7
Ты стояла на месте, будто парализованная.
Плечо всё ещё горело — от прикосновения его рук, от его тела, которое так жарко прижималось к спине...
И сердце всё ещё стучало, словно пытаясь вырваться на свободу.
Вдруг до слуха донеслось легкое дыхание справа. ты резко развернулась - и увидела...
Алан стоял в тени дерева, прислонившись к стволу.
Глаза горели — не от злости, не от страха... а от чего-то другого. Чего ты пока не могла назвать.
— Я соврал, — прошептал он. — Это не последний раз.
И шагнул вперёд... прямо под свет фонаря.
Его глаза блестели — как у кота в темноте.
А ты стояла неподвижно в нескольких метрах, не в силах ни отстраниться, ни подойти ближе.
Он медленно сделал ещё один шаг в твою сторону... и сказал с хрипотцой в голосе:
— Я знаю, что поступаю как последний мудак, что не следил за собой всю жизнь и... что не достоин тебя.
Он сделал ещё шаг... и уже стоял почти вплотную.
— Но если ты скажешь «нет»... я уйду и больше не появлюсь.
Он поднял руку, чуть касаясь твоей щеки пальцами — как будто проверяя, настоящая ли ты.
— А если «да»... тогда знай: я буду бороться. За тебя. За нас. Пусть даже весь мир будет против.
Ты смотрела в его глаза... и понимала: это не шутка. Не игра.
Это серьёзно.
И вдруг... ты сказала:
— Да.
Он будто ждал этого слова... потому что уже в следующий миг обхватил тебя за талию, крепко прижимая к себе.
И губы накрыли твои губы — жарко, настойчиво.
Он целовал долго, почти грубо, не давал отстраниться. Его тело плотно прижималось к твоему телу, руки крепко держали за талию.
Ты чувствовала, как губы горят от его поцелуя, как сердце бьётся — бешеное, готовое выскочить от этой близости.
Его дыхание, жаркое, горячее, наполняло тебя...
А после, вдруг оторвавшись на миг от твоих губ, он прошептал горячо:
— Теперь... ты всё моё.
И снова наклонил голову, целуя ещё горячее.
Ты не сопротивлялась, пальцы сами собой потянулись к его волосам.
Сердце билось в унисон с его руками — крепкими, жадными, не отпускающими.
Когда он наконец оторвался от твоих губ и посмотрел тебе в глаза...
в них больше не было ни сомнений.
— Завтра после тренировки — столовая. За тот же стол.
Ты усмехнулась:
— И что дальше?..
Он приблизил губы к самому твоему уху и прошептал:
— А дальше... я официально забираю тебя себе.
И растворился во тьме ночи — но на этот раз ты знала... он обязательно вернётся.
Ты смотрела вслед в ночном сумраке, чувствуя, как сердце по-прежнему бьётся быстро — будто всё только что произошло.
И вдруг... усмехнувшись сама себе, повернулась и пошла домой.
Да ещё, наверное, и улыбалась как идиотка всю дорогу, вспоминая его поцелуй, его прикосновения, его горячее тело...
А когда уже подходила к подъезду, достала телефон и увидела одно сообщение.
От незнакомого номера.
— Не думай, что я не следил за тобой последние два года.
Ты всегда была моей слабостью.
satanic.
Сердце екнуло.
И ты... не смогла сдержать улыбку.
Ты ответила быстро:
— Знаю.
И добавила чуть погодя:
— Идиот.
Ответ не заставил себя ждать.
— Идиот, который завтра утром будет ждать тебя в столовой, чтобы забрать то, что принадлежит ему.
Ты усмехнулась его дерзости — но ответила не менее дерзко:
— И что будешь делать, если я не приду?
Молчание длилось всего несколько секунд.
А потом вспыхнул ответ:
— Тогда я приду к твоему классу.
Прямо на урок.
Пауза... и следующее сообщение:
— И скажу всё перед всеми, что ты — моя.
— Не стоит.
Он ответил почти сразу:
— Почему нет? Ты думала, я шучу?
Я серьезно хочу, чтобы ты была моей.
А если все вокруг узнают, что мы встречаемся...
Ты не сможешь сопротивляться.
Но ты написала просто:
— Не делай этого.
Он молчал дольше обычного.
Потом пришло одно сообщение — без эмодзи, без дерзости:
— Хорошо.
Не буду.
Но добавил сразу после:
— Только потому, что хочу тебя не перед всеми... а только для себя.
Ты почувствовала, как щеки снова горят.
И уже не могла дождаться завтрашнего дня.
https://t.me/aazzerrw12211
мой телеграмм канал)