31
Это было даже романтично - такие красивые, с ног до головы обличенные в юность и свои лучшие наряды, вторгающиеся в зоны комфорта друг друга, но совсем не чувствующие от этого дискомфорта, сидят на широкой лестнице, застеленной красной ковровой (не самой чистой) дорожкой и вырывают друг у друга бутылку с шампанским, которое, вообще-то, ни Арон, ни Мэддисон не любили.
Так же как старые американские ситкомы, сплетни, остывший чай и свои чрезмерные амбиции. Не такие уж они и разные, если подумать. Оба не боятся разбитого сердца, поскольку убеждены, что смогут разбить чужое раньше, чем кто-то посягнет на их собственное. Гораздо большая беда для них - нереализованные планы на жизнь, эго, которое постоянно нужно контролировать и не позволять ему раздуться до размеров Южной Африки и собственные внутренние демоны.
— И как скоро ты изменил свое мнение обо мне? — отойдя от смеха, поинтересовалась Мэддисон. Она небрежно вытерла область около глаз, опасаясь, что тушь могла отпечататься, когда она смеялась.
— Не поверишь, — заговорчески улыбнувшись, ответил Арон.
— Ну, а ты удиви меня.
— Через пару часов.
Мэддисон, оставив глаза в покое, озадачено глянула на него, пытаясь вспомнить, что она такого сделала через пару часов.
— Надеюсь, не в худшую сторону? — он, чуть усмехнувшись, отрицательно качнул головой, — Но почему?
Арон выждал небольшую паузу, создавая дополнительную интригу.
— Тем утром, когда я уснул на вашем диване, ты накрыла меня пледом. Довольно мило с твоей стороны.
— Ты так думаешь? — лениво усмехнулась девушка, совсем не смутившись этому, — Я думала, ты спал?
— Проснулся именно в этот момент, — он пожал плечами, — Если подумать, это было отправной точкой наших отношений.
— Бред. Такой пустяк заставил тебя поменять мнение? — недоверчиво спросила Мэдди, скептически покосившись на него. Он вновь кивнул. Это было правдой.
— Такие мелочи, как правило, намного важнее, чем какие-то значительные поступки. Это как эффект бабочки. Маленькая, почти незначительная деталь, приведшая к крупномасштабным изменениям. Кто знает, может если бы ты тогда не накрыла меня пледом - мы бы так и остались бы на стадии отношений «раздражающие одноклассники».
Мэддисон, так внимательно слушавшая его, в конце просто тихо фыркнула, неуверенно намекая, что мол чушь это всё и философ из тебя так себе.
— Шампанское дурно на тебя влияет, Пайпер.
— Нет, это ты так влияешь на меня, — как бы невзначай обронил Пайпер, задрав голову к верху и уставившись на огромную роскошную люстру, висящую прямо над их головами. Он даже побаивался ее - она была такой огромной, что казалось в любой момент потолок не сможет выдержать ее веса и этот 10-киллограммовый хрусталь упадет прямо на них и скоропостижно заберет с собой на тот свет. Такая себе история смерти. Арон как-то удаленно подумал о том, что если бы Джексон не горевал по ним, то обязательно рассмеялся бы над нелепостью их кончины.
Мэддисон, не удержавшись, хихикнула. Вообще-то, в любой другой ситуации она бы восприняла это как очередной выпад, но что-то ей подсказывало, что сейчас это был своего рода комплимент в привычной манере Пайпера. Она хотела бы даже разозлиться на себя - он сказал всего пару слов, а она, как наивная дурочка, влюбляется в него лишь сильнее, но вместо этого она почему-то продолжает сидеть, давиться улыбкой и даже тянет руку, чтобы взлохматить ему волосы.
Ей до чертиков нравится возможность прикасаться к нему просто так. Без поводов - просто захотела вдруг почувствовать его теплую кожу под пальцами - взяла и дотронулась. Ругала себя только за то, что хотела этого постоянно. Мэддисон, которая была убеждена, что у нее аллергия на тактильное общение и подумать не могла, что так падка до него.
— Твоя очередь задавать вопрос, — напомнила она. Арон тут же повернул голову в ее сторону и она вынужденно убрала руку, пряча стеснительную улыбку и мигом настораживаясь - его серьезный вид не предвещал ничего хорошего.
— Предупреждаю, что жду честного ответа.
— Зависит от вопроса.
— Нет, дорогая, это работает не так, — спокойным тоном ответил Арон, нравоучительно покачав головой.
Они кажется с минуту сканировали друг друга своими фирменными нет-будет-по-моему взглядами, пока Мэддисон не сдалась под настойчивым взглядом кучерявого. Она быстро поморгала, после чего просто схватила бутылку с шампанским и сделала пару глотков, полностью опустошив бутылку.
— Задавай уже, — огрызнулась она, когда Арон продолжал раздражающе пялиться на нее. Он специально выждал еще пару секунд.
— У тебя гермофобия?
Она слишком резко повернула голову, чтобы посмотреть на него.
— С чего ты взял?
— Как я уже сказал, я не слепой.
Мэдди недовольно фыркнула, прежде чем ответить.
— Начнем с того, что я понятия не имею, что это такое.
— Боязнь микробов, — коротко объснил Арон, не сводя с нее глаз.
— У меня нет никаких фобий, за исключением, что боязни пауков. Они и правда жуткие, — пробормотала, — Так что, нет, Арон, у меня нет гермофобии или чего бы так ни было.
— Тогда как ты объяснишь то, что на каждой перемене бегаешь в уборную чтобы вымыть руки? Или три антисептика у тебя в сумке?
— Не знаю... чистоплотность? — состроив наигранно удивленную гримасу, ответила та, — Брось, Пайпер, я просто брезгливая. Если бы у меня и правда была боязнь микробов, то я бы и минуты не продержалась с твоей спермой на своей руке.
— Ладно, тогда остановимся на том, что ты просто маленькая извращенка? — поддел ее Арон, используя одну из своих самых коварных ухмылок. Похоже, ее ответ вполне устроил кучерявого.
— Могу переквалифицироваться в монашку, но мы оба знаем, что хуже от этого будет только тебе, — с видом невинного младенца спокойно ответила Мэддисон, делая вид, что ее вдруг очень заинтересовали ее ногти.
— Неужели мы так быстро дошли до стадии отношений, когда можно угрожать сексом? — хохотнул Арон.
— Всё то он развратит, — буркнула Мэддисон, чувствуя приближающуюся неловкость то ли от упоминания секса, то ли от упоминания каких-то стадий в отношениях.
— Теряешь хватку, Деймонд, — тут же отозвался он, делая акцент на ее фамилии.
— Так утомителен, — задрав голову к верху пробормотала Мэддисон, обращаясь не пойми к кому - то ли конкретно к Арону, то ли к каким-то высшим силам, прося у них послать ей немного терпения.
— Ты еще не знаешь...
— Как ты можешь быть утомителен. Да-да, а теперь помолчи и дай мне задать вопрос, — тут же оборвала его девушка, недвусмысленно махнув на него рукой. Не давая ему времени на очередную колкость, тут же продолжила, — Ты уже знаешь, куда будешь поступать?
Потому что Мэддисон - нет. Она понятия не имеет куда поступать и с чем вообще связывать свою будущую профессию. А от мыслей, что все вокруг уже определились и четко знают свои планы на ближайшие пару лет - она только начинает хандрить и чувствовать себя какой-то несамостоятельной дурочкой.
— Ага, в Мадрид.
— В Мадрид? — удивилась Мэддисон. Она по какой-то причине была более чем уверена, что он останется здесь, в Филадельфии.
— М-м, да. Я согласился переехать только потому что знал, что вернусь назад, — немного нехотя ответил Пайпер.
Девушка закусила губу, почувствовав, как внизу живота неприятно потянуло.
— А ты?
Ей пришлось приложить немалые усилия, чтобы вернуть беззаботное выражение лица. С Пайпером каждый раз это удавалось всё сложнее и сложнее. Хваленое деймондское равнодушие - к чертям, невозмутимость - тем более.
— Пока не знаю.
— Да ну? Я думал ты до мельчайших деталей распланировала свою жизнь еще пару лет назад, — отозвался Арон непонятным для девушки тоном. То ли сарказм, то ли обычное наблюдение, — Обязательное поступление в один из университетов Лиги плюща, но не обязательно на стипендиальной основе. Ты знаешь, что твои родители имеют возможности оплатить тебе учебу и ты не брезгаешь этим. Идеальная учеба, красный диплом, стажировка и быстрый подъем по карьерной лестнице. Параллельно с этим будешь стараться не забывать о личной жизни, но увы да ах - найти какого-нибудь миллионера, который подойдет под твои запросы не так то просто. Может быть, если повезет, к тридцати пяти выйдешь замуж за какого-нибудь обеспеченного бизнесмена, который обязательно окажется у тебя под каблуком.
Реакция Мэддисон не заставила себя долго ждать - она возвела глаза к потолку.
— И как долго ты вынашивал в голове сценарий моей жизни? И к слову, насчет последнего я не согласна.
— Чего именно - замуж в тридцать пять или мужа-подкаблучника? — насмешливо поинтересовался Арон.
— И того и другого, — ответила Мэдди, — И вообще, это просто смешно! Почти всё, сказанное тобой - полная чушь.
— Поживем - увидим. — ухмыльнувшись, быстро проговорил Арон, отчего отчетливо послышался его испанский акцент, который не так часто проскальзывал в его речи, что иногда Мэддисон даже забывала, что он родом не из Америки.
— У меня нет сил спорить с тобой, поэтому иди к черту, ладно? — пробормотала шатенка. Арон решил не говорить о том, что в последнее время у нее нет сил ни на что. Вместо этого он чуть пододвинулся и мягко уложил ее голову себе на плечо. Устала? Отдохни.
— Ты собираешься идти по стопам отцам? В смысле, на юриста пойдешь? — начал Арон и приобнял ее за плечи, мягко выводя на нем круги большим пальцем. Шатенка закусила губу, сдерживая в себе порыв свернуться калачиком в его руках и поблагодарить его за то, что он так умело подружил ее с бабочки внутри.
— М-м, не думаю. А ты?
За их спинами послышался еще один, более громкий раскат аплодисментов, что означало, что вечер близился к логическому завершению и в ближайшие минут десять им нужно будет расходиться.
— Как будто у меня есть выбор, — хмыкнул Арон. Это было правдой - Арон Пайпер был единственным ребенком в семье, отец которого уже сейчас потихоньку начал взваливать на его плечи свою работу, тем самым подготавливая для него свое кресло и мало-помалу передавать бразды правления.
— А если бы он был?
— Не знаю, м-м, занимался бы музыкой?
Она резко подняла голову, чтобы передать всё свое удивление одним взглядом.
— Серьезно?
Арон аккуратно уложил ее голову назад.
— Умею удивлять, да? — Мэддисон хоть и не видела, но могла буквально расслышать в его голосе ухмылку, — Будешь хорошей девочкой - может быть, посвящу тебе песню.
Она рассмеялась, еще сильнее вжимаясь головой в его плечо, что Арону пришлось сцепить зубы, чтобы не выдать тихое «ай». Стараясь не подавать вида, осторожно дернул плечом, чтобы было удобнее.
— Напишешь хорошую песню - может быть, позволю посвятить ее мне.
Арон хохотнул, чмокнув ее куда-то в макушку и позволяя себе оставить ее выпад без ответа. Пусть маленькая стерва еще немного побудет в неведении, что одну песню он уже успел сочинить для нее. Ну, или из-за нее.
— А если серьезно, то ты должен как-нибудь дать мне послушать свои песни. Они же есть?
Пайпер промычал положительный ответ, продолжая поглаживать оголенное плечо и тайно желая покурить. Мэддисон Деймонд уже секунд десять ведет себя как паинька - разве не отличный повод отпраздновать это любимой сигареткой?
— Бал перенесли на следующую субботу, — вспомнив, проинформировала Мэддисон. Арон вновь что-то промычал, стараясь не думать об этом чертовом бале в целом. Обуздать свою ревнивую сторону было не так-то просто, — Но мы неплохо постарались.
— Да, ты молодец.
Повисла тишина, разбавленная шумом сзади и тяжелым дыханием Мэддисон. Молчание не было, как оно обычно бывает - неловким, оно просто было и оба этим наслаждались, понимая, что не каждое пространство в обязательном порядке должно быть заполнено словами.
В общем, молчалось им хорошо.
Даже лучше трех выкуренных сигарет Парламента поздней ночью под звездным небом и даже лучше хорошей вечеринки в вечер пятницы.
— Боже мой! Вы посмотрите на них!
Оба синхронно обернулись и тут же встретились с миссис Деймонд, которая, уперев руки в бока, стояла с грозным видом на несколько ступенек выше от них.
— Мам?
— Вы бы еще вышли на улицу и сразу в лужу сели бы! Что за свинство! — продолжала женщина. Мэддисон, раздраженно выдохнув сквозь стиснутые зубы, поднялась, приняв протянутую, уже стоявшим на ногах Ароном, руку. Конечно ей не нравилось, что их выстроившиюся идиллию с Пайпером так нагло прервали.
— Мы просто присели передохнуть, миссис Деймонд, — подал голос Арон и очень снисходительно, будто делая самому себе одолжение, начал отряхиваться.
— Да, я вижу, — женщина указала взглядом на пустую бутылку из под шампанского, — как вы отдыхаете.
— Ты что-то хотела или просто мимо проходила? — не в самой милой форме поинтересовалась Мэддисон и это отдалось Арону неким дежавю - именно таким тоном она общалась с ним в первые недели их знакомства. В очередной раз мысленно удивился тому, как она меняется рядом с ним.
— Не заставляй меня думать, что я родила и воспитала нахалку, которая хамит своей же матери, — как говорится - яблоко от яблони. Миссис Деймонд тоже была далеко не промах. Не дождавшись нужной реакции, а именно извинений или хотя бы свешенной вниз головы и виноватого взгляда, продолжила, — Твой телефон пищал, — она демонстративно показала ее телефон с желтым чехлом. Мэддисон вспомнила, что засунула его в клатч матери, потому что самой было некуда его положить, — Напоминание о приеме лекарств.
Сдержав в себе порыв выругаться, кивнула.
— Хорошо.
Последний раз смерив дочь строгим и одновременно осуждающим взглядом, миссис Деймонд развернулась и вальяжной походкой направилась назад в зал. Мэддисон же облокотившись о перила и свесив голову вниз, устало прикрыла глаза.
— Болеешь? — спокойным, даже слегка безразличным тоном спросил Арон, по привычке спрятав руки по карманам и чуть наклонив голову вбок.
— Нет, — разлепив глаза, ответила Мэддисон, — Нет, это просто... таблетки для поднятия иммунитета.
— Раньше ты выкручивалась лучше. Как, впрочем, и лгала.
Она отводит взгляд в сторону.
— Это не так, — возражает Мэддисон только чтобы возразить.
— Конечно, не так, — в его тоне отчетливо слышались нотки поддельного спокойствия. Арон молчал пару секунд, будто бы собираясь с мыслями, чтобы сказать что-то важное, но по итогу просто запустил пальцы в волосы, делая шаг на ступень ниже, — Тебе пора. Не стоит пропускать прием лекарств.
Мэддисон неосознанно сжимает в кулак подол платья, одновременно с тем кивая с непреступным выражением лица. Она знала, что он хотел сказать. Так же как и знала, что совершенно точно не смогла бы дать ответ, поэтому отчасти даже была благодарна за этот саркастичный тон и приглашение по-быстрому свалить.
— Действительно, с иммунитетом лучше не шутить, особенно в сезон гриппов, — ответила она, возвращаясь к своим маленьким хитростям - голову не опустила и взгляд не отвела, но уставилась ему куда-то в переносицу, создавая иллизию зрительного контакта. Арон не удосужился на ответ, продолжая чуть прищурившись сканировать ее взглядом. Мэддисон, резко выдохнула, зная, что она заведомо проиграла под этим взглядом. Его молчание давило и несло больше смысла, чем если бы он начал орать, какая она сука и как она его бесит, — Ты всё усложняешь, Арон.
— Да ну? Ты так думаешь? — хохотнул.
— Прекрати, — тут же оборвала его Мэддисон. Втянула побольше воздуха, — В чем твоя проблема, Арон?
— Моя проблема - это ты, — холодным тоном, без намека на колкость, ответил Арон. Девушка шумно выдохнула, — Каждый раз, когда я пытаюсь узнать тебя ближе, разобраться в тебе и понять - я наталкиваюсь на твою стену. Это ужасно выводит из себя, если тебе интересно.
Она только сейчас осмелилась заглянуть в его карие глаза.
— И не смей отрицать. Хоть раз будь честна.
— Я и не собиралась, — пробормотала Мэддисон, — Послушай, Арон, мне жаль, что мне приходится выстраивать против тебя стену, но я правда ничего не могу с собой поделать. Я просто хочу быть уверена, что ты задержишься в моей жизни больше, чем на пару недель.
Сказала и тут же пожалела о своих словах. У нее даже закружилась голова от этого осуждающе обиженного взгляда, которым он ее наградил. Надо было мягче выражать свои мысли!
— Впервые я с тобой абсолютно согласен, Деймонд. Хорошо сказано, дорогая.
Ей так же хотелось блевать от этого ядовитого тона, скрытого поддельным восхищением. Но и отказываться от своих слов она не собиралась, поэтому продолжила.
— Ты должен был быть готов к этому, когда кричал на всю подсобку, что мы встречаемся. Ты не можешь ждать от меня, что я просто возьму и выложу перед тобой все свои страхи и слабые места. Я не могу, потому что потом каждую минуту буду то и делать, что ждать, когда ты используешь их против меня.
Арон молча впитывал это всё, будто бы пропуская каждое слово через свой особый анализ, вычисляющий, насколько сильно она безнадежна.
— Ты эгоистка, Деймонд, — спустя пару мгновений, заговорил Пайпер, — И давай будем хоть раз честны - тебе нравится это.
— Прекрати, — твердо ответила девушка, поджав губы в тонкую полоску, — Я работаю над этим, ладно? Всё, что мне нужно - это немного времени.
— Я не прошу всего прямо здесь и сейчас, Мэддисон. Я лишь хочу чтобы ты хоть немного мне доверяла, а не закрывалась от меня каждый раз, когда я спрошу в порядке ли ты. Послушай, я не тот человек, который халатно относится к отношениям. Ты мне небезразлична - это правда, но меня уже какой день не покидает мысль, что я попусту трачу с тобой время. Я не собираюсь быть у тебя на каком-то испытательном сроке по определению достоин я твоих секретов или нет. Сдались они мне! Я спрашивал потому что мне не плевать. Потому что я хочу оберегать тебя от твоих страхов, а не использовать их против тебя, ясно? И это именно то, что называется здоровыми отношениями. Доверие и забота, Деймонд, — он выдохнул сквозь стиснутые зубы, понимая, что перестает контролировать себя, — Не более.
— Ты всё усложняешь, — спустя долгие секунды молчания сухим голосом ответила она, — Слишком много драмы, Пайпер. Тошнит уже.
Он, неодобрительно качнув головой, усмехнулся, сделав шаг назад. И на что он вообще надеялся? Порой он вообще диву давался - как она может быть одновременно такой умной и глупой? Она будто пропустила все сказанные слова мимо ушей.
И угораздило же его влюбиться именно в нее - одну сплошную головную боль.
— Ладно, — насмешливо протянул Арон, демонстративно делая шаг в сторону и расставив руки в приглашающем жесте, — Иди, прими лекарства.
Мэддисон несколько секунд смотрела на него, но в итоге лишь кивнула и медленно прошла мимо него, так и не сказав ни слова. Сегодня гордыня взяла над ней верх, чем собственно говоря и испортила этот вечер, который казалось бы, так хорошо начинался.