Глава 20
Страх овладел разумом Эбигейл. Как бороться со страхом?
Когда мы испытываем страх, наш организм начинает вырабатывать адреналин, благодаря которому повышается чувствительность рецепторов и мышечная активность — это помогает человеку сконцентрироваться и дать отпор либо убежать во время опасности. Но при постоянном чувстве страха бежать куда-либо нет возможности. Нет сил. Нет желания. Нет смысла. Смысл бежать, когда перед тобой лежит окровавленная одноклассница? Я ничего не чувствую. Страх испепелил все мои чувства к чему-либо. Мне хотелось самой умереть здесь и прямо сейчас, чтобы это страшное видение меня не преследовало остаток жизни. Чтобы потом панические атаки и кошмары не убивали мое подсознание и не подталкивали к скорейшему самоубийству. Сейчас кто-нибудь придет. И увидят меня, стоящую рядом с... живая ли она? Я села на колени, чтобы потрогать пульс. Холодная шея Эммы была влажной. Все волосы были мокрые от пота или воды и склеились на лице волнистыми линиями. Алая кровь была повсюду: начиная от одежды и заканчивая ее зубами. Господи, если ты меня слышишь, помоги мне позвать кого-нибудь на помощь. Я не могла и пошевелиться, страх настолько овладел мной, что решил играть злую шутку. Мои веки не моргали, руки дрожали, в ушах слышался мой учащенный пульс. Что же я делаю?! Почему я молчу... Почему не могу выкрикнуть одно слово: ПО-МО-ГИ-ТЕ. Не получалось... В легких воздух заканчивался, как будто я под водой. Было тяжело сделать вдох. Мои руки были в крови. Я услышала, как в комнату кто-то зашел.
— Эбби, что ты натворила?..., — послышался мне до боли знакомый голос Керен. Милая Керен... Не подумай ничего, прошу. Керен, ты же не думаешь, что это я? Но в ее голосе был страх и напряжение.
Я подняла на нее взгляд. Интересно, что она видела: безжалостную убийцу с хитрой улыбкой, глаза которой были направлены на нее, а в ее голове были плохие мысли или испуганную до смерти Эбби, которая вот-вот потеряет сознание вслед за Эммой.
Так и случилось. Я вырубилась, не понимая происходящего.
Я открыла глаза. Белый яркий свет в медицинском корпусе заставил меня проснуться. Рядом была медсестра. За несколько медицинских кроватей лежала Эмма под аппаратом.
— Ты очнулась?, — спросила медсестра со светлыми волосами. У нее были в руках различные баночки таблеток.
— Да.
— У тебя было шоковое состояние, от которого ты упала в обморок.
Я молчала. Медсестра позвонила и сообщила, что я очнулась. Она дала мне воды, а сама ушла. Через время я услышала, что в корпус кто-то вошел. Я подняла глаза, и увидела приближающегося к моей постели Тео. Мне стало в разы легче, но его серьезное лицо меня ставило в заблуждение. Он будто осуждал меня взглядом и пришел разбираться со мной. Я вскочила с кровати и начала нервно говорить, как сумасшедшая:
— Тео, поверь, это не я. Прошу, поверь! Она пришла сама такая, я не убивала никого, — я говорила это со слезами, отчего голос стал очень жалким.
Он молча смотрел на меня.
— Пожалуйста... Поверь мне.
Он прижал меня так сильно, что я опешила. Потом я расслабилась в его крепких объятиях и обняла в ответ. Я плакала и говорила:
— Я так испугалась. Тео, мне страшно. Следующая буду я. Как это остановить?
— Т-сс... Малышка, как ты напугана... Я верю, что это не ты. Верю...
Он гладил меня по лицу и смотрел в глаза. Его лицо было спокойным.
— Эмма жива. Все в порядке. Нам говорят, что на нее напали лисы.
— Какие к черту лисы?!, — выругалась я.
— Успокойся, ты бредишь.
— Нет, Тео, ты бредишь! Нет никаких лис.
— Школу закроют после торжественного бала. Мистер Дэвис — жирный ублюдок не хочет, чтобы его отменяли, ведь он столько бабок потратил на него. Ты еще ни разу не была на таком балу, он просто шикарен. Но этого лысого жмота не смущает, что возможно этот бал станет для кого-то последним в жизни. Возможно, начнется массовая резня. Будет кровавый бал. Это круто в каком-нибудь фильме или игре, но в жизни это безумно страшно.
— С кем ты пойдешь на бал, — хрипло спросила я.
— Что за вопросы, глупышка. С тобой конечно же.
— А если я откажусь?, — ухмыльнулась я.
— А если ты откажешься, мне придется насильно схватить тебя и повести на бал.
— Ха-ха. Я согласна.
— Ну вот и договорились. Я, кстати, принес тебе твой телефон.
Он достал из кармана мой белый айфон.
— Спасибо.
Я разблокировала экран и написала Керен о том, что ей стоит навести меня. Но она мне не отвечала.
— Ладно, мне пора, — тихо сказал он.
— Пока.
— Пока...
— Ты почему не отвечала на мои звонки? Ты меня заблокировала что-ли?, — гневно расспрашивала я Керен, когда она только перешла порог.
— Я не собираюсь иметь дело с убийцей, — эти слова были как нож в сердце.
— Керен, почему ты мне не веришь?
— Потому что, Эбби, я видела все своими глазами? Из-за чего такая ненависть к Эмме? Что она тебе сделала?
— Да это не я!
— Но видела то я тебя, как ты сидела рядом с ней!
— Я НЕ УБИЙЦА!, — истерично выкрикнула я, отчего Керен дернулась. Я сама себя боялась.
— Чем докажешь?
Я громко выдохнула и начала:
— Внимательной была? Наверное заметила на ковре в коридоре следы от крови. Она шла пешком откуда-то. Предположительно с улицы. Кровь по всей школе от нее, но никто не видел, как она добиралась, потому что все вы были на мероприятии. Камеры! Посмотри их записи! Даже у нас в коридоре есть. Посмотри их, идиотка! Дальше — порезы. У нее на животе несколько. Скорее всего от ножа. Ты у меня в руках его видела? И вообще, Тео говорит, что это дикие лисы напали.
— Какие лисы, мать твою?
— Дикие.
— Хорошо, я поняла тебя.
— Что ты поняла?
— Что не убивала ты ее.
— И?...
— Что?
Я встала перед ней:
— Извиниться не хочешь?
Она поджала губы, но вместо извинений молча обняла. Мне, на самом деле, этого не хватало. Керен мягко улыбнулась. А я совсем размякла от боли. Мне хотелось утонуть в этих объятиях. Слезы снова и снова катились по лицу. Мое состояние всех заражало, я заметила, как у Керен тоже пошли слезы. Она смотрела мне за плечо, где под белоснежным одеялом лежала Эмма. У нее на лице были следы от крови, которые не смыли. Это атмосфера была безумно напряженной. Керен мне предложила отпроситься у медсестры перейти в комнату. Мне не было смысла тут находиться.