Beautifull
Как-то раз ты сказал, что падающие звёзды ничего не значат, и я поверила твоим словам – самым главным и важным.
Очень сложно привыкшему к нашей грешной жизни взгляду уловить такие вещи, как заход солнца или появление радуги на голубом небе. Нет, ни в коем случае я не осуждаю вас. Но хочу, чтобы вы знали: моему взору открылся вид на сто сорок один закат, и ровно восемьдесят девять раз я наблюдала твою спину, когда после очередного свидания ты уходил туда, где мне никогда не удавалось побывать. Девушки, друзья, вечеринки – всё это смиренно ожидало молодого юношу, в то время, как он целовал её. Неприметную никому, кроме темноволосого красавца, отвергаемую большинством, не считая высокого спортсмена. Кто же эта незнакомка, покорившая блудное сердце? Где она, эта «забитая мышка» днём и «прекрасный цветок» ночью? Далеко ходить не надо. Это всего лишь я - бывшая ученица лондонской школы - Скай Картер. Девушка, успевшая поверить в любовь, но не сумевшая её обрести.
Каждое утро я шла в школу с одной чёткой целью – учиться, чтобы помочь маме выбраться из долгов. Каждый божий день я выполняла домашнее задание до самой последней задачки, чтобы получить хорошую оценку. Боязнь влюбиться росла с каждой минутой, проведённой рядом с самым популярным парнем среди всех классов. Вернее, не совсем рядом, а через шесть прямоугольных столов, отделявших футбольную команду от моего столика.
Из года в год время тянулось своим чередом, оставляя позади огромное количество серых дней, косых взглядов и несказанных слов. Твоих слов.
Как-то раз на биологии, когда мистер Форд вдумчиво рассказывал о делении клетки, ко мне на парту прилетел бумажный самолётик. Это было не в новинку – пять дней в неделю я уносила домой около пятнадцати таких же, кривых, сделанных из потёртой клеточной бумаги знаков отвращения ко мне. Следом за тем, первым, полетели и другие. От Макса – твоего лучшего друга, от Алекса – твоего напарника по лабораторным работам, от Эммы – твоей девушки. Но невозможно было не заметить среди этих творений один, совсем особенный – аккуратно сложенный, пахнущий дорогой туалетной водой. На одном из «крыльев» мелким кривым почерком было начертано: «Сегодня в 5 я у тебя». А ниже синее сердце (ручка-то синяя, конечно). Одного твоего взгляда, полного надежды, но всё ещё такого холодного и пустого, хватило, чтобы понять имя отправителя. Подумала ли я, что всё это шутка? Да. Ждала ли я тебя? Ещё как.
И время останавливалось каждый вечер, который мы проводили вместе. Три метра моей комнаты на втором этаже стали единственным местом, где я ощущала себя в безопасности. До сих пор помню аромат кремовых десертов и кофе, предназначенных для ужина и оставленных на потом. Но почему-то не помню запаха твоих волос, к которым я прикасалась кончиками длинных пальцев и, трепетно дыша, целовала мягкие губы.
А утром примерно такой же десерт летел в меня со стороны вашего столика. Тяжело дыша, я отмывала приставший крем, а заодно и всю ненависть и злость каждого из вас.
Три года пролетели так быстро, что никто даже не заметил приближения лета - времени, когда изменилось всё. Начиная от оформления фотографий в школьном альбоме и заканчивая судьбой Скай Картер, девушки, не имевшей ничего, кроме трёх метров наслаждения.
Когда ты, дорогой мой мальчик, пришёл на выпускной бал с другой, из глаз предательски полились слёзы, но их можно было остановить. Когда ты, милый, испортил мою фотографию, которая должна была красоваться на одной странице со списком преподавателей – я готова была напиться и бродить одной по ночному городу, но «выбила» из себя это желание. Когда ты собственноручно вылил на моё платье весь оставшийся от захода старшеклассников пунш, мой мир рухнул.
Крыша высотки, ставшая недавно нашим укрытием, теперь являлась воротами, ведущими из ада, где находился ты, в… ад, где не было тебя. Стоя на краю, я думала лишь о двух вещах, ведь других у меня никогда и не было. О маме, у которой молила прощения, и о трёх метрах моей тёмной комнатки. Холодный ветер придавал этому действу большей эффектности, а моему продрогшему телу ещё более светлый оттенок кожи. Платье, пропитанное напитком, издавало сильный характерный запах, который вызывал ненависть и тогда и сейчас.
Шаг, один шаг, и картину произошедшего можно вставлять в любой фильм такого жанра. Через мгновение я увижу твоё лицо, полное ужаса, и взгляд, совсем не такой, как в тот день на биологии. Всего лишь один удар об мёртвую землю способен сделать такой же и меня. Но ты сделал это чуть раньше.
Знаешь, после смерти весь мир окрасился в чёрно-белый. Так угадай, каким стал для меня ты?
Как-то раз ты сказал, что падающие звёзды ничего не значат, но я не поверила этому и загадывала желание каждый раз при виде яркой точки на небе.