Глава 25
Прошло ещё полтора года.
Я жила. Работала. Встречалась с Мишель. Иногда ходила на свидания — обычные, с нормальными парнями. Ничего не получалось. Они были слишком… живыми. Слишком тёплыми. Слишком нормальными.
А я привыкла к другому.
Письма от него приходили раз в месяц. Ровно, как по расписанию. Я знала их наизусть. Хранила в коробке под кроватью.
«Т/и, сегодня видел сон. Ты улыбалась. Я проснулся и улыбался тоже».
«Т/и, здесь холодно. Но когда думаю о тебе — становится теплее».
«Т/и, девочка моя, я скучаю».
Я отвечала. Каждый раз.
«Я тоже скучаю».
«Жду».
«Люблю».
В тот день я была на работе, когда позвонил незнакомый номер.
— Т/ф? — голос незнакомый, официальный.
— Да.
— Я адвокат Бессмертных. Нам нужно встретиться.
У меня сердце упало куда-то вниз.
— Что случилось?
— Не по телефону. Приезжайте.
Адвокат оказался пожилым мужчиной в строгом костюме. Он ждал меня в маленьком кафе рядом с тюрьмой.
— Садитесь, — сказал он. — Кофе будете?
— Говорите уже.
Он вздохнул.
— Есть новости. Хорошие. Возможно.
— Что значит «возможно»?
— Дело Бессмертных пересматривают. Новые обстоятельства.
Я замерла.
— Какие?
— Все жертвы были связаны с криминалом. Ярик Сомов — не исключение. Он был должен крупные суммы, участвовал в тёмных делах. Остальные — тоже. Мы нашли доказательства.
— И что это значит?
— Это значит, что суд может переквалифицировать статью. Смягчить приговор. Учитывая его примерное поведение… возможно, через несколько лет его выпустят.
У меня потемнело в глазах.
— Выпустят?
— Возможно. Не завтра. Не через год. Но шанс есть.
Я смотрела на него.
— Вы серьёзно?
— Вполне.
Я встала.
— Мне нужно к нему.
— Я договорюсь о свидании.
— Сегодня.
— Т/и, это невозможно…
— Сегодня.
Он посмотрел на меня. Вздохнул.
— Хорошо. Я попробую.
Через три часа я снова была в той комнате.
Он вошёл. Увидел меня. Сразу понял что-то по лицу.
— Т/и? Что случилось?
— Ваня.
Он подбежал. Схватил меня за плечи.
— Что?!
— Тебя могут выпустить.
Он замер.
— Что?
— Адвокат сказал. Новые обстоятельства. Жертвы были связаны с криминалом. Суд пересматривает дело.
Он смотрел на меня. Не верил.
— Это правда?
— Да.
— Т/и…
— Ваня.
Он прижал меня к себе.
— Тебя выпустят. Скоро.
— Не скоро. Но когда-нибудь.
— Я буду ждать. Ты выйдешь, и мы будем вместе.
Он целовал моё лицо. Лоб, глаза, щёки, губы.
Я смеялась и плакала одновременно.
Мы сидели на узкой тюремной кровати, обнявшись.
За окном садилось солнце.
А у нас появилась надежда.