Это было избежно
Юнги — его маленькая шлюха. Он восхищенно смотрит на Чонгука и каждое движение запоминает. Он для него — бог, и Гук это знает. Знает и пользуется. Ведь такие прекрасные доступные куклы должны быть использованы.
Не для всех, только для Чонгука. Индивидуально.
Чон крепко держит его за упругое бедро одной рукой, второй же подносит к губам сигарету и делает глубокий толчок в кричащего от удовольствия Юнги, который хватается длинными пальцами за спинку кровати.
Альфа схватил его за шею и прижал спиной к своей груди, не прекращая фрикции. Юнги скулит щенком и сам насаживается на его эрегированный член. Смазка течет по его бедру на простыни и оставляет мокрые разводы.
Чон его целует глубоко, развязно и жадно. Не щадит нежную кожу и каждый раз рвет ее в кровь, а после лижет рубиновые капельки вина. Омега стонет в его рот и загнанно дышит. Собственный член аккуратно прижался к впалому животу, требуя разрядки.
— Вдохни это, — кивнул он на оставшийся в пакетике порошок.
Юнги облизнулся, нависая над легшим на спину Чонгуком, а после сел задницей на его бедра, словно специально об член потершись. Омега ловкими пальцами подхватил пакетик, рассыпав остатки кокаина по чоновой груди и, зажал ноздрю, а после сделал жадный вдох. В горле запершило, заставив его закашляться.
Чонгук довольно улыбнулся, ладонью его губы и щеку поглаживая.
Омега облизнулся, а после провел языком по крепкой груди, слизывая остатки кокаина. Над его макушкой послышался раздраженный вздох, Чон зажмурил глаза, голову назад откидывая.
Чон терпеливо ждал, пока омега сантиметр за сантиметром на его член опускался, полностью в себя его размеры принимая, а на последних миллиметрах не выдержал, насильно член в него вгоняя, застонать по-блядски заставив. Он крепко сжал бёдра омеги, на себя насаживать начиная, а Мин откинулся назад, упершись ладонями в чонгуковы бедра, начал навстречу двигаться, до основания на его член насаживаясь.
Сердце как умалишенное билось, а дышать почти невозможно от коктейля запахов. Кажется, еще чуть-чуть, и Юнги прямо вот так умрет. Чон рычал, оставляя на нем багровые засосы-отметины, кожу до крови прокусывая, капельки цвета сангина по его губам размазывая, а после с собственной подушечки слизывая.
— Моя сучка, — тихо прошептал Чонгук ему на ухо.
***
Чимин, в кошмарном сне, видит перед собой венки, усыпанные белыми цветами, ленточки, маленькие свечки и вдыхает стойкий, въедающийся в лёгкие запах ладана... этот сладкий, противный, леденящий запах.
Омена просыпается от криков и приглашеного выстрела. Он распахивает глаза и бегает перед собой растеренным взглядом. В комнате полумрак. Чимин присаживается, слегка жмурясь от лёгкого головокружение, и обнаруживает что Намджуна рядом нет.
С первого этажа слышны шаги. В душе поселяется животный страх, что что-то там происходит. Что-то опасное.
Судорожно хватась за свой уже немного, аккуратно выпуклый живот рукой. Он присаживается на постель, соприкасаясь босыми ногами с холодным полом.
Он вздрагивает.
Как бы ему хотелось верить что просто это Кихён спустилась выпить воды, а всё остально просто игра его больного сознания. Хочется лечь обратно в тёплую постель, расслаблюится и уснуть, смотреть свои кошмары. Реальность каторая сейчас так схожа с ними.
Чимин кусает ребро ладони, давя всхлипы, и встаёт с постели, слегка покачиваясь. Он задыхается от слез страха. Они искажают и так плохую видимость в темноте, но Пак продолжает идти к кухне, дрожа вовсе не от холода.
Жмурится, пытаясь рассмотреть неизвестного человека посреди кухни.
Омега прикладывает ладонь к губам, чтобы не вскрикнуть. Чимина трясёт от ужаса, он второй рукой хватается за стену, пальцами в неё вонзается, до крови их раздирает, но отпустить боится, потому что кажется, так, держась за землю.
Видит как Кихён, лежит на паркете а из её живота льется алая кровь.
Чимин сперва за скатерть держится, со стола тарелки вместе с ней стягивая, поднимается. Сразу же на стол опирается, не слушающимися его конечности. Его скручивает непонятной болью, когда видит лицо матери друга.
Слезы бесшумно скатываются.
Её тело бьётся в конвульсиях, кожа бледнеет. Широко распахнуты глаза, не моргая, безжизнено смотрели вперёд, пугая своей пустатой.
Он поднимает глаза на убийцу взгляд, полный ненависти и страха за свою жизнь, и жизнь его ещё не радившегося ребёнка. Смотрит в эти чёрные глаза, лишь бы не потерять сознания.
— Пожалуйста, не убивай меня, — одними губами шепчет Пак, смотря прямо в глаза альфы.
Тэхён резко меняется в лице, ещё раз посмотрев на красивое лицо юного омеги, прикрывает глаза, и громко вздохнув, неспешно опускает пистолет, целясь в живот Чимина.
— Лучше бы ты не спускался, — произносит Тэхён, без тени жолости. И без сомнения стреляет.
***
Юнги закричал, прижимая свои руки к голове и отшатываясь. Чонгук подхватил омегу, за локти, пытаясь удержаться на ногах. Альфа зацепился ничатаемы взглядом за телефон, лежащего на столе, по которому ему сообщила полиция о произошедшем в доме.
Хрустальная ваза, со звоном разлееелась осколками во все стороны, столкнувшись с поверхностью стены.
— Господи, это не можит быть правдой, — яростно кричал Юнги, круша все все вокруг.
Не обращаю внимания на боль в руках и порузы от острых краёв предметов, омега, скрывая горло, сносил всё с горизонтальных поверхностей на пол.
Подскочив сзади к Юнги, Чон его в кольцо своих рук пытаясь удержать от дальнейших крушений. Едва здерживая Мина, Чонгук звал его по имени, но тот его не слышал. Он лиш и тошно выкрикивал поток неразборчевых слов, пытаясь освободится от старшего.
Внезапно лишившись всех сил, омега обмяк в руках Чонгука и, не удержавшись на ватных ногах, упал на колени, утягивая за сабой альфу. Давясь воздухом, он вхлипывал, сжимая в пальцах футболку Чонгука.
30 звёздочек ⭐🙆♀️
