Западный ветер

Мирск,

Второй месяц Дождя, 1282 г. От В.В. 

Эми вздёрнула вожжи: путь перекрывала широкая река. Лошадь стукнула копытами по тысячи мелких камней на берегу. Светило уже почти дошло до горизонта, скрывшись за полысевшими кронами деревьев, и окружение приобрело кроваво-оранжевый оттенок.

„ Пекло, течение слишком сильное", - подумала Эми, глядя на мощный поток, бьющийся о выступающие из-под воды гладкие камни.

Девушка развернула коня и двинулась вдоль берега. Под копыта то и дело попадали сломанные сучья.

- Почему ты просто не используешь портал? – вдруг спросила сидящая спереди девочка.

- Неужели ты наконец заговорила? – серым голосом отозвалась Эми, пытаясь скрыть радость. – А то мне было совсем скучно. Портал, крольчонок, я не могу использовать по одной простой причине: ты его не переживёшь. Поверь, что я бы с удовольствием сейчас очутилась в мягкой постели.

В ответ ничего не последовало. „ Чего ещё можно было ожидать", - Эми закатила глаза.

Слева, со стороны леса, послышались крики взлетающих ворон. Девушка на пару секунд приостановила Громыку, а потом знатно пришпорила и перевела в рысь. Сеза от неожиданности чуть не грохнулась, но смогла удержаться и обхватить шею коня. Эми легко вела Громыку, ловко перепрыгивая различные препятствия. И вдруг вдалеке она заметила упавшее на реку дерево – отличный способ перебраться на другую сторону. Эми перевела коня в галоп.

Добравшись до нужного месте, девушка остановила Громыку.

- Сейчас молчи и не мешай, - сказала она своей пассажирке.

Глаза Эми закрылись. И тут же открылись. Теперь взгляд был расположен на уровень ниже и охватывал гораздо большее, за исключением маленькой зоны перед носом. Тело стало заметно тяжелее. Теперь оно стояло на четырёх ногах. Левая передняя нога пошла вперёд. Непривычно. За ней переставилась задняя. Уже лучше. Тот же трюк проделался и с правыми ногами. Неплохо. Взгляд направился на бревно посреди реки. Сейчас будет сложно. Раз нога. Два нога. Раз нога. Два нога. Отлично! Упавшее дерево слегка узковато, но выбора нет. Главное не поскользнуться. Первая нога ступила на бревно. Вторая за ней. В седле кто-то зашевелился. Шею сдавило ещё крепче. Задние ноги оказались на дереве. Теперь размеренно. Раз. Два. Раз два... Не бойся! Раз, два, раз, два...

Эми глубоко вдохнула. „ Пекло! Ха! Я это сделала", - подумала она, когда лошадь вновь ступила на твёрдую землю. С другого берега приближался шум.

- Держись, крольчонок, - шепнула девушка и направила Громыку в лес так, что ветер снёс с неё капюшон.

- Пошёл ты! – Дастри плюнул кровью на щуплого мужчину.

Тот стоял с оголённым торсом. Его кожа плотно обтягивала выступающие рёбра, а живот был похож на гигантскую впадину. Острые кости на плечах торчали, как две горы посреди мёртвого поля.

- Ты от меня ничего не получишь! – продолжал гном, скованный в вертикальном положении на деревянной доске.

В ответ мужчина лишь раскрыл рот в попытке улыбнуться. На Дастри тут же хлынул противный запах. Несколько оставшихся зубов у мужчины были либо почерневшие, либо тёмно-жёлтые. Гном попытался дёрнуться, но получил лишь ужасную боль: в кисти и лодыжки воткнулись шипы сдерживающих металлических колец. Это ещё больше разозлило рыжего.

Безумные глаза худощавого, обведённые жирным чёрным контуром, приблизились к Дастри. Гном почувствовал, как нижней части левой ноги коснулось острие ножа. Оно медленно поднималось до колена, прошло его по дуге и остановилось чуть выше. Лысый мужчина прильнул носом к шее Дастри и глубоко вдохнул.

- Что ты де... Аааа! – нож воткнулся в ногу по самую рукоятку.

Худощавый тихонько, сумасшедше засмеялся. Не сказав ни слова, он попытался потянуть нож выше по ноге, но не смог. Тогда мужчина вытащил его наполовину и продолжил. Дастри заорал от боли. Неспешно дойдя до верхней части бедра, худощавый резко извлёк нож и кинул его на пол. А сам стал на колени и принялся слизывать текущую кровь. Крики гнома лишь раззадоривали его.

- Я ничего не скажу! Ничего! – сквозь слёзы орал Дастри.

Худощавый ничего не ответил, но уставился на гнома снизу. В привычной для себя манере, рыжий плюнул на лицо мужчины и попал на нос.

Дастри услышал, как где-то скрипнула дверь.

- Вильгельм! У тебя ещё пять минут! – послышался откуда-то сверху мужской голос.

Гном не видел ничего, кроме своего тела и худощавого – тут было слишком темно. Единственный источник света находился, видимо, где-то за доской, на которую был прикреплён Дастри. Дверь с таким же скрипом закрылась. Вильгельм, будто змея, изогнулся и встал. Не посмотрев на гнома, он развернулся и удалился во тьму. Послышался скрежет металла - по коже Дастри пробежали мурашки. Где-то через полминуты из тьмы вынырнул силуэт. При таком освещении худощавый был похож больше на скелета с кожей, нежели на человека. Он держал в правой руке что-то подобное на устройство для колки орехов, но только ржавое. Лицо Вильгельма не отражало никаких эмоций, кроме предвкушения. Предвкушения чего-то сладкого, приятного и лакомого. Мужчина подошёл вплотную.

Вильгельм обхватил левой рукой лоб гнома и, подержав так несколько секунд, запустил её в рыжие волосы.

- Что ты, гнида, делаешь? – дрожащим голосом спросил Дастри.

Вильгельм резко схватил гнома за волосы и потянул вверх. Рыжий попытался помотать головой и высвободиться, но хватка у худощавого была на удивление сильна. Вильгельм поднёс к лицу гнома орехокол. В тот момент Дастри понял: „ Это не ржавчина..."

- А ну, ублюдок, пусти меня! Вот только я выберусь отсюда! – заёрзал гном. – Надеюсь, ты веришь в Богов, потому что тебе скоро с ними предстоит встретиться!

Вильгельм ответил привычной сумасшедшей улыбкой с открытым ртом. Его взгляд был прикован к правому глазу гнома. А взгляд гнома к железной штуке у него перед носом. Она начала приближаться. Дастри задёргался сильнее, но худощавый лишь потянул за волосы. „ Орехокол" был уже в паре сантиметров. Гном крепко сжал зубы и, тяжело дыша, зажмурился. Холодное железо коснулось верхнего века. Сердце Дастри стучало, как стая диких лошадей.

Крик. Лишь дикий, животный крик был слышен в течение полуминуты.

Всё серо. Всё кружится. Всё давит. Смеётся. Оно смеётся. Шаги. Да, шаги! Топ. Топ. Топ. Что это? Тошнит. Сильно тошнит. Сил нет даже на то, чтобы открыть рот. Слегка приоткрыт. Захлёбываюсь. Железо касается подбородка. Отводит его. Рот открыт. Голоса.

- Твою ж мать. Ты перестарался.

Болит. Ноет. Голову сжимают голоса. Давят на неё. Каждый звук кувалда.

- Он может говорить? Притащите воду.

Конец. Темнота...

Вспышка! Всё тело пробрал холод.

- Проснись! – знакомый мужской голос.

Тяжело. Но надо. Справа пустота. Слева всё мутно. Шрам. Белые волосы.

- Так-то лучше. Повторим нашу беседу. Я задаю вопросы – ты отвечаешь. Хорошо? Отлично. Кто похитил Сезерию?

Рот. Не могу. Нет сил.

- Ладно. Давай попробуем так. Это была та Эмилия, о которой ты говорил?

Напрячь мышцы! Получилось.

- Хорошо. Она чародейка?

Ещё раз.

- Замечательно. Её целью было похищение принцессы?

И ещё раз.

- Ты специально попал к нам в плен? Понятно. Чтобы отвлечь внимание? Неплохо. Всё до сих пор идёт по вашему плану?

Боль. Внутри. Непонимание. Теперь другое движение.

- Интересно. И что же не так?

Надо собраться.

- Меня... Вызволить... Но никто не пришёл... Не понимаю...

- Вот видишь, твои друзья не очень тобой дорожат. Хм... Ты же понимаешь, что можешь рассчитывать максимум на быструю смерть? Так что давай снова составим договор. Прошлый, к сожалению, оказался неудачным. Давай так: ты мне всё рассказываешь, а я отпускаю тебя к Богам. Лучшего предложить не могу. Но прошу: помоги нам исправить то, что вы натворили. Сеза не в чём не виновата, она обычный ребёнок, ставший невольным пленником политических игр.

- Хорошо... - после небольшой паузы ответил Дастри.

- Дайте бедняге воды, - сказал добрым голосом командор.

Сделав пару жадных глотков из поднесённой чаши, гном выдохнул.

- Мы прибыли вдвоём: я и Эмили. Моя задача была отвлечь вас от неё. Для этого и пришлось нанять тех людей. А она просто ждала удобного момента.

- Откуда чародейка узнала планы принцессы?

- У нас был информатор. Я понятия не имею, кто это. Да и она, наверное, тоже. Реданский дал нам его контакты.

- Он из королевской стражи? – Рикс спросил уже настороженным голосом.

- Не знаю. Честно.

- Ладно. После Вильгельма почти никто уже не врёт, - командор глянул в пространство за гномом. – Как чародейка связывалась с информатором?

- Не знаю, но я ни разу с ним не встречался. Все сведения я получал в разговоре с Эмили. Последний раз мы виделись два дня назад. Но, если честно, я потерял счёт времени. Так что может быть уже и три. Тогда мы ещё раз согласовали план. Вы должны были меня взять и направить солдат в Книжный дом. Так оно и получилось... А потом какой-то гвардеец должен был меня вывести.

- Но ты всё ещё здесь, - ухмыльнулся командор. – У вас был путь назад? Какая-то определённая дорога?

- Нет. Для перестраховки каждый должен был добраться своим способом. Можно воды?

Командор кивнул гвардейцу. Отпив, Дастри продолжил:

- Я рассказал всё, что мог. Теперь прошу лишь...

- На что Реданский хочет обменять Сезу? – перебил Рикс.

Гном ответил не сразу.

- Боюсь, что пока ни на что. Он будет ждать подходящего момента, чтобы воспользоваться девочкой, - гном опустил глаза. – Мне жаль.

Командор сделал шаг назад, в тень.

- Какую смерть ты предпочтёшь? – пустым голосом спросил он. Его верхняя часть лица оказалась спрятана темнотой.

- Позволь мне прожить ещё день, - сказал Дастри, не поднимая головы. – Всего лишь день. Мне нужно о многом подумать... Я понимаю, что этого не было в договоре... Но прошу Вас.

Ответа не было в течение полуминуты.

- Хорошо. У тебя есть ночь. Но ты так и не ответил на вопрос.

- Меч в сердце - лучшая смерть.

- Так и быть. Завтра на рассвете ты будешь казнён ударом в сердце. Всё произойдёт тихо, без людей. А теперь отведите его в темницу, - обратился командор к гвардейцам, спрятанным во тьме. – И дайте ему повязку на глаз.