Глава 17
Москва.
Москва, чёрт возьми. Просто немыслимо. Известие об этом потрясло меня до глубины души. Не потому, что я желала для Валика лучшей доли, чем автомеханик, а потому, что я по-настоящему сильно переживала его отъезд.
Ещё вчера мне казалось, что у нас есть целый год, чтобы попытаться наладить связь, как вдруг... это. И самым нелепым было то, что все эти дни - четырнадцать чёртовых дней - я считала, что он просто занят или приболел, поэтому не появляется на моей улице, в своей привычной компании. Но он уехал. Так просто, раз - и его нет.
Чёрт... говорю, будто Валик умер.
Вдохновение резко пропало. Словно его, как Валика никогда не было. Я с трудом находила в себе силы, чтобы ходить на занятия в литературном кружке. Ничего не выходило, ни одной строчки, ни одной мысли в голове - пусто.
— Как это ты не хочешь идти на выпускной?
Все решения вдруг стали такими разумными.
— Я просто не хочу.
— Ты не можешь просто взять и слиться! Женя!
— Могу, Кира. И именно это я делаю - сливаюсь, если так понять это проще.
Подруга со свистом втянула воздух, пытаясь не сорваться на крик. Я слишком хорошо её знала.
— Ты меня бросишь?
Я простонала.
— Нечестно, Кира. Ты не можешь манипулировать мной так бездарно.
— А ты не можешь оставить меня одну в такой важный день.
Я хмыкнула.
— Важный? Для тебя, может быть. Для Иры, для Даны, для Ани или Артёма, Киралла и всех остальных - может быть. Но не для меня.
— Но это же выпускной... - Кира выглядела совсем несчастной.
Я вздохнула, кладя руку ей на плечо и заглядывая в глаза.
— Кира, ты уважаешь мои решения? - она кивает слегка неуверенно, - Тогда прими и это.
Разговоры о выпускном постепенно свелись на нет. В конце концов, стояла только середина ноября и было глупо решать что-либо сейчас, когда учителя так упорно твердили нам об экзаменах. И к ним действительно нужно было готовиться, но все мои мысли по-прежнему витали далеко, полностью занятые одним-единственным человеком. Каждый день я спрашивала себя: как он там? Как справляется с новой жизнью и что собирается делать дальше? Ответов на эти вопросы не было, но я всё продолжала их задавать. Безнадёжный случай, твердили друзья и знакомые, и каждый из них был прав.
А спустя неделю случилось то, чего ни я, ни Кира не могли предвидеть.
Возвращаясь вечером из магазина я кое-кого заметила.
Крашеные светлые волосы, широкая спина, привычная красная куртка, высокий рост. Этот человек относился к одному из тех немногих людей на планете, кого я узнала бы, находись он от меня даже на расстоянии километра Но это было ещё не всё. Рядом с ним шла девушка. Очень низкая, с прямыми каштановыми волосами, доходящими до поясницы. Я видела лишь её спину и не могла сказать с уверенностью, знаю ли её.
В следующую секунду рука Вадима - это был он - нежно коснулась плеча девушки, затем их пальцы переплелись. Я подумала, что меня стошнит.
Вадим обернулся, и я шустро юркнула в ближайшую подворотню. Прислонилась к стене, переводя дыхание.
— Вадим, Вадим, Вадим... Как ты мог?..
Мой вопрос затонул в тишине переулка. Справившись с первым шоком, я осторожно вышла из своего укрытия и осмотрелась. Парочки не было видно. Наверное, они где-то свернули. На подгибающихся ногах я побрела к своему подъезду, попутно размышляя над тем, как скажу Кире об увиденном. И скажу ли вообще?..
Декабрь стал для меня испытанием. Зимние каникулы вот-вот должны были начаться, а у меня оставалась куча хвостов. Три дня ушло на то, чтобы закрыть их все.
Белый снег кружился за окнами кабинета, крупные хлопья падали на дороги, покрывали дома и деревья. Я смотрела на них и не могла отвести глаза Там, в этом странном замысловатом танце словно раскрывалась целая Вселенная, такая прекрасная и волшебная. Весь мир будто замер в преддверии Нового года, в воздухе витал запах мандаринов и хвои, прилавки магазинов ломились от обилия праздничных украшений и разных сладостей. Вывески ярко светились, приглашая в гости к сказке.
— Ты уже выбрала подарок?
Кира весело щебетала, приминая сапогами горы снега. Холодные снежинки падали мне на лоб и тут же таяли, затем ручейками стекали к носу. Я то и дело смахивала с себя капли, мечтая скорее оказаться дома.
— Женя.
Видимо, я молчала слишком долго, так как Кира повторила вопрос. Её взгляд был направлен мне в душу, и я знала, что ничего не смогу от неё утаить, даже если захочу. Глядя на её чистую, по-детски наивную улыбку, я чувствовала, как сжимается моё сердце от воспоминаний о Вадиме. Так странно.
— Я не думала об этом, - наконец, ответила я, поправляя шапку, - Не знаю, что попросить у родителей. Не думаю, что мне нужно что-то.
— Подумай. Должно быть что-то, что растопит твоё ледяное сердце, - поддразнивла Кира.
— Боюсь, моё ледяное сердце не оттает от одного подарка.
— Тогда тебе нужно два подарка! - воскликнула подруга, и я поморщилась.
Мне нужен Валик. Только он.
— Не то... Снова не то, - я с горечью опустила голову на руки. - Где же ты, Мисс Никто?
Я пролистала очередную страницу, но снова натолкнулась на пустоту. Ничего. Ни одного упоминания о таинственной незнакомке, державшей Вадима за руку. Дверь моей спальни хлопнула, и я машинально обернулась на звук. Ободряюще улыбнувшись мне, в комнату вошла Соня с большой коробкой пончиков. Желудок радостно заурчал, и я тут же взяла один, когда блондинка подошла к столу.
— Есть успехи? - я замотала головой, усиленно жуя.
Подруга со вздохом опустилась в кресло и подогнула под себя ноги.
— Знаешь, - задумчиво проговорила я, снова откусывая большой кусок пончика, - её как будто нет вообще. Уже столько страниц проверила, но ни единого намёка на эту девушку.
— Ты найдёшь, - я смерила светловолосую скептическим взглядом.
— Свежо придание...
Я редко использовала в своём лексиконе пословицы, но ситуация казалась подходящей.
София усмехнулась.
— Брось, она же не невидимка.
— Уже начинаю сомневаться в том, что я её видела, - тихо пробормотала я, и София раздражённо хмыкнула.
— Я тебе верю, Женя. Если ты её видела, она существует. И мы найдём её. Но я всё же думаю, что ты должна сказать Кире о ней.
— Только не сейчас, - категорично.
— Почему нет?
Я вздохнула.
— Вдруг я ошиблась? Они шли довольно далеко. Может, Вадим не держал её за руку. Вдруг он... не знаю, может, этому есть разумное объяснение. Не хочу заставлять её волноваться напрасно.
— А что, если нет? Что, если она действительно окажется девушкой Вадима или Кира об этом узнает?
— Даже так... пусть лучше она узнает не от меня.
— Но придёт она именно к тебе, Женя! Именно ты будешь её успокаивать и говорить, что жизнь наладится. А если она поймёт, что ты всё знала с самого начала и не сказала ей? Она сможет тебя простить?..
Слова подруги звучали разумно, но я не могла признаться, что просто боялась последствий.
— Посмотрим.
Я отвернулась к ноутбуку и принялась с остервенением кликать по фотографиям на странице Вадима и пытаясь отыскать хоть намёк на его отношения.
— Стой, стой, подними курсор.
Я послушно пролистала страницу. Амелия приблизилась к экрану.
— "Мой котик. Люблю тебя", - прочитала я последний комментарий к летнему снимку парня, отправленный пару минут назад. Отправитель: Арина Короленко. Я простонала, - Как я могла не узнать её?
— Думаешь, это она?
— Возможно.
Я кликнула на аватарку, вызывая рабочее окно. Девушка с прямыми светло-каштановыми волосами до поясницы на фоне моря. Смуглая кожа, большие карие глаза, пухлые розовые губы и острый нос. Арина.
Я невольно отметила, что у Вадима неплохой вкус.
— Она... красивая, - вынесла свой вердикт Соня.
Я закусила губу.
— Арина Короленко. Это точно она, Соня. Её я видела в прошлом месяце, но не узнала.
— Теперь скажешь Кире?
Соня была полна сомнений, как и я. И всё же, колеблясь лишь пол-минуты, я твёрдо сказала:
— Нет. То есть, да, но однажды. Не сейчас. И ты молчи. Нужно выждать время, подобрать хороший момент.
— Ты действительно думаешь, что для такого признания можно подобрать хороший момент? Любой будет плохим, Женя.
— Я знаю, что делаю. Просто доверься мне, хорошо?
Соня на секунду прикрыла глаза, затем поджала губы и сокрушённо выдохнула.
— Я тебе доверяю. Но не наделай глупостей.
Я чувствовала себя преступницей. Ждала, что Кира вот-вот узнает и никогда не сможет простить мне ложь. Я ненавидела себя за это.
— Женя.
Я вздрогнула, услышав над собой голос.
— Да, Коля.
— Я могу одолжить твой конспект? Завтра верну, обещаю.
Я нахмурила брови, не понимая, о чём говорит парень. Его глаза метнулись куда-то к линии моей талии, но чуть правее. Я с опозданием поняла, что он смотрит на толстый блокнот, зажатый в моей руке.
— Ах, это... история. Держи, - я протянула ему блокнот.
Лицо юноши просияло.
— Спасибо, я твой должник.
Я слабо улыбнулась, ощущая усталость во всём теле.
— Постарайся не списывать всё.
— Будет сделано.
Он шутливо отсалютовал мне и быстро скрылся в толпе школьников. Я снова вернулась к созерцанию снежных хлопьев, падающих с неба. Такие красивые и счастливые. Они умеют летать, могут лететь, куда захотят, в отличие от людей. Мы абсолютно земные создания. Быстро привыкаем к комфорту своего крохотного мирка и нам не хочется узнавать остальные. Мы наивно считаем, что самый лучший мир - наш собственный, который подчиняется нашим правилам и желаниям.
Я хотела бы стать снежинкой. Они не умеют врать.