного сложения мужчина с атлетической внешностью и мужественным лицом. Он что-то писал карандашом на листке бумаги.
Борланд приблизился к нему, и человек поднял голову, не высказав никаких признаков удивления.
— Мир тебе, Борланд, — произнёс Ястреб, главный лидер группировки "Долг".
— Да какого хрена, мать вашу?! — орал часовой южного блокпоста Бара, чуть не сломав рацию судорожно вцепившимися в неё пальцами. — Поднимите тревогу, вам сказано! В штаб-квартире диверсант! И он может быть не один! Сообщите Анубису, если у самих мозги атрофировались!
Рядом с ним, зажимая раненую голову, валялся и стонал его напарник, которого пытался успокоить третий часовой наряда.
— Настало время поговорить, — произнёс Борланд.
— Это верно, — согласился Ястреб, откладывая в сторону бумаги и сцепляя руки на столе. — Присядь.
Борланд покачал головой.
— Я постою, — сказал он.
— Как будет угодно, — вздохнул Ястреб. — Если бы вот так ко мне ворвался кто-то из клана, то на следующий день он был бы самым строгим образом наказан.
— Я не из твоего клана, — процедил Борланд.
— Да, к сожалению, — кивнул Ястреб. — Я тебя слушаю.
— Чего вы хотите от меня? Ястреб высоко поднял голову.
— Хороший вопрос. Я как раз хотел задать его тебе.
— Мне нужна моя жизнь.
— В таком случае ты выбрал весьма спорный метод достижения своей цели, — изрёк Ястреб.
Борланд растерялся на секунду. Ястреб встал из-за стола, обошёл его и присел на край.
— Ты меня всегда удивлял, Борланд, — сказал он. — Да и, признаться, не меня одного. Я не стану перечислять все странные ситуации, которые с тобой происходили, — ты с ними знаком и без моего напоминания. Но то, что ты вытворял последние дни, когда вернулся в Зону, — это верх загадочности. Полагаю, ты искал своего врага? Того, кто заразил тебя аномалией?
— Что ты об этом знаешь? — потребовал ответа Борланд. — Расскажи мне. Или я убью тебя.
— Крайнее средство, — сухо сказал Ястреб. — Впрочем, действенное. Ты прав, я знаю, кто несёт за это ответственность. Проблема в том, что ты и сам это знаешь, но не способен принять.
— Что такого я сделал Коалиции, что она охотится за мной? — спросил Борланд. — Я не имею отношения к вашим войнам.
— Не имел, — поправил его Ястреб. — Вплоть до того момента, как сам стал интересоваться Клинчем и его тайной миссией. Достаточно благородной, если ты ещё не знаешь.
— Что за миссия?
— Уничтожение Монолита.
Борланд решил, что ослышался.
— А при чём тут я? — спросил он, ожидая услышать всё что угодно.
Но к ответу он всё же оказался не готов. Лидер клана, усмехнувшись, покачал головой.
— Совсем ни при чём, — сообщил он. — Борланд, мой друг. Мне действительно неудобно это говорить, но никто из Коалиции за тобой не охотился, пока ты сам не сунул голову в наши дела. Твоя проблема не имела никакого отношения ни к нам, ни к нашим планам. Ты просто пал жертвой личной мести человека, чью жизнь необратимо сломал. И не более того.
— Что случилось? — спросил Анубис, на ходу застёгивая молнию комбинезона. — Почему в Баре тревога? Только быстро.
— Нападение на штаб-квартиру, — ответил Тигран, стараясь не отставать от стремительно передвигавшегося командира.
— И что? Вы не можете разбудить ребят, чтобы они сами справились?
— Это Борланд. И он не один.
Анубис помрачнел, передёрнул затвор пистолета и убрал его в кобуру.
— Поехали, — приказал он. — Готовь джипы.
— О чём ты говоришь? — прошептал Борланд. — Какого ещё человека?
— Мне было крайне увлекательно следить за твоими перемещениями по Зоне, — продолжал Ястреб. — Вероятно, твои друзья полагали, что могут подключиться к спутнику Коалиции и бродить незамеченными? Все ваши движения фиксировались. Аналитики клана недолго ломали головы над причинами твоего поведения, и нам быстро стало ясно, что ты просто ищешь ответы не в том месте. Собственно, у всех нас и без того хватало забот, чтобы отвлекаться на тебя. Помогать тебе, разумеется, никто не стал, так как ты ясно дал понять, что никакая помощь тебе не нужна, периодически причинял клану неудобства, в результате приведя Ксавьера к гибели.
— Я не хотел никому навредить, — произнёс Борланд и вздрогнул. Ему стало холодно. Предчувствие страшной опасности охватило его.
— Теперь это уже не имеет значения. Борланд, слушай меня. Я клянусь честью клана, что ни "Долг", ни Клинч, ни тем более Коалиция не преследовали тебя. Извини, но ты слишком мелкая сошка для того дерьма, которое здесь творится. Однако ирония судьбы заключается в том, что в поисках истины ты утонул в нём по самые уши. Теперь тебе предстоит присоединиться ко мне и к Клинчу. Ты слишком много знаешь, а на кону успех всей операции. Ты и представить себе не можешь, сколько человек в ней задействованы и чего нам это стоило. Твоё участие может перевесить баланс сил в нашу пользу. Подумай. Пока ещё есть время.
Борланд хотел что-то сказать, но его речь оборвалась в самом начале — снаружи раздались выстрелы.
— Наконец-то, — проговорил Ястреб. — Я уже решил, что мои парни окончательно заснули.
— Если вы не охотились за мной, — спросил Борланд, чувствуя, как ему сдавливает горло отчаяние, — то кто? Кому я помешал? Откуда ты обо всём этом знаешь?!
— Соглашайся, — ответил Ястреб, и внезапно черты его лица приняли некий оттенок обречённости, как у человека, вынужденного совершить тяжёлый выбор. — Весь клан теперь знает, что ты здесь. Анубис со своими людьми уже едет сюда. Когда они обнаружат тебя, то убьют. А что до твоего вопроса... Полагаю, что ты увидишь своего врага через минуту.
— Что случилось? — крикнул Анубис, соскакивая с джипа прежде, чем машина остановилась. — Сколько их?
— Неизвестно, — ответил Спектрум, потирая затылок. — Ребята с патруля успели заметить одного. Он бежал к Ястребу.
— Двигаем, — махнул рукой Анубис. Шестеро бойцов с автоматами наперевес помчались за ним.
— Я ничего не понимаю. — Борланд сжал руками голову, чуть не порвав бандану на части. — Я совсем ничего не понимаю!
— Запомни ещё одну вещь, — сказал Ястреб, взволнованно глядя в окно на остановившиеся перед зданием джипы. — Когда выберешься отсюда, иди к Падишаху. Он знает всё. Он ответит на любые вопросы. А если не ответит, заставь его. Сейчас нам предстоит ещё одно дело.
— Какое дело?
— Бо-о-орланд!
Сталкер мигом обернулся, в шоке глядя на вбежавшую Литеру. Её лицо было перекошено от ужаса, ноги подкашивались. Она тяжело дышала и смотрела красными от слёз глазами.
Борланд буквально затрясся, увидев девушку.
— Что ты здесь делаешь?.. — растерянно прошептал он.
Литера перевела взгляд за его спину, её глаза расширились. Дёрнувшись, Борланд глянул через собственное плечо, и в его висок упёрлось дуло пистолета Ястреба.
— Ещё одно дело, — жёстко повторил лидер "Долга".
— Четверо со мной, двое остаются у входа! — рявкнул Анубис, перескакивая через несколько ступенек за раз. — И смените патруль! Одна-единственная девчонка прорвалась сквозь нашу линию обороны! Вам надо глаза повырывать за ненадобностью!
— Простите, босс, — послышалось снизу, но Анубис уже не обращал внимания.
Ястреб обошёл Литеру и запер металлическую дверь.
— Не удивляйся так, — сказал он Борланду, возвращаясь к столу. — Ты и не заметил, как, двигаясь сюда, расчищал путь для всякого, кто вздумал бы последовать за тобой? Не предполагал, что найдёшь свои ответы прямо здесь? В страшном сне тебе не могло присниться, что тот, за кем ты гонялся, всё это время ходит рядом с тобой?
— Литера, — произнёс Борланд, не в силах двинуться с места. Девушка смотрела на него, прижав ладони ко рту. Казалось, она вот-вот упадёт в обморок.
— Это финал истории, но ещё не конец, — сказал Ястреб. — Борланд... прими мои извинения.
Голос лидера "Долга" дрогнул. В первый и в последний раз в жизни.
Пистолет в его руке дёрнулся. Прогремел выстрел.
Литера вскрикнула, её отбросило назад. Она упала на спину, прижав руки к животу. Под телом девушки быстро начало растекаться красное пятно. Адреналин едва не взорвал голову Борланда. Поворачиваясь к Ястребу, он успел увидеть, как горячий ствол пистолета со страшной силой бьёт его в висок. У сталкера подкосились ноги, и он свалился на каменный пол.
— Помни, — сказал Ястреб. — Падишах расскажет тебе всё.
Он бросил пистолет на стол, подошёл к Литере и поднял её на руки.
Ручку запертой двери кто-то подёргал, затем в неё начали ломиться.
— Немедленно откройте! — проревел кто-то.
Борланд медленно поднял голову. Встать получилось с третьего раза. Ястреб подошёл к нему, бережно удерживая Литеру, на лице которой уже расплывалась смертельная бледность. Он вручил её Борланду, который принял девушку, ещё не понимая, что в этой комнате только что произошло.
— Из нас троих выживет один, — сказал ему Ястреб, и Борланд в последний раз посмотрел ему в глаза. Полные искреннего сожаления.
— А выбирать — значит отказываться, — произнёс лидер клана. — Когда-нибудь ты поймёшь, почему из нас троих я выбрал тебя.
Подскочив к люку в полу, он открыл его.
— Скорее! Нет времени! Уходи!
Он толкнул Борланда в люк, и сталкер машинально побежал вниз, ничего не видя и не слыша вокруг себя, думая только об одном...
Литера, Литера, Литера!..
Ястреб захлопнул за ним крышку люка и повернулся к двери. Вовремя.
Дверь слетела с петель. В комнату ворвался Анубис и с ним шестеро бойцов.
Лидер клана продолжал стоять на месте. Стройный и мощный, преисполненный истинного величия.
Во взгляде его стыла беспросветная тоска.
Анубис посмотрел на люк, затем взглянул главному командиру в глаза.
Ястреб улыбнулся заместителю и коротко кивнул.
Очень медленно Анубис повернулся на месте. Бросив короткий взгляд на своих товарищей, он заложил руки за спину и уставился в потолок.
"Долговцы" подняли оружие, нацелившись в Ястреба, который в последний раз с уважением оглядел своих подопечных.
Автоматы закончили безмолвный разговор.
Борланд так и не осознал, что потайной ход из кабинета Ястреба ведёт за пределы штаб-квартиры клана. Он не помнил, как сумел спуститься по ступенькам с Литерой на руках, как дошёл по узкой трубе, по колено в воде, до выхода, как выбрался в пустоши Тёмной Долины, навстречу ночи. Он не думал о том, что только что произошло, что могло произойти и чего не случилось. Всё его сознание заполнило лишь стремление поскорее убежать, выбраться из этого страшного места и из оков собственных ошибок, унести Литеру в безопасное укрытие. Он видел лишь смутные силуэты деревьев, звёзды в чужом небе, спутанные волосы девушки, её застывшее лицо, невидящие глаза, безвольно спадающую руку, бьющуюся о его бок при каждом шаге...
Борланд упал на колени, опустив девушку в траву. Наклонился над ней, безжизненно покоящейся на земле. Её комбинезон был пропитан кровью с обеих сторон.
Литера была мертва.
Борланд неподвижно сидел перед ней, пока его не начала бить дрожь, переходящая в судороги. Сталкер в отчаянии провёл рукой по лицу девушки, пощупал пульс, прижался ухом к груди в безумной надежде услышать биение сердца, которое она совсем недавно хотела вырвать и отдать ему.
Медленно поднявшись, он с силой сжал голову руками. Ему не хватало воздуха. Борланд начал дышать быстро и часто, проклиная себя, что не может поделиться дыханием с девушкой.
Ненароком коснувшись ножа Сенатора, он обнаружил за поясом посторонний предмет. Вытащил его и долго не мог сообразить, что же это такое.
На его ладони лежал карманный персональный компьютер Литеры.
Борланд снова уселся в траву, дрожащими пальцами пытаясь привести устройство в рабочее состояние. В его замутнённое горем сознание всё же проникло чёткое понимание того факта, что этот КПК мог оказаться у него единственно возможным образом: девушка сама сунула его за пояс Борланду, пока он уносил её прочь из штаба клана.
И это движение руки было последним, что она совершила в этой жизни.
Экран засветился мягким голубым сиянием. Борланд тупо щёлкал кнопками, соображая, что за страницы перелистываются перед его глазами.
Дневник Литеры.
Сталкер продолжал щёлкать, пока не добрался до одной из страниц, на которой увидел фотографию.
Внимательно вгляделся в неё.
Крепко-крепко зажмурился.
Потом открыл глаза и вгляделся ещё раз.
Его внезапно обессилевшие пальцы разжались. Уронив КПК в траву, мокрую от крови Литеры, Борланд поднял невидящие глаза к небу, и из его груди вырвался неистовый, звериный крик.