97
Кораблин удивлённо посмотрел на меня, словно ожидая прочесть на моём лице ответ на какой-то из интересующих его вопросов, но в этот момент я отвернулась. Чёрт возьми, вот сейчас я точно спросила лишнее. И дело не в том, что он разозлится. Дело в том, что я не хочу слышать ответ. Помнится, Даня говорил, что Ангелина была единственной девушкой, которая когда-либо нравилась Кораблину. И, раз уж это так, я очень не хочу слышать его восторженные дифирамбы в её честь. Мало мне того, что я выслушивала, как ему тяжело встречаться со столькими девушками?!
- Не пугай меня так больше, - неожиданно произнёс он. – Если бы я сейчас общался с любой другой девушкой, то подумал бы, что она ревнует.
- И не мечтай даже! – воскликнула я, но вовсе не потому, что считала так. Это было нечто наподобие заученного стихотворения, которое от зубов отскакивает, когда бы тебя ни попросили его рассказать. И я могла бы не говорить этого, но тогда моя гордость была бы окончательно разгромлена. – Чтобы тебя ревновать, нужно быть абсолютной идиоткой!
- Да-да, ты это, кажется, уже говорила, - вздохнул Кораблин. – И, раз уж мы разобрались со всем, позволь ответить на твой вопрос. Ангелина не была особенной, она была первой. Ей просто довелось оказаться первой девушкой, с которой я начал хорошо общаться, вот потом наши отношения и приняли несколько иной характер. И, хоть тогда казалось, что это любовь до гроба, теперь я со смехом вспоминаю это.
- Хочешь сказать, тебе она не нравилась?
- Нравилась, конечно. Но не настолько, чтобы бегать за ней и страдать из-за разрушенных отношений. В смысле, с сожалением я о нашем разрыве не вспоминаю.
Я не смогла сдержать вздох облегчения. Хоть и сказала ему, что это не так, на самом деле всё это время я действительно ревновала Кораблина к Ангелине. Это началось ещё с лагеря и продолжалось до сих пор. Вот только долгое время я старалась отрицать это. Но теперь, стоило услышать то, что я мечтала узнать так давно, нахлынувшее облегчение скрыть было попросту невозможно.
- У нас вечер откровений? – неожиданно спросила я и, не дожидаясь ответа на свой вопрос, добавила: - Раз уж это так, то спешу заметить, что твой друг мне не нравится. И, между прочим, уже давно.
- Ты о Дане, что ли?
- Ага. О нём, родимом. Сейчас я тоже думаю, что он и не нравился-то мне по-настоящему.
- Но он точно не был первым, - неожиданно сказал Кораблин. – Я знаю, что в прошлом году тебе нравился я.
- Что-что?! – я так удивилась, что даже остановилась посреди улочки, по которой мы шли в парке. – Это… Кто тебе такое сказал?!
- У меня свои методы, - подмигнув мне, сказал Кораблин. – Или я в чём-то ошибся?
Он сделал шаг вперёд, заглядывая мне в глаза. У него на губах заиграла весёлая улыбка, отчего мне поначалу показалось, что для него всё, о чём мы говорим, - шутка, игра. Но, стоило и мне посмотреть в его глаза, как моё мнение вдруг в корне поменялось. Не знаю, что такое я увидела в этом взгляде, просто… Мне больше не казалось, что он принимает всё это за игру.
- Ты узнал это, потому что кто-то проболтался? Или же?.. – я не закончила свой вопрос, но в этом, казалось, не было ровным счётом никакой необходимости. Уверена, Кораблин и так меня прекрасно понял.
- Это было понятно по твоему поведению, - спокойно ответил тот. – А твой комментарий к одной из фотографий окончательно убедил меня в этом. Но, знаешь, что мне нравилось во всём этом больше всего?
- И что же? – мой голос слегка дрогнул, а в животе словно что-то перевернулось. Несмотря на то, что парень немного отстранился, мне всё казалось, что разговор уходит куда-то не туда. Или я просто начала принимать желаемое за действительное?
- То, как ты смотрела на меня, - в этот момент он улыбнулся ещё шире. – Это было даже мило. Если бы не твой ужасный характер, то я бы действительно мог сказать, что ты сама по себе милая.
- И как же я на тебя смотрела? – полностью игнорируя фразы, которые в данный момент казались мне ненужными, спросила я.
- Как? Хороший вопрос… - на секунду Егор задумался, но уже вскоре ответил: - Очень заинтересованно. И, кстати, у тебя всегда расширялись зрачки, стоило нам оказаться рядом друг с другом. Раньше я считал, что эта теория – бред полнейший, но именно из-за тебя начал думать, что, быть может, это и правда.
У него опять вырвался смешок. В этот момент казалось, что Кораблин ведёт себя не так, как обычно. Я сама вела себя несколько иначе. Отчётливо ощутив непонятное и доселе неизвестное мне желание, я говорила, не особо задумываясь над тем, что же будет дальше. Мне просто вдруг показалось, что, если я не начну ничего делать, тем более сейчас, наши отношения никогда не сдвинутся с мёртвой точки.
Люди слишком много думают обо всяких «Если» и чересчур беспокоятся о том, что будет «После». Не знаю, только ли из-за этого я начала так считать, но после недавних событий кое-что поняла. Если тебе хочется что-то сказать или сделать, не стоит тянуть. Вчера, когда я не знала, что произошло с моим отцом, в голове волей-неволей начали проноситься мысли о том, что можно было бы совершить, ведь действительно многие из моих и, мне думается, его желаний не были выполнены. В частности, из-за того, что папа много работает, но иногда и я была чересчур вредной, поэтому наше и без того ограниченное время для общения частенько сводилось к минимуму, хоть это и не мешало нам любить друг друга.
И вчера, стоило лишь на долю секунды задуматься над тем, что такого родного для меня человека может не стать… Показалось, будто весь мир для меня рухнул. Потеря отца означала бы и мою смерть. Наверное, именно из-за этого я тогда позволила себе больше не быть такой, как обычно. Я ненавижу показывать людям свои слабые места, а Кораблину открылась, причём без особого труда. Мне было больно, когда мы с парнем поссорились, я чуть с ума не сошла, когда было неизвестно, что же случилось с папой, поэтому очень сильно устала. Устала из-за мыслей о том, что чего-то там не доделала, а возможности завершить это уже не представится. Больше я не хочу сидеть и жалеть о чём-либо, ведь, как бы банально это ни звучало, завтра или даже сегодня кого-либо из нас может сбить автобус. И всё. Останутся лишь боль и сожаления, сожаления, сожаления… Нет, я не хочу этого!
И плевала я на это идиотское пари с высокой колокольни! Если кто-то скажет, что сейчас я стою и испытываю все эти чувства лишь из-за этого, придётся врезать ему. Дело тут совсем в другом.
- Егор, - нерешительно начала я, но на полпути велела себе собраться. – Скажи, а как я смотрю на тебя сейчас?
Я чувствовала себя глупо, этого не отнять, но чуть ли не в первый раз мне казалось, что всё правильно. Хоть и предпочитала не думать об этом, каждый раз после очередной встречи с этим парнем у меня оставалось какое-то непонятное чувство. Неудовлетворённость, что ли. А в этот раз я решила – будь, что будет. Один раз живём, в конце концов!
Кораблин внимательно посмотрел на меня. В кои-то веки мне удалось определить его эмоции – непонимание, некая растерянность. Что же, Егор, ты не одинок. Я сама не ожидала от себя подобного.
- В моём взгляде что-то изменилось? – спросила я.
Парень молчал. Казалось, в этот момент ему было нечего сказать. Но спустя какое-то время он всё же произнёс:
- Это, конечно, льстит мне. Но было бы гораздо лучше, если бы сейчас мы поговорили серьёзно.
- А я серьёзно. Что насчёт тебя? Что ты думаешь обо всём этом?
В этот момент лицо парня вновь стало каменной маской, по которой нельзя ничего прочесть. Я же чувствовала себя так, словно собиралась обрезать провод на тикающей бомбе. Сейчас я либо буду спасена, либо она взорвётся. Но мне плевать. Я и так дала выход слишком многим эмоциям за это время. Сдерживаться дальше больше нет сил. Никаких.
- Пожалеешь ведь, - со вздохом сказал Кораблин, после чего сделал один шаг навстречу мне.
- Почему я должна?.. – и в который раз мне не удалось закончить вопрос.
В этот момент парень прикоснулся своей правой рукой к моей щеке, отчего я невольно вздрогнула. Его пальцы были холодными, из-за чего по коже пробежали мурашки. После этого прикосновения я, если честно, плохо осознавала всё, что происходит, но каждое движение, каждое чувство, что я испытывала в тот момент, врезалось в мою память, казалось бы, намертво.
Вскоре Кораблин медленно провёл рукой по моей щеке к шее, перемещаясь на плечо, несильно сжимая его. Я сглотнула подкативший к горлу комок, но продолжала стоять, не двигаясь. Буквально через секунду парень наклонился, второй рукой найдя мою правую руку, после чего сжал её в своей, да так крепко, что я даже немного удивилась и посмотрела вниз. После, подняв голову, обнаружила, что лицо Кораблина оказалось совсем рядом с моим. Не думая ни о чём, лишь повинуясь какому-то неведомому инстинкту, я как-то слабо улыбнулась, а потом закрыла глаза.
Буквально в следующую секунду дыхание парня опалило кожу моего лица, затем я почувствовала, как его губы прикоснулись к моим. Раньше я думала, что при первом поцелуе меня должен сразу же захлестнуть шквал эмоций, но это было не так. Стоило губам соприкоснуться, как все мысли вылетели из головы, все чувства пропали, осталось лишь одно – полная сосредоточенность на определённом участке тела.
Понятия не имею, сколько мы простояли вот так вот, ведь я совсем потерялась во времени. Но лишь в тот момент, когда Кораблин отстранился, я так ясно почувствовала всё. Сбившееся дыхание, лицо, которое горело вовсе не из-за того, что на него вдруг подуло чем-то теплым, бешено скачущее сердце и непонятное ощущение в животе, которое на деле бабочками назвать язык не повернётся. И как же приятно было слышать такое же частое дыхание Кораблина и чувствовать, как его рука всё сильнее сжимает мою.
Я и не заметила, как до этого схватилась за его куртку, но теперь это сыграло мне на руку. Не знаю, из-за чего я вдруг так осмелела, но начала притягивать парня ближе к себе и сама тянулась к нему. В голове было лишь одно: я хочу этого. И не волновало то, что будет дальше.
Ааааа девочки мы этого дождались!