Влюбиться за 12 секунд [~ЗАВЕРШЕНО~]

Чонгук ненавидит фальшь.

Чонгук ненавидит девушек.

Чонгук ненавидит Чимина.

Он ненавидит всё, что спрятано за тонной косметики и прикрыто сверху маской неискренности. Девушки в его классе сидят каждую перемену за своими партами и красятся. Снова и снова. Они смахивают посыпавшиеся тени со щек, заново наносят румяна на скулы и мажут пухлые губы противным, липким блеском с блестками. И так каждый день. Чон бесится. Уходит в коридор, чтобы не лицезреть эту картину, словно заевшую пленку.

Среди всех этих фальшивок, кажется, в самом центре, всегда находится Пак Чимин. Та еще заноза. На его лице косметики больше, чем Чонгук может запомнить. Тени в уголках его глаз всегда растушеваны, каемку ресниц обводит аккуратная черная стрелка, губы блестят от сладких бальзамов, а щеки всегда покрыты фальшивым румянцем. Гука тошнит от этой картины. И все в классе знают, как сильно он ненавидит Чимина.
Потому что в Чимине фальши больше, чем в девушках, для которых макияж – издавний ритуал с утра.

Пак улыбается каждый раз, когда видит Чонгука в дверях класса. Но тот всегда молчит и даже не смотрит на одноклассника. Чимин тянет тихое «Привет», которое всегда остается без ответа. Поэтому Чон отворачивается к окну и не поворачивается до конца учебного дня. Ему хватает одного взгляда на Пака, чтобы день официально считался испорченным.

***

За окном дождь. Не обычный летний дождик. Настоящий ливень, который начался, стоило звонку прозвенеть над головой. Чонгук надеялся, что тот закончится к концу занятий, но дождь лишь усилился, а под крыльцом собрались настоящие ручьи, грозящие превратиться в широкую реку.

Он выбегает из класса первым. Раскрывает свой зонтик и спешит домой, пока улицы не затопило окончательно. Ему повезло, что сегодня нет дополнительных занятий, а его дом не так далеко. Чон рад, что добрался вовремя. Потому что на улице поднялся ветер, и стало так холодно, что Чонгук не хотел выходить лишний раз во двор. Скоро лето, а чувствуется – будто поздняя осень. Небо потемнело, затянутое плотными серыми тучами. И Чон закутался в любимый кофейный плед, включая на телевизоре очередной фэнтези-фильм. До выходных осталась еще пара дней, но он готов устроить себе отдых уже сейчас. Слушая дождь за окном, и попивая из кружки горячее какао.

Время на часах неумолимо бежало вперед. А в животе было пусто с самого утра. Гук нехотя поднялся с теплого дивана, чтобы найти что-нибудь перекусить, но в холодильнике ничего не оказалось. Как и в тумбочках, которые он облазил в надежде, что там заваляется хотя бы пачка хлопьев. Парень разочаровано вздохнул и поспешил накинуть на себя толстовку, чтобы выскочить в магазин. Благо, он находится напротив его дома. Нужно просто выйти из подъезда и перейти дорогу. Чонгук выглядывает в окно перед выходом, и замечает под крышей небольшого супермаркета мокрого и продрогшего Чимина, который осматривает темное небо и вытирает мокрое лицо, на котором, кажется, вот-вот всё потечёт. И Гуку хочется, чтобы его сейчас залило водой, как брошенный в реку мешок.

Чимину нравится краситься.

А еще ему нравится Чонгук.

Вот только тот всегда фыркает и отворачивается, стоит Паку повернуться в его сторону. Он понимает. Тому не нравится его лицо, покрытое косметикой. И Чимин его понимает. Потому что ему тоже.

Он просыпается рано утром, рассматривает себя в зеркале и достает из косметички тональную основу. Он просто пытается спрятаться. Каждый раз, смотря на свое отражение, он вспоминает себя мальчишкой. Учеником средней школы с кучей комплексов. У него тогда были круглые бока, маленький пухлый животик и большие бедра. А ещё полные щеки, узкие глаза-щелочки, круглые очки, что были больше его лица, и россыпь черных точек на носу. В подарок прилагалась кучка недоброжелателей, избивавших его за школой после уроков.

Чимин изменился. Он больше не похож на плюшевую игрушку. Теперь его талия тоньше девичьей, пальцы тонкие, а об острые скулы можно порезаться. Он весит меньше, чем самая худая девушка в их классе, но всё равно ощущает себя толстым. Прячет торчащие ребра за широкими рубашками, а худые бедра за длинными свитерами. Он наносит на свое лицо столько тональника, что тот виден даже с задних рядов, на которых обычно сидит Чонгук.

Он не чувствует себя красивым, как бы не старался. Он ходил к психологу, потому что диагноз «Анорексия» почти подтвердился. Но тот не смог помочь. И Пак продолжал видеть в глазах окружающих немое осуждение и отвращение. На помощь пришла косметика, которая спрятала под собой, словно пуховое одеяло, не давая чужим взглядом проникнуть внутрь.

Чимин хотел бы прекратить. Но не может – боится. Боится вновь столкнуться с агрессией. Он уже ненавидит себя.

Он стоит под небольшой крышей, прячась от холодных капель дождя, и жалеет, что не взял с собой зонтик. Он надеялся, что ливень закончится, пока он будет на дополнительных занятиях, но тот стал сильнее и громко барабанил по стеклу и крыше. Чимин кутался в мокрую рубашку, вытирал длинными рукавами грязные разводы с лица и громко стучал зубами от холода. До дома еще четыре квартала, а улицы уже плывут в глубоких лужах.

Пак слышит, как звенит дверь подъезда, когда оттуда кто-то выходит. В темноте не видно лица, и Чимин опускает голову, пряча потекший макияж. Парень проходит мимо, скрипя дверью магазина, и скрывается внутри. А у Мина в голове уже план, как выпросить чуть денег, чтобы купить хотя бы одноразовый прозрачный зонтик. Ему бы домой добежать.

Он прячет замерзшие пальцы в длинных рукавах, мнется с ноги на ногу от холода и уже думает, как начать разговор с незнакомцем. Двери снова скрипят, выпуская из помещения теплый воздух, от которого по спине мурашки бегут. Чимин глубоко вздыхает и поворачивается к вышедшему парню, чтобы в следующую секунду столкнуться с пронзительным взглядом почти черных глаз.

- Чонгук? – Юноша удивленно хлопает глазами, и только потом вспоминает, что весь его макияж давно растекся по лицу, когда одноклассник морщится с отвращением.

- Мерзость.