Глава 16
Они не успели добраться до Лира, когда все снова пошло не так.
Двое незнакомых деймонов вышли из-за деревьев раньше, чем Эш дошел до них. Он замер. Пайпер застыла в паре шагов за ним, глядя на новоприбывших. Казалось, это деймоны, что напали на гаян и не убежали далеко из-за атаки коронзона. Эти выглядели не очень и непримечательно: лысые, мускулистые бойцы. Они вели себя как военные.
— У нас инкуб, — сказал один из них без предисловий.
Пайпер резко вдохнула. Она прижимала к себе раненую руку и не понимала, что будут делать три деймона, если она просто сядет на месте и откажется двигаться, пока судьба не перестанет бить ее по лицу на каждом шагу.
Эш отреагировал не сразу. Когда он заговорил, его голос был ледяным и жестоким шипением.
— Вам лучше сейчас не вставать у меня на пути.
Деймоны посмотрели на мертвого коронзона. Тот, что заговорил, раскинул руки, стараясь успокоить.
— Если хочешь друга, идем с нами. Если хочешь уйти, мы тебе не мешаем.
Пайпер поняла, что он подразумевал, что они не могут его остановить.
Эш фыркнул.
— Веди нас.
Деймон кивнул. Они с товарищем развернулись. Эш пошел за ними. Пайпер плелась в конце, спотыкаясь через каждые пару шагов. Рассвет окрасил горизонт в бледно-розовый, но лес все еще был темным. Она поняла с немым удивлением, что дождь прекратился. Она не помнила, когда. Все было смутным. Ее память. Деревья вокруг нее. Все.
Сильная рука обхватила ее талию. Она моргала и мутно видела лицо Эша. Она перестала идти? Он вернулся за ней. Еще вспышка удивления. Она думала, что он уйдет, бросив слабую девчонку-чеймона позади.
— Она в шоке, — сказал незнакомый голос. Военные деймоны тоже вернулись. Кхм.
— Смотрите на ее руку, — сказал другой. — Ее ладонь…
Эш издал резкий звук, и деймон притих. Эш осторожно потянул ее за талию. Она задвигалась, ее голова опустилась на его плечо, пока он тянул ее за собой. Его рука была теплой. Часть ее хотела, чтобы он обвил ее руками и держал так, пока все плохое не пройдет. Другая ее часть хотела, чтобы он никогда ее не трогал.
Она не заметила ничего, пока они шли. Просто пролетело время. Деревья выглядели одинаково. Деймоны шли легко, не тревожась. Эш вел Пайпер за ними, неся почти весь ее вес на себе. Онемение затемняло ее мысли. Только увидев обгоревшие развалины Консульства, она поняла, где они были. Медленно моргая, она разглядывала сцену.
Около дюжины префектов стояли с руками на пистолетах. Новые джипы стояли за обломками прежних. Префекты ждали, терпения у них было мало.
Почти все деймоны из сражения уцелели. Они вели себя как военные, как солдаты, ждущие приказа, презрительно глядя на префектов. Они были в лучшей форме, чем префекты, после такого боя.
В ряд возле префектов сидели уцелевшие гаяне. Они были в крови и оковах. Матери Пайпер среди них не было. Она не знала, что ощущать из-за этого.
Возле группы деймонов сидели Лир и — потрясение пробило онемение Пайпер — дядя Кальдер. Они не были связаны или в оковах, но было ясно, что отходить им нельзя. Лир сжался от боли, держась рукой за плечо, но он с облегчением улыбнулся при виде Пайпер. Дядя Кальдер тоже обрадовался, но был мрачен.
— Ну, ну, — голос разбил тишину. — Почему я не удивлен?
Ненависть вспыхнула в Пайпер. Она через миг сопоставила голос с лицом, знакомый префект вышел из основной группы и пошел к ней. Несколько приспешников шли за ним. Пайпер стиснула зубы. Ярость сожгла онемение, и Пайпер смогла выпрямить спину. Этот сержант арестовал ее, отказывался верить ей, обвинял ее во всех преступлениях, совершенных гаянами.
Он, торжествуя, улыбался. Он приближался и скользил по ней взглядом. Пайпер вяло попыталась закрыть разорванную футболку. Он вытащил из-за пояса наручники. Двое деймонов, приведших их, напряглись.
Эш был быстрее. Он шагнул вперед, чтобы перехватить сержанта. Лицо мужчины побелело, когда он поздно понял, что грядет. Эш взмахнул рукой. Он схватил сержанта за горло и отбросил его. Мужчина рухнул на спину, не мог дышать. Он не успел охнуть, ботинок Эша опустился на его горло. Эш посмотрел на приближающихся префектов, они остановились.
Эш медленно давил ботинком. Глаза сержанта выпучились. Он схватился за ногу Эша, пытаясь ослабить давление, чтобы вдохнуть.
— Я не в настроении общаться, — прорычал дракониан, — так что я объясню просто. Вы первые и последние префекты, лезущие ко мне. Попробуете снова, и я убью весь отряд. Разозлите меня, я убью дивизию. Массовые убийства станут неплохим выплеском злости, — он склонился и оскалился перед багровым лицом сержанта. — Обычно я охочусь на тех, кто хуже вас.
Он убрал ботинок с сержанта и отступил. Его взгляд унизил сержанта и приказывал уйти. Дракониан вернулся к Пайпер и нетерпеливо скрестил руки.
Сержант, кашляя и хрипя, встал на ноги. Гнев смешался со страхом, который он не мог скрыть, искажая его лицо.
— Если ты… — начал он сдавленно.
Эш перебил голосом, что был холоднее льда:
— Если ты хоть на секунду подумал, что я буду играть в хорошего и во второй раз, то долго ты жить, чтобы пожалеть о такой мысли, не сможешь.
Мужчина подавился. В воздухе сгустилось напряжение.
Оно разбилось, когда Майсис, деймон, освобожденный Пайпер в подвале, вышел из-за джипов. Трое префектов с тревогой на лицах плелись за ним. Загадочный деймон улыбнулся, его желто-зеленые глаза сияли, он встал рядом с ней и деймонами, приведшими Эша. Военные деймоны отсалютовали Майсису.
— Сержант, — плавно сказал он префекту, — вам стоит знать, что Тарота лучше не злить. У них ужасный характер.
Сержант побелел. Он переводил взгляд с Майсиса на Эша.
— Что ты здесь делаешь? — осведомился Эш. Пайпер раскрыла рот от очевидной враждебности в его тоне. — Иди точить когти о другое дерево.
Глаза Майсиса стали холодными кусочками зеленого льда.
— Можно хоть попытать вести себя вежливо, Аштарот. Я могу спасти тебя от прибавления к репутации убийств здесь. Или ты хочешь быть в крови жертв?
— На моих руках, может, и есть кровь, Майсис. но на твоей совести ее куда больше. Если у тебя вообще есть совесть.
— Что ты знаешь о совести, Аштарот? — фыркнул Майсис.
— Я…
Пайпер сжала его руку. Эш закрыл рот и яростно посмотрел на нее черными глазами. Она едва смогла не скривиться.
— Эш, — прошептала она. — Я отпустила его из подвала гаян. Он был в плену.
Эш презрительно посмотрел на Майсиса.
— Он? — фыркнул Эш. — Во что ты играешь, кот?
Майсис поднял голову и постучал пальцем по ошейнику.
— Я просчитался. Как и ты, когда Сахар пропал, да?
Эш задумчиво замолчал, глядя на ошейник. Двое военных деймонов заметили направление взгляда Эша и придвинулись ближе к Майсису. Тот не обращал внимания на Эша, а посмотрел на Пайпер. Она немного сжалась, не зная теперь, как воспринимать его.
— Пайпер, — сказал он, тон смягчился, став менее хищным. — Я рад, что ты выжила. Я боялся худшего, когда дом обвалился, — он вежливо не смотрел на изорванную футболку.
— Ты вытащил моего дядю. Спасибо.
— Конечно, — он посмотрел на ее раненую руку, прижатую к груди, и нахмурился.
Сержант громко кашлянул.
— Майсис, сэр, у нас есть дело.
Пайпер посмотрела на сержанта средних лет, обращающегося к юному деймону как «сэр».
— Я знаю, — рявкнул Майсис. — Терпение. Девушка ранена.
— Она украла ваш ценный Камень. Спросите. Подтвердите.
Пайпер застыла от слов сержанта. Камень Майсиса? Неужели…?
Деймон сосредоточился на Пайпер.
— Пайперель, я вижу правду. Я узнаю ложь безошибочно. Префекты согласились поверить мне в этом деле. Если ты скажешь правду, я это подтвержу, и тебя больше не будут обвинять.
— Почему они тебе поверят?
Он вскинул брови.
— Потому что Сахар скорее мое дело, чем их.
Она облизнула губы.
— Ты — Ра, да?
Майсис улыбнулся, как кот с мышкой под лапой.
Эш фыркнул.
— Он не просто Ра. Он их чертов наследник, — он плюнул с откровенным отвращением.
Пайпер глубоко вдохнула, стараясь успокоить нервы, ведь ее страхи подтвердились. Конечно, Эш ненавидел Майсиса. Майсис был наследником самой сильной семьи Надземного мира, полноправным владельцем Сахара. Эш был как-то связан с семьей Аида, самой сильной в Подземном мире, ворующей Сахар уже не первый раз. Им было суждено ненавидеть друг друга.
Она нахмурилась, глядя на Майсиса.
— Что тогда ты делал в подвале?
— Я проверял гаян. Я не ожидал, что у них будет коронзон, как и не думал, что позволяю им надеть на себя такой мощный ошейник, когда отказался биться с коронзоном, — он вздохнул. — Надо мной весь год будут смеяться.
— А то и дольше, — отметил Эш.
— В любом случае, — Майсис не слушал Эша, — я уже допросил гаян и твоего дядю. Правда ясна: гаяне совершили все преступления в Консульстве Гриффитса, кроме кражи Сахара. Они не знают, где он. У них никогда его не было. Твой дядя не знает, кто украл камень из Консульства, и у кого он теперь.
Сердце Пайпер билось в горле. Она старалась дышать ровно. Майсис подобрался близко к правде, Пайпер почти покачала дяде камень. Страх щекотал ее спину, она поняла, что Майсис собирался допросить ее. Если она соврет, он поймет. Если она признается, что у нее был Сахар, что она скрыла его ото всех и убежала с ним, а потом потеряла, последствия могли быть какими угодно, но наказание точно последовало бы. И если общество узнает, что у нее был Сахар, они всегда будут думать, что она откуда-то знает, где он сейчас. Деймоны продолжат охотиться на нее. Она не избавится от страха нападения.
Она смотрела на наследника Ра, понимая, что ее будущее зависит от его вопросов и правды, которую ей придется выдать. Пристальные взгляды всех на газоне прожигали ее. Пайпер прижимала руку к груди и старалась не выглядеть испуганно. Все зависело от вопросов видящего правду. Или она спасет себя, или это будет ее последним падением.
Глаза Майсиса стали черными. Сила окружали его, потрясающая, ведь он все еще был с работающим подавителем на шее. Конечно, Эш смеялся от слов, что Майсис был в плену гаян. Конечно, деймон Ра был безразличен к плену. Она была уверена, что он мог сбежать в любой миг, но почему-то не сделал этого. Он выжидал, терпел унижение по своим причинам. Может, ждал настоящего вор?
Он приблизился, и Пайпер видела только его черные глаза, затемненные его силой. Его рука поднялась, пальцы коснулись ее подбородка. Она прикусила губу, помня прикосновение Эша там же. Майсис был таким же пугающим без морока? Или Надземные деймоны отличались?
— Пайперель Гриффитс, — сказал он. Голос был мелодичным. — Говори только правду, — тишина давила на ее уши. Ее взгляд прожигал ее. — Ты украла камень Сахар из хранилища в Консульстве Гриффитса?
Она сморгнула слезы и ощутила облегчение. Она посмотрела в глаза Майсиса и ответила сильным ясным голосом.
— Нет.
Майсис кивнул. Потрясение расцвело на лице сержанта.
— Камень Сахар у тебя? — спросил деймон Ра.
— Нет, — повезло. Впервые потеря камня не казалась полной катастрофой.
Майсис кивнул, принимая правду.
— Ты знаешь, где сейчас камень Сахар?
Она облизнула губы. Она знала, что его забрала гарпия, но не знала, куда.
— Нет.
Он замешкался. Она ждала, не смея дышать. Наконец, он кивнул.
— Правда, — сообщил он. — Все правда. Девушка невиновна.
Сержант шагнул вперед.
— Но…
Майсис развернулся с внезапной жестокостью. Он оскалился.
— Сомневаешься в моих способностях, сержант? — его голос был убийственным шипением. — Думаешь, она обманула меня? Думаешь, ее простые ответы как-то скрывают ложь?
Сержант попятился так быстро, что споткнулся.
— Нет, конечно, нет. Я… то есть… Простите меня. Я ошибся.
Майсис смерил его взглядом и повернулся к Эшу.
— Аштарот, говори только правду. Ты украл камень из хранилища в Консульстве Гриффитс?
— Нет.
Пайпер сжала кулаки. Она мысленно благодарила Майсиса. Он задавал хорошие вопросы. Если бы он спросил просто, украл ли Эш камень, ответ был бы ложью. Эш украл Сахар, но не из хранилища.
— Камень Сахар у тебя?
— Нет.
— Ты знаешь, где сейчас камень Сахар?
— Нет.
— Правда, — сообщил Майсис. Он посмотрел на сержанта черными глазами. — Что-нибудь еще?
— Спросите, что он тогда здесь делает.
Майсис снова сосредоточился на Эше.
— Зачем ты прибыл сюда, Аштарот?
Пайпер задержала дыхание. Эш замешкался. Он осторожно выдохнул.
— Пайпер отправилась спасать отца. Я хотел помочь ей.
Она закрыла глаза, отпуская напряжение. Он не знал, что это был дядя Кальдер, но это было не важно, ведь он говорил правду, и от этого выглядел благородным, а не подозрительным. Пайпер открыла бы глаза, чтобы увидеть выражение лица сержанта, но держать их закрытыми было так приятно.
— Вот и все, сержант, — голос Майсиса теперь был странно пустым, слишком громким для ее ушей, словно он был слишком близко и далеко одновременно. — Они пришли для спасения. Они невиновны.
— Вы понимаете, что у нас не остается подозреваемых? — последовал злой ответ.
— Так тому и быть. Я предпочитаю правду, чем тратить время и энергию, арестовывая невинных.
Воздух гудел в ушах. Все казалось далеким, неважным, несвязным. Ее рука пульсировала в такт с биением сердца.
— Пайпер? — прошептал Эш в ее ухо. Его сильная рука обвивала ее талию, поддерживая ее. Она прижалась к нему. Было так приятно не стоять. Он вдохнул, когда она обмякла. Он подхватил ее на руки, раненая рука оказалась у его груди, он осторожно прижал Пайпер к себе.
— Майсис, где твой целитель? — осведомился он. Его тревога была слышна в голосе.
Майсис отдавал приказы. Мир кружился, но руки Эша были неподвижными и сильными. Всегда сильными. Он был ее камнем в океане, который заполнил ее жизнь с атаки на Консульство. Он появлялся снова и снова, предлагал силу и ничего не просил взамен.
Стыд сдавил ее. Из глубин поднялась решимость, и она заставила себя открыть глаза. Ее взгляд нашел Эша, в его серых глазах светилась тревога.
— Эш…
— Тише. Не переживай. У Майсиса есть целитель. Ты будешь в порядке.
Она не могла сказать ему, что простила его за предательство и ложь. Она не могла сказать ему, что понимала, зачем он сделал это, и что она сожалеет, что обвиняла его. Она не могла сказать ему, что он не пугал ее после того, как она видела, какой он. Но ей нужно было кое-что ему сказать.
— Эш, я…
Он нахмурился и склонил голову, слушая. Она прижала ладонь к его голове сбоку.
— Эш… мне нравятся твои рога. Они крутые.
Она вяло улыбнулась от его ошарашенного лица. Удерживая эту картинку в голове, она сдалась тьме.