Книга 2 - "Хроники спящей крови"

Тьма сомкнулась вокруг, плотная и живая. Я стояла босая где-то посреди пустоты, и ни одного луча света не было видно. Только холод и тяжёлое дыхание самой темноты.

— Эль… — голос был тихим, но звенел внутри меня, словно произносился прямо в сердце.

Я обернулась, но никого. Лишь мерцание, как будто вдалеке вспыхнули два глаза. Они смотрели на меня внимательно, настойчиво, будто пытались пробиться сквозь меня внутрь.

— Кто здесь? — спросила я, но ответом было лишь эхо моего собственного страха.

В груди вспыхнуло тепло, сжатое в комок. Я попыталась сделать шаг назад — и наткнулась на что-то твёрдое. Чьи-то руки сомкнулись на моих плечах, крепко, но удивительно нежно.

— Не бойся… — прошептал голос у самого уха. Он был другим, не тем, что звал раньше, — глубоким, мужским, обволакивающим.

Я дёрнулась, но шагнуть не успела. Тёплое дыхание коснулось шеи, и по коже пробежала дрожь. Слишком близко.

— Ты моя… — эхом, словно раскат грома, прозвучало в пустоте.

Я резко открыла глаза. Сердце билось так, что я едва могла дышать. Некоторое время я не могла понять — сон это ещё или я уже проснулась. Потолок моей комнаты медленно проступил сквозь темноту, дыхание выровнялось.

Я села на кровати, проведя ладонью по шее, где ещё ощущался призрачный след чужого прикосновения. В окно пробивался утренний свет.

Сон… но почему он был таким реальным?

Я сжала кулаки, пытаясь выбросить из головы чужой голос и то ощущение, что меня обнимали не во сне. Нужно собраться. Сегодня снова занятие с ректором.

Я вошла в аудиторию, где мы обычно оставались наедине. В воздухе витал запах старых книг, сухих чернил и чего-то, что ассоциировалось у меня исключительно с ним — лёгкий пряный аромат тёплого дыма и звёздной ночи.

Галинхор уже был здесь. Он сидел за широким столом у окна, положив на край ладонь, а в другой держал перо, водя им по страницам тяжёлого фолианта. Когда я шагнула внутрь, он поднял голову и улыбнулся. Эта улыбка всегда имела на меня слишком сильное действие.

— Доброе утро, Эль, — сказал он низким, спокойным голосом. — Рад снова видеть тебя.

— Д-да… здравствуйте, — выдохнула я, отчего-то ощущая, как сердце ухнуло куда-то в пятки.

— Сегодня мы продолжим, — он указал на полку. — Возьми «Книгу отражений».

Я кивнула и направилась к ступеням у стеллажа. Деревянные полки тянулись вверх, книги в кожаных переплётах отливали золотым тиснением. Но стоило мне потянуться к нужному фолианту, как подошва соскользнула со ступени.

— Ах! — вскрикнула я, теряя равновесие.

Мгновение — и я бы уже лежала на полу, если бы чьи-то сильные руки не обхватили меня за талию, удерживая от падения.

Я вздрогнула. Его пальцы сомкнулись слишком уверенно, слишком близко. Ладони скользнули чуть ниже, очерчивая линии моего тела, задержавшись там, где дыхание у меня перехватило.

— Ч-чч-что вы делаете?! — сорвалось с моих губ, голос дрогнул, а щеки вспыхнули.

Галинхор склонил голову чуть набок, и уголки его губ тронула улыбка — не насмешливая, нет. Опасно-тёплая.

— А ты разве не чувствуешь? — тихо произнёс он, глядя прямо в мои глаза.

Я замерла, не зная, что ответить. Слишком близко. Слишком… искренне. Но в следующее мгновение он мягко отпустил, достал книгу с полки и вложил её мне в руки.

— Надо быть осторожней, Эль, — сказал он с лёгкой усмешкой, в голосе промелькнула тёплая насмешка. И, будто невзначай, добавил чуть тише: — Какая же ты маленькая…

Сердце снова ударилось где-то у горла. Я отвернулась, чтобы он не видел моего смущения, но ладони дрожали, будто я всё ещё ощущала его прикосновения.

— П-простите… — выдохнула я и прижала книгу к груди, словно щит.

— За что? — мягко спросил он. — Ты не сделала ничего плохого.

Он снова вернулся к своему месту, делая вид, что сосредоточен на записях. Но улыбка всё ещё играла в уголках его губ, а я прекрасно понимала — он заметил всё: мою растерянность, пылающие щёки, дрожь в руках.
Я села на своё обычное место, стараясь как можно тише, но чувствовала, как щеки всё ещё горят. Книга лежала на столе, но я никак не решалась её открыть — слишком ясно ощущала взгляд ректора, хотя он, казалось, был сосредоточен на письме.

— Ты так и будешь сидеть, сжимая фолиант, словно он тебе враг? — раздался его голос, спокойный и мягкий, но с едва заметной усмешкой.

— Я… я просто… — я заёрзала. — Немного растерялась.

— Немного? — Галинхор оторвал взгляд от своего пера и слегка приподнял бровь. — Для человека, который едва не упал с лестницы, ты выглядишь слишком… оживлённой.

Я тут же опустила глаза.
— Простите, я не хотела вас отвлекать.

Он тихо усмехнулся.
— Эль, ты правда думаешь, что можешь отвлечь меня?

Я осторожно открыла книгу, чтобы скрыть смущение, и уставилась на строки, которые сливались перед глазами.

— Читай вслух, — сказал он, и я почувствовала, что снова не смогу скрыться.

Я начала читать, но язык спотыкался о слова, а голос предательски дрожал. Каждое моё запинание он, кажется, отмечал с особым удовольствием.

— Неплохо, — произнёс Галинхор, когда я дошла до конца абзаца. — Но мне кажется, ты путаешь буквы не оттого, что они сложные.

— Я… устала, наверное, — выдавила я.

Он чуть наклонил голову и с мягкой, почти ленивой улыбкой ответил:
— Устала? Мы едва начали. Или тебя сбивает моё присутствие?

Я вскинула глаза, и он тут же поймал мой взгляд. В его фиолетовых глазах сверкнули те самые чёрные звёзды, от которых у меня всегда сжималось сердце.

— Нет, я… не в этом дело, — пробормотала я и поспешила уткнуться в текст.

— Хм. Как жаль, — тихо сказал он. — А я-то думал, что это хороший знак.

— Х-хороший? — я едва не поперхнулась воздухом.

Он улыбнулся чуть шире и вернулся к своим записям.
— Конечно. Если ты так реагируешь — значит, ты не безразлична. А это всегда помогает открыть магию.

— Вы специально издеваетесь надо мной… — вырвалось у меня.

— Возможно, — признал он совершенно спокойно. — Но только немного.

Я стиснула зубы, решив не отвечать, и снова уставилась в книгу. Но, конечно же, это не помогло: слова расплывались, а всё, что я слышала, был его низкий голос, его лёгкие подколки, его спокойное дыхание рядом.

— Давай попробуем практику, — сказал Галинхор спустя пару минут. — Закрой книгу и сосредоточься.

Я подчинилась.

— Теперь попробуй почувствовать меня, — его голос стал мягче, тише, словно он говорил прямо у моего уха. — Не книги, не шум за стеной. Меня.

Я сжала пальцы на коленях.
— Но я… не могу. Вы закрыты.

— Верно, — усмехнулся он. — Я закрыт. Но это не значит, что ты не должна пытаться.

Я выдохнула и закрыла глаза, стараясь сконцентрироваться. Но чем больше я пыталась отстраниться, тем яснее ощущала, как близко он сидит, как тёплым эхом отзывается его присутствие.

— Эль, — снова заговорил он, и я вздрогнула от того, как мягко прозвучало моё имя. — Если бы я хотел, чтобы ты чувствовала мои эмоции, я бы позволил. Но… разве тебе не интересней догадаться самой?

— Вы дразните меня, — пробормотала я.

— Конечно, — он улыбнулся, и в его голосе было слишком много тепла. — Это куда увлекательней, чем сухие лекции.

Я открыла глаза и с вызовом посмотрела на него.
— И что, так будут выглядеть все наши занятия?

— А ты хочешь иначе? — спросил он, не отводя взгляда.

Я запнулась, не находя ответа. И только он снова, почти лениво, склонился к фолианту, оставив меня сидеть с сердцем, которое колотилось так, будто я пробежала пол-академии.

— Эль, — его голос стал чуть ниже, мягкий, но с той хищной ноткой, от которой я всегда терялась. — Попробуем иначе. Подойди ближе.

Я замерла, чувствуя, как сердце тут же забилось вдвое быстрее.
— Б-ближе?..

— Да, — он даже не поднял глаз от своего фолианта, но уголок его губ дрогнул. — Магия чувствуется через контакт. Руку протяни.

Я неуверенно поднялась, подошла и остановилась прямо перед ним. Горло пересохло, дыхание сбилось.

— Ну же, — он наконец посмотрел на меня и протянул ладонь. — Не бойся.

Я, вся горя от смущения, подняла руку… и в последнюю секунду, вместо того чтобы положить её в его ладонь, как он ждал, коснулась его груди. Прямо там, где ткань рубашки натягивалась на сильных мышцах.

На миг замерла сама, не веря, что сделала.

Галинхор вскинул бровь, а затем тихо рассмеялся, низко и глухо.
— Интересный выбор, — его глаза сверкнули фиолетовыми искрами. — Обычно ученики касаются ладони. Но… твоё решение мне даже нравится больше.

Я отдёрнула руку, будто обожглась.
— Я… я не это имела в виду!

— А что же ты имела в виду? — он слегка наклонился ко мне, улыбаясь так, будто уже знал ответ. — Может, мне стоит спросить ещё раз, куда именно ты хотела прикоснуться?

— Вы… вы издеваетесь! — выпалила я, чувствуя, как пылают уши.

— Возможно, — признал он спокойно, но глаза его мерцали куда теплее, чем обычно. — Но признай, Эль: именно в такие моменты ты учишься быстрее всего.

Я сглотнула, стараясь вернуть дыхание в норму, и выдохнула:
— Я… просто ошиблась.

— Ошиблась? — его улыбка стала чуть мягче, и он тихо добавил: — Или всё же не удержалась?

Я снова залилась краской и поспешила опустить глаза.

— Давай попробуем ещё раз, — сказал он чуть серьёзнее. — На этот раз ладонь в ладонь.

Но в его голосе всё ещё слышалось то самое тёплое, дразнящее эхо, из-за которого у меня внутри всё переворачивалось.

Я глубоко вдохнула, стараясь собраться. Он протянул ладонь — широкую, тёплую, с длинными пальцами. Я колебалась всего мгновение и всё же положила свою руку в его.

В ту же секунду по коже пробежала дрожь, будто от невидимого тока. Мягкое тепло разлилось от кончиков пальцев и поднялось выше, к локтю, к сердцу, заставляя его биться ещё сильнее.

Я испуганно подняла глаза.
— Чт-что это?..

Галинхор чуть улыбнулся.
— Это магия, Эль. Самая простая её форма. Связь. Ты чувствуешь?

Я кивнула, не в силах отвести руку.
— Оно… живое.

— Оно и есть жизнь, — его голос стал ниже, почти интимным. — Магия — это отклик. Когда твоя энергия встречается с моей.

Он чуть сильнее сжал мою ладонь. Я едва не задохнулась: тепло стало горячим, сердце ухнуло вниз.

— Ты слышишь? — спросил он.

— Что? — прошептала я, чувствуя, как мир вокруг будто исчезает.

— Себя, — ответил он тихо. — Магия всегда откликается первому настоящему желанию. Даже если ты его не хочешь признавать.

Я покраснела до кончиков ушей, торопливо отдёрнула руку.
— Вы… вы опять издеваетесь.

Он чуть наклонился, улыбаясь своей опасно спокойной улыбкой:
— А если я просто называю вещи своими именами?

— Ладно, — наконец сказал он чуть мягче, снова открывая свой фолиант. — Сегодня ты сделала первый шаг. А это уже куда больше, чем просто ошибка.

Я украдкой посмотрела на него и с ужасом поняла, что улыбка не сходит с моих губ.

Я всё ещё стояла с рукой, дрожащей от прикосновения, а он вернулся к фолианту, но взгляд его не отпускал меня. Лёгкая улыбка играла на губах, а глаза — фиолетовые с чёрными звёздами — казались проникающими сквозь меня.

— Ты чувствуешь, — сказал он мягко, не отрывая взгляда, — как откликается магия?

— Я… не совсем, — выдохнула я, и моё лицо вновь пылало. — Я вообще не понимаю, как это работает.

Он тихо рассмеялся, почти шепотом, и сделал шаг ко мне ближе.

— И всё же… — его взгляд смягчился, — я вижу многое. И даже если ты сама не ощущаешь этого сейчас, магия откликается внутри тебя.

Я замерла, не зная, что ответить.

— Но… я… — я заикнулась, пытаясь найти слова. — Я… ничего не понимаю.

— Именно поэтому мы будем учиться вместе, — его улыбка стала мягче, почти трепетной. — Ты будешь чувствовать магию постепенно, а я буду рядом, чтобы направлять тебя. Не нужно сразу всё осознавать.

Я кивнула, всё ещё краснея, и почувствовала, как сердце бьётся быстрее обычного. Его взгляд, лёгкое прикосновение к моей руке, тепло в воздухе — всё это заставляло меня волноваться и одновременно ощущать странное спокойствие.

Он сделал шаг назад и вернулся к фолианту.

— Сегодняшнее занятие закончилось, — сказал он с лёгкой усмешкой. — Но магия не ждёт. Она живёт здесь, внутри тебя. И я буду рядом, чтобы помочь тебе понять её.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь собрать мысли. Даже если я пока не разбираюсь в магии, я чувствовала, что рядом со мной есть кто-то, кто способен направлять меня и помогать, даже без слов.

Он поднял глаза и с мягкой улыбкой добавил:
— Ну что, Эль, готова к следующему шагу?

Я кивнула, ощущая волнение и предвкушение того, что ждёт меня дальше. Внутри что-то бурлило, но я знала: с ним рядом мне будет проще разобраться в магии и в самой себе.

Звонок прозвенел, обрывая наше занятие с ректором. Я едва успела моргнуть, как Галинхор поднял глаза от фолианта и улыбнулся.

— Идёшь на обед? — спросил он, его голос был спокойным, но с лёгкой игривой ноткой.

— Да… — ответила я, слегка запинаясь.

Он нахмурил брови, как будто удивляясь моему тону, и к моему удивлению добавил:

— Тогда пойдем вместе. Не в столовую — у меня есть одно место, где тебе понравится.

Я нахмурилась: «Место?»

— Ты удивишься, — продолжил он, но не стал объяснять, а лишь лёгким движением рук создал вокруг нас тени, и мы мгновенно оказались на открытой террасе.

— А мы где? — спросила я, озираясь вокруг. Тераса была просторная, с высокими перилами из тёмного дерева, цветущими горшками и лёгкой тканевой маркизой, рассевающей солнечный свет. На втором этаже уютного домика стоял небольшой стол, накрытый белоснежной скатертью.

— Всё ещё на территории академии, — ответил Галинхор, словно читая мои мысли. — Здесь расположены дома преподавателей и мой. Кухарка уже приготовила обед.

Я тихо пробормотала под нос:

— Так вот почему вас не часто можно увидеть в столовой…

Думала, он не услышит, но он лишь слегка улыбнулся, глаза его мягко блеснули фиолетовым светом. Это не был взгляд осуждения, а скорее тихое, почти нежное одобрение.

— Присаживайся, — сказал он и указал на стул напротив. — Я позабочусь, чтобы тебе было удобно.

Я села, ощущая, как сердце вдруг забилось быстрее. Его внимание, такое непривычное для меня — внимательное, мягкое, но такое… мужское. Я привыкла к боям, к опасности, к тому, что меня воспринимают как равную, как бойца, который никогда не смущается. А здесь, рядом с ним, я чувствовала себя хрупкой, почти как маковый цветок на ветру.

Он внимательно посмотрел на меня, словно проверяя, всё ли в порядке, и мягко поправил скатерть на столе.

— Не спеши, — сказал он, — у нас есть время.

Я кивнула, пытаясь сосредоточиться на еде, но мысли постоянно ускользали: «Я дерусь, убиваю, не боюсь, не смущаюсь… а тут… внимание мужчины…» — и я почувствовала, как щеки мгновенно вспыхнули.

Галинхор наклонился чуть ближе, чтобы налить мне воды, и я невольно отступила, но он лишь мягко улыбнулся и сказал:

— Спокойно, Эль. Тут никто тебя не потревожит.

— Да… — выдохнула я, пытаясь вернуть себе привычную уверенность.

Он снова вернулся к столу, аккуратно разложил перед нами блюда и начал разговор о повседневных вещах: о редких травах в академии, о недавних занятиях, о погоде. Всё казалось лёгким, но при этом каждое слово, каждый жест создавал необычную интимность.

Я ловила себя на том, что наблюдаю за его движениями, за тем, как он слегка наклоняется к тарелке, как аккуратно держит приборы. Сердце подсказывало: это внимание — совсем другое, и оно действует на меня сильнее любых боёв и магических схваток.

В голове снова мелькали мысли: «Почему именно рядом с ним я чувствую себя такой маленькой? Почему обычное внимание мужчины заставляет руки дрожать и щеки гореть?»

Он заметил моё смущение и с лёгкой улыбкой произнёс:

— Ты слишком краснеешь, Эль. Расслабься. Я не кусаюсь.

Я невольно рассмеялась, и он слегка кивнул, одобрительно. Его взгляд был мягким, почти заботливым, и я чувствовала, как внутри поднимается странное тепло.

— Ты много пережила за эти дни, — сказал он тихо. — Здесь, рядом со мной, можешь просто быть собой.

Я кивнула, ощущая, как напряжение медленно уходит, но сердце продолжало колотиться. Внутри меня смешались привычная решимость бойца и необычайная нежность, которую я никогда не ощущала к кому-либо.

Он снова посмотрел на меня с лёгким любопытством и сказал, словно проверяя реакцию:

— Так… завтра мы продолжим твое обучение. Но сегодня — просто обед. Давай насладимся им.

Я улыбнулась, немного смущённая, но уже спокойная. Его присутствие, его внимание — это был новый мир, и я впервые позволила себе просто быть рядом с ним, без масок, без страхов.

Обед прошёл в тихой, почти домашней атмосфере. Галинхор не спешил, разговаривал спокойно, иногда слегка подшучивал, а я ловила себя на том, что слушаю каждое его слово, каждое движение, не в силах оторвать взгляд.

Я едва успела перевести дыхание после тихого, почти волшебного обеда на террасе, как Галинхор встал, предложив руку. Я ухватилась за неё, чувствуя тепло его ладони.

— Пора возвращаться, — сказал он спокойно, не спеша, словно ничего особенного не происходило. — Академия ждёт нас обоих.

Мы мгновенно оказались в воздухе, скользя тенями сквозь пространство. Тераса исчезла за нашими спинами, а академия постепенно приближалась к нашему взгляду.

— Интересно, — пробормотала я, не отрывая глаз от окружающего пейзажа, — а на какое расстояние можно передвигаться тенями?

Галинхор слегка улыбнулся, не отрывая взгляда от пространства перед собой:

— Чем сильнее маг, тем больше расстояние, Эль. Я могу за полминуты оказаться в любом участке мира… кроме континента, который закрыт куполом. Туда даже я не могу проникнуть.

Я кивнула, слегка впечатлённая. Несмотря на все мои прежние навыки, это открывало передо мной новые горизонты — и я понимала, что рядом с ним я вижу лишь малую часть того, что магия может дать.

Через мгновение мы уже мягко приземлились в коридоре академии, где шумно гулко отзывалось эхо шагов студентов. Я осторожно убрала руку с его ладони и слегка поклонилась:

— Спасибо за обед, ректор. Было… прекрасно.

Он только кивнул, тихо усмехнувшись:

— Всегда рад.

Я обернулась и направилась в сторону боевого сектора, где ждало занятие универсалов. Дорожка вела через знакомые коридоры, и я ощущала знакомую смесь волнения и лёгкого восторга — ведь сейчас мне предстояло снова пройти через магические упражнения, в которых каждое движение и каждая эмоция могли открыть новые возможности.

Путь был относительно коротким, но я успела пробежаться мыслями по обеду, по лёгкому смущению, которое возникло от его внимания, и по тому, как просто и естественно он мог превратить обычный обед в нечто особенное. И, несмотря на внутреннее волнение, я понимала — рядом с ним любое испытание кажется чуть легче.

Подходя к зданию боевого сектора, я снова почувствовала ту смесь трепета и решимости, что всегда сопутствовала мне перед занятиями. Я готовилась к новым знаниям, но уже с лёгким ощущением, что рядом есть кто-то, кто сможет направить, помочь и поддержать — даже если это будет только взгляд или тихий комментарий.