100
А ещё по дороге в школу я приняла одно очень и очень важное решение. Вспоминая слова, сказанные мамой, я поняла, что тянуть и дальше не имеет смысла. Выражение чувств - это то, с чем у меня всегда были проблемы, но пришло время положить этому конец. Если ещё вчера я убеждала себя в том, что ничего страшного, если мы с Кораблиним молчим, сегодня я поняла свою ошибку. Мне действительно трудно, так как я не знаю, чего ждать от него. Эта неуверенность, в том числе, в себе самой, которая ранее, спешу заметить, не была мне присуща, угнетает. Именно поэтому я решила сегодня найти подходящее время, удобный случай и повод рассказать обо всём Кораблину. Хотя для него, наверное, это уже не секрет, но всё же. Посмотрим, что он ответит.
Я сделала глубокий вдох и выдох, как будто собиралась признаться в этом прямо сейчас, продолжая идти дальше в школу. И буквально через несколько секунд поняла, что мне не может везти вечно. Давно забытый мною Олдридж неожиданно появился на горизонте, прямо перед школьными воротами, и, завидев меня, тут же остановился, начав приветливо махать рукой, приветствуя. Я даже остановилась от такой неожиданности. Мы с ним столько времени не общались, а тут вдруг такое. Стоит себе, как ни в чём не бывало, и приветствует меня так же, как несколько месяцев назад. Словно за это время ничего не произошло.
Тем не менее, я нашла в себе силы улыбнуться ему, подозревая, что мама всё ещё хочет, чтобы мы, пусть не встречались, но хотя бы общались, и, подойдя ближе, даже поздоровалась.
- И тебе доброе утро, - неожиданно добродушно ответил парень, как-то необычно посмотрев на меня, после чего мы вместе направились к школе. - Как поживаешь?
От такой неожиданной теплоты в его голосе и непривычном для меня выражении лица моего давнего знакомого я даже растерялась. Начала лихорадочно обдумывать, что же могло так повлиять на его отношение ко мне, ведь ещё не так давно, хоть мы и помирились, Герман вновь упрекнул меня в том, что я слишком уж изменилась, начав общаться с Кораблиним, а теперь же кажется таким... учтивым.
- Да вроде нормально, - как-то неуверенно ответила я. - А что?
- Я слышал, что у тебя с родителями беда, - сказал он таким голосом, словно говорил о погоде. - Как там всё, устаканилось?
Хоть меня и начало бесить, что он так небрежно говорит об этом, ведь в памяти сразу же стали проноситься все те ужасные моменты, которые мне довелось пережить за эти несколько дней, я всё же ответила:
- Спасибо, что спросил. Сейчас уже всё в порядке. Врачи...
- Да, хорошо, что всё в порядке, - перебив меня, сказал парень. - Я вообще по делу. Догадайся, по какому?
Моё терпение на исходе. Я понимаю, что ему, скорее всего, абсолютно до лампочки, что там происходит в моей семье, но мог бы хотя бы притвориться, будто это не так! А, раз уж и на это не способен, то мог хотя бы дать закончить предложение!
- Понятия не имею, - довольно грубо ответила я, чувствуя, как портится моё настроение. Нет, ну бывают же такие люди, которые чуть ли не одним своим существованием уже начинают раздражать!
- Что же, тогда я, с твоего позволения, скажу, - и хотелось бы мне ответить, что нет, я не позволяю тебе больше произносить ни единого слова в моём присутствии, но разве это принесёт хоть какие-то результаты? - Дело в том, что мне, как человеку, который общается с тобой довольно продолжительное время, хотелось бы попросить тебя об одолжении. Не могла бы ты помочь мне сблизиться с Юлей? Надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду.
В этот момент Герман весьма многозначительно посмотрел на меня, а я остановилась на месте как вкопанная. Мы уже были в школьном дворе, так что это моё действие принесло немало неудобств какому-то парню, который чуть было не врезался в меня, одарив ругательством, но я не обратила на это внимания. Тот мыслительный процесс, который сейчас осуществлялся в моей голове, занимал меня куда сильнее.
Олдридж попросил меня помочь ему сблизиться с юлейн. Сказал, что я должна его понять. Это значит, что моя подруга ему нравится. Блин... Блин!
- Я понятия не имею, как могу помочь тебе в данной ситуации, - стараясь говорить как можно спокойнее, дабы не выдать своего раздражения, ответила я. Этот человек покушается на мою подругу. На моё сокровище! Ладно бы, если бы девушке он тоже нравился, но нет! А это значит, что причин сводить её с человеком, которому я не доверяю, у меня нет. - Если захочет, Юля сама найдёт способ сблизиться с тобой. Если же этого до сих пор не произошло, значит, ты не смог её заинтересовать.
Парень, казалось, задумался, но решимость, так отчётливо видневшаяся на его лице, никуда не делась. Это плохо. В этот момент я жалею, что моя подруга не заботится о своей личной жизни ни в какой степени, у неё нет парня или хотя бы человека, который ей нравится, так что мне просто крыть нечем! А если совру, то Юля потом долго злиться из-за этого будет, она же у нас очень честная. Да, именно эта честная подруга подбивала меня на спор...
Чёрт, и почему я сейчас вспомнила о Кораблине? Нужно учиться выбрасывать его из головы, а то это не дело.
- Тогда просто скажи, как я могу заинтересовать её, - выдал гениальную мысль Олдридж, отвлекая меня от собственных мыслей. - Вы же подруги, так что ты должна знать, что ей нравится.
- Вообще-то, нет, - практически не соврала я. - Что касается парней, то тут я тебе не помощник. Мы с ней просто не обсуждаем подобного рода вещи.
- И не стыдно тебе врать?! - завёлся парень, причём так быстро и неожиданно, что я даже шаг назад сделала, испугавшись его громкого крика. - Вот вечно ты так! Что у тебя ни спроси, о чём ни попроси, ты никогда не сделаешь то, чего хотят другие! Только о себе и думаешь! Вот и правильно я сделал, что расстался с тобой!