Глава 38
Все замерли, в смешанных чувствах глядя на Литу: Йохэй и Феодосия достали недавно убранное оружие, Силина, Сенжа и Ян в недоумении смотрели на новоприбывшую. Лишь двое – Рьюсоку и Белтайн – спокойно наблюдали за девушкой.
Красноволосый, продолжая легко улыбаться, разглядывал Литу, та же старалась не смотреть в лиловые глаза парня.
– Лита, что творишь?! – возмутилась Феня.
– Вы же сами говорили, что не любите этого парня, а я ведь просто облегчу вам жизнь, убив его, – усмехнулась шатенка.
– Ты права, но лишь отчасти, – холодно произнёс Рьюсоку.
– И в чём же я не права?
– Пусть к Белтайну мы и не испытываем особо тёплых чувств, но от него зависит жизнь нашей подруги. Если ты убьёшь его сейчас, то в скором времени Сенжа тоже умрёт, – хафу перевёл взгляд на красноволосого. – Я ведь прав?
– Да, если меня убьют (при этих словах парень едва сдержал смех), человечка не протянет и полугода, – ответил парень. – Тем более, – он взглянул на Литу, – ты не сможешь меня убить, силёнок маловато.
– Сомневаешься в моих способностях? – девушка всё продолжала держать нож.
Красноволосый лишь улыбнулся.
– Есть ещё одна причина, по которой ты не сможешь убить меня.
– И какая же?
– Заблудшие души, – ответил Белтайн, растянув губы в широкой ухмылке.
В ту же секунду одна из душ, появившись из тумана, на огромной скорости врезалась в щит, поставленный парнем. Все нервно дёрнулись, ожидая дальнейших действий врага. Душа взревела и снова попыталась пробить щит, но уже своим оружием, коим оказался молот.
– Я могу избавить нас от них.
– Неужели ты способен на такое? – прищурился хафу.
– Рью, ты уже забыл, кто я? – хмыкнув, парень начала подниматься с земли.
– Эй! Ты что, не слушал меня совсем?! – возмутилась Лита.
– Помолчи уже, раздражаешь, – лёгкий, едва слышимый щелчок пальцев — и рука Белтайна покрылась чешуйками.
Движение пальцев — и когти обхватили твёрдую сталь.
Хруст.
Металл раскрошился и небольшими кусочками упал на землю.
Лита с ужасом, остальные с недоумением наблюдали за секундными действиями парня.
– Раз мне больше ничего не угрожает, – произнёс Белтайн, обращая руку обратно в человеческую. – Займусь-ка я незваными гостями.
Он прошествовал мимо Йохэя и Фени, отшатнувшихся от парня, достиг границы щита и, когда душа вновь кинулась вперёд, выставил руку. Подбежав достаточно близко к парню, душа вдруг замерла, и в её глазах отразился страх со смесью удивления.
– Ты… – хрипло произнесла она.
– Я, – кивнул Белтайн. – Давай без лишних разговоров.
В ту же секунду из его пальцев вырвалось лиловое пламя, окутавшее душу, что стала настолько громко визжать, что всем пришлось зажать уши руками и крыльями (относится к Силине).
– Зачем же так громко, – красноволосый лишь поморщился, наблюдая за тем, как от души остаётся только пепел.
После он устремил взор в туман, сощуривая глаза в предвкушении. Он опустился на одно колено, коснулся обеими ладонями влажной земли и прикрыл глаза. Из-под его пальцев начали появляться лиловые искорки, растекающиеся по поверхности. Завидев сие действо, все благоразумно сделали пару шагов назад, дабы не попасть под горячую руку.
Искорки же постепенно собирались в множество тонких и светящихся лучей. Когда лучи достаточно разрослись, парень обернулся и сказал:
– Заткните уши и не открывайте, пока я не скажу.
Никто не осмелился его ослушаться.
– Отлично, – он сосредоточился и шепнул: – Сожгите их.
Лучи с нечеловеческой скоростью метнулись в туман, ища своих жертв. Послышались визги, вой, проклятия, слившиеся в единую какофонию препротивнейших звуков. Прошла минута, две, пять, семь, а какофония и не думала прекращаться. То тут, то там вспыхивали лиловые костры, в тумане казавшиеся бледными. Каждый костёр предназначался одной душе.
Прошло ещё минут пять, когда всё прекратилось.
Белтайн встал, пошатываясь. Из его ушей текла кровь, заливая шею и часть одежды.
Сенжа подскочила с места и подбежала к парню, спрашивая о его самочувствии. Парень лишь потрепал девочку по голове и сказал:
– Всё в порядке, заживёт. Сама-то как?
– Со мной всё хорошо, но вот Силина… – девочка протянула красноволосому карритерру, потерявшую сознание от жутких звуков.
– Не беспокойся, с ней всё будет хорошо, – хмыкнул парень. – Ей нужен отдых. Пусть поспит, её жизни ничего не угрожает.
Только тогда Сенжа выдохнула, но в её глазах всё ещё плескалось беспокойство за подругу.
– А что с лошадками? – она вновь заглянула Белтайну в глаза.
Парень обратил внимание на животных, еле стоящих на ногах и трясущихся. Вздохнув, он подошёл к коням и погладил каждого по морде. Лошади немного успокоились, но их продолжала бить дрожь, хоть и не такая сильная.
– Белтайн, – подошедшая девочка дёрнула парня за рукав.
– Чего такое?
– Почему у лошадей кровь не пошла?
– Барабанные перепонки дахунов намного сильнее человеческих и могут вынести чуть ли не сильнейший ультразвук. Правда, громкие шумы и звуки плохо влияют на их психику, потому, – он взглянул на Феню, – они должны находиться под бдительным присмотром хозяев.
Поняв его намёк, девушка подошла к животным и стала успокаивать их, что-то шепча.
– Итак, – Белтайн обвёл всех взглядом, – я жду слова благодарности.
– У тебя есть чувство такта? – устало вздохнул хафу, подсознательно зная, что его вопрос так и останется без должного ответа.
– Спасибо, Белтайн, – первой поблагодарила парня девочка, глубоко поклонившись. Пакифу поддержал её длинным «Пури~», в котором можно было отчётливо услышать безмерную благодарность.
Красноволосый легко кивнул головой, принимая слова девочки и пакифу, и окинул взглядом остальных членов группы.
– Прими мою благодарность за спасение моей жизни, Белтайн, – Рьюсоку чуть склонил голову, положив руку на рукоять катаны.
– Спасибо, – хором ответили Феня и Йохэй, хотя по ним было видно, что молодым людям это даётся с трудом.
Красноволосый довольно фыркнул и посмотрел на Литу, стоявшую в стороне.
– А вот от тебя я жду и благодарность, и извинения.
– Чести много, отродье, – огрызнулась девушка, а у парня едва заметно дёрнулась бровь.
Лита, подумав немного, опустилась на колени, коснулась лбом земли и сказала:
– Я, Лита Тесу, благодарю Рьюсоку Хиноками, Йохэя Мураками и Феодосию Киартенру за спасение моей жизни и приношу свои извинения за то, что потревожила вас и подвергла ваши жизни опасности.
– Не стоит так официально, – смутилась беловолосая, а парни поддержали её кивками. – На нашем месте любой… практически любой поступил бы так же.
Феня помогла подняться девушке, отряхнув её одежду.
Белтайн издал то ли фырканье, то ли смешок, но этот звук был явно недовольным.
– Лита, – обратилась к ней девочка, привлекая внимание девушки. – Почему ты со злобой смотрела на Белтайна? – Сенжа подошла к ней, наклонив голову набок. – Почему ты назвала Белтайна дьявольским отродьем? Он что-то сделал не так? Чем он заслужил это прозвище?
Девушка была немного огорошена таким количеством вопросов, но ещё она уловила ледяные нотки в голосе говорившей. Глядя в эти бирюзовые глаза, что вдруг стали какими-то другими, Лита не могла точно описать их, а по спине у неё пробежали мурашки. Нахмурившись, Лита задала встречный вопрос:
– Ты защищаешь его?
– Если и так, то что? – прищурилась Сенжа, буравя девушку взглядом.
– Почему? – удивилась девушка.
– Может, ты первая ответишь на мои вопросы? А потом я уже на твои, что скажешь? – девочка немного помолчала, а потом добавила: – Думаю, не мне одной будет интересно узнать причину столь огромной ненависти к Белтайну, я ведь права? – она обернулась к остальным.
Те кивками подтвердили последние слова Сенжы.
– Ну, так что? – она вновь посмотрела на Литу.
– Ладно, – недовольно буркнула девушка, с какой-то опаской посматривая на Сенжу и Белтайна.
Девушка уселась на землю и начала свой рассказ:
– У меня на родине, в Ведьмином Царстве, есть одна легенда, которую рассказывают обычно во время Хэллоуина. Эта легенда повествует о том, как один человек уничтожил целое государство, – она тяжело вздохнула. – Когда-то, давным-давно, на том месте, где сейчас раскинулась Хасан (Прим. А.: Хасан – пустыня, занимающая почти половину материка Яизар), была поистине огромная и процветающая Империя, но, к сожалению, её название стёрлось из нашей памяти. В ней люди жили и не ведали войн, голода и болезней, императорская чета была добра и мудра, народ любил её. Но… в один день всё изменилось, Империю накрыла мощная огненная волна, сжигая абсолютно всё: живое и неживое…
– Неужели не выжил даже тот, кто эту волну создал? – подала голос Сенжа, с интересом слушая Литу.
– Выжил, – ответила девушка.
– И кто же это был?
– Мальчик, – всё так же односложно отвечала Лита.
– Ребёнок? – изумился Рьюсоку.
– Да. И один из будущих жителей моей Родины, – подтвердила слова хафу девушка. – По его, будущего жителя, рассказам, у мальчишки были неестественно яркие лиловые глаза, а белые короткие волосы на мгновение окрасились в алый цвет, цвет крови, – Лита перевела взгляд на Белтайна, как бы намекая, что его внешность идентична внешности ребёнка из легенды.
Остальные последовали примеру девушки и тоже уставились на красноволосого. Тот же, в свою очередь, улыбнулся самой невинной улыбкой, какой только может улыбаться человек, скрывая за ней раздражение.
– Подведя итог, хочу сказать: в Ведьмином Царстве алый, не красный или ещё какие-либо другие оттенки, именно алый, считается проклятым цветом. Неважно, волосы или глаза алого цвета, такого человека будут ненавидеть, презирать и бояться. Но ненависти будет больше. Потому, – Тесу прикрыла глаза, – я и напала на Белтайна, – произнесённое имя далось с трудом. – Ибо он – монстр.
Повисло напряжённое молчание. Каждый обдумывал слова девушки, бросая взгляды в сторону аловолосого.
– Хочешь сказать, что из-за какого-то цвета волос Белтайн – монстр? – Сенжа выгнула бровь. – Это же полнейший бред! – выкрикнула она, ошеломив Литу.
– То есть я вру?! – вспылила Тесу.
– Нет! – таким же тоном ответила девочка. – Просто ты слишком суеверна, судишь человека по его внешнему виду, а не по поступкам. Это неправильно!
– Почему ты вообще его защищаешь?!
– Он мне жизнь спас! Если он спас меня, как я могу относиться к нему плохо и верить всяким старым сказкам?!
– Не похож он на миролюбивого и готового протянуть руку помощи любому человека! – вскочила с места Лита. – Я не удивлюсь, если он убивал, и не раз!
– Соглашусь, Белтайн – не подарок, – кивнула девочка, попытавшись успокоиться, – но он, повторюсь, спас. Мне. ЖИЗНЬ! Даже если он убийца, мне плевать! Ты и твой народ можете болтать всё, что душа ваша пожелает, можете рассказывать друг другу сказки на ночь, уверяя, что алый цвет – цвет проклятья, можете видеть в людях лишь оболочку, внешность и прикреплять ярлыки. Вы можете делать это с кем угодно, но не с моими друзьями, не с Яном, не с Силиной, не с Рьюсоку, не с Йохэем и Феней и тем более не с Белтайном! Ни с кем из них! Никто не может судить их лишь по внешнему виду! Ни-ког-да!
Сенжа тяжело дышала, глядя в упор на девушку, осевшую на землю от столь сильного напора. Остальные же стояли, как громом поражённые, удивлённые не меньше Литы, но больше всех был поражён объект необычного спора Литы и Сенжы, Белтайн. Аловолосый не отрывал глаз от девочки, ощущая, как внутри него разливается странное тёплое чувство, немного неприятное, из-за своей необычности, но такое неожиданно необыкновенное.
– Мне приятно, что ты такого хорошего мнения обо мне, Сенжа, – произнёс Белтайн с неизменной немного нахальной улыбкой, попытавшись таким образом скрыть необычное чувство.
Получилось, но, как выяснилось позже, ненадолго.
Аловолосый подошёл к девочке и положил ладонь ей на плечо, призывая остыть. Сенжа, не слыша его шагов, резко обернулась и уставилась в спокойные лиловые глаза парня, выдохнула.
– Прости, – сказала она, поворачиваясь к Лите, – я потеряла контроль над своими эмоциями, – она протянула руку.
Девушка недоверчиво покосилась на протянутую ладонь девочки, которая буквально несколько секунд назад источала злость, после перевела взгляд на стоящего за её спиной Белтайна и вздрогнула.
Аловолосый смотрел на неё в упор, белки глаз почернели, а зрачки, наоборот, побелели и вытянулись в тонкую линию. И взгляд, которым прожигал девушку парень, не обещал юной ведьме ничего хорошего, если она не примет помощь девочки, терпеливо ждущей её ответа. Сглотнув и попытавшись сдержать дрожь в голосе, Тесу произнесла, принимая помощь девочки:
– Ничего страшного, – поднялась на ноги, – здесь есть и моя вина тоже. Ты права, я не должна судить о людях только по внешности, – бросила очередной взгляд на аловолосого и с облегчением увидела, что зрачки и белки стали привычного для людей цвета.
Пусть Тесу и выдавила из себя улыбку, но внутри у неё бушевал настоящий ураган из нескольких чувств: прежде всего – страх, страх за свою жизнь, страх перед хищником, что стоял за спиной Сенжы; второе – недовольство, недовольство тем, что на неё накричал ребёнок, хотя разница в возрасте не такая уж и большая; к недовольству присоединилось третье чувство – злость, злость на себя и свою беспомощность; и, наконец, последнее чувство, совсем небольшое, ощущая которое даже Лита удивилась, – зависть, зависть, что у этой девчонки так много друзей, что она так сильно ими дорожит. У Литы никогда не было тех, кого она могла назвать друзьями, у неё толком-то и семьи не было. Её нашли, когда она была маленькой, года в три-четыре; с тех пор она обзавелась сводным старшим братом и дедушкой, имеющим большой авторитет среди жителей Ведьминого Царства.
Лита была избалованной, привыкшей ко всеобщему вниманию, к тому, что с ней хотят общаться все без исключения. А сейчас… сейчас у девушки возникло ощущение, что на неё смотрят с осуждением или насмешкой, чего она боялась больше всего на свете. Даже Белтайн не внушал ей такого страха, как возможность быть осмеянной и брошенной всеми. Сказывалось тяжёлое детство без отца и матери.
– Лита, – Сенжа коснулась плеча ведьмы, бросая несколько осуждающий взгляд на Белтайна.
Тот хмыкнул и, невинно улыбнувшись, сделал пару шагов назад.
– А? – встрепенулась девушка.
– Всё в порядке? Ты побледнела, – с улыбкой произнесла Сенжа. А Лита в который раз за сегодня удивилась — такая резкая перемена настроения.
– Да. Всё хорошо.
Кивнув, Сенжа отступила от девушки и погладила Яна по коричневой шерсти.
– Что будем делать теперь? – озвучил интересующий многих вопрос Рьюсоку, взглянув на Сенжу и Литу.
– Ждать, когда туман рассеется? – предположила Феня.
– Вряд ли это случится, – отклонила её предложение Сенжа. – Судя по всему, этот туман создан искусственно. Его может развеять только создатель, верно я говорю, Белтайн? – она обернулась к парню.
– Абсолютно, – кивнул парень, соскабливая кровяные дорожки из ушей и немного морщась от боли.
– Тогда что нам делать? – спросила Феня. – Может, у тебя есть предложения, Белтайн?
– Я могу перенести нас всех, все наши вещи и лошадей в том числе, – немного лениво произнёс парень, старательно убирая кровь. – Но! Мне нужно как минимум два часа, чтобы магический резерв восстановился полностью, тогда я смогу перенести нас поближе к Мэнто. Согласны?
– Да, – ответил ему хор голосов.
– Чудненько, – хмыкнул аловолосый. – Ну, у вас есть пара часов с небольшим, можете отдыхать, спать, делать, в общем, что хотите. Ах да! Насчёт душ не волнуйтесь, в ближайшее, и довольно продолжительное, время они не появятся, – он ухмыльнулся, как показалось многим, с каким-то злорадством. – Боятся. Но за пределы защитного поля желательно не выходить.
Компания разбрелась по поляне, располагаясь в разных её частях, никто в центре не остался. Время текло медленно, словно патока, так что скоро некоторые – Лита, Сенжа и Феня – начали скучать.
– Долго нам ещё ждать? – проныла Феня.
– Ещё около получаса, – ответил Белтайн, более-менее очистив себя и одежду от крови, развалившись на земле.
Раздался дружный тяжкий вздох.
Чуть более получаса спустя
– Готовы? – обратился ко всем Белтайн, в его глазах блестел азарт.
Ответом стали хор голосов, «Пури!», изданное Яном, и ржанье лошадей.
– Будьте готовы к последствиям, – на губах расплылась довольная улыбка.
Никто больше не успел сказать и слова, потому что под всеми возник магический изумрудный круг, обрамлённый такого же цвета ромбами в количестве нескольких штук. Эти самые ромбы стали подниматься к небу, исчезая и с каждым разом увеличивая свою скорость, становясь всё быстрее и быстрее, пока не превратились в размытые полосы. Круг с начертанными внутри рунами вспыхнул настолько ярко, что всем пришлось закрыть глаза, дабы не ослепнуть. Последнее, что услышали ребята, – неестественно громкий голос Белтайна, назвавшего город:
– МЭНТО!
Вся компания исчезла, лишь только шумели ветки деревьев.
***
– Не получилось, – раздался голос, заставивший стоящую под деревом Шери испуганно икнуть и поднять глаза вверх, но она никого не увидела. – Ты меня всё больше разочаровываешь, куколка, – голос раздался прямо над ухом девочки.
Отпрыгнув, та снова никого не увидела.
– Не старайся, не увидишь, – насмешливое хмыканье. – Лучше тебе принести извинения за свою неудачу, иначе расскажу малышкам-близняшкам. Ты же не хочешь, чтобы они об том узнали, м~?
– П-приношу свои извинения, – поклонилась девочка, мысленно гадая, кто эта неизвестная, ибо голос был определённо женским, но это точно не Госпожа и не Шируфу.
– Умничка, – чья-то рука потрепала Шери по голове, та съёжилась. – У тебя осталась ещё одна попытка.
Постояв ещё в тишине несколько минут, девочка облегчённо выдохнула и устало осела на землю, а в голове крутилась одна-единственная мысль: «Кто. Это. Чёрт возьми. Был?!»
