Глава 14
Айра сидела на неудобной лежанке, устало откинувшись на прохладную стену своей камеры. Эльфы сработали оперативно, одного её присутствия рядом с раненым товарищем ушастых оказалось достаточно для того чтобы скрутить её и приволочь сюда. После того как она поделилась своей энергией с умирающим, сил на сопротивление не было, да и сознание работало из рук вон плохо. Всё окружающее воспринималось, будто в тумане. Айра подчинялась грубой силе, даже не помышляя о сопротивлении. Возможно, она и попробовала бы вырваться из рук перворожденных, но одного взгляда брошенного на неприветливое лицо Вигра оказалось достаточно, чтобы понять — защищать её никто не станет.
Нахождение в темнице нельзя было отнести к разряду самых любимых её времяпрепровождений, но выбирать не приходилось. В своё время, матушка очень часто практиковала подобную меру наказания, так что Айра прекрасно знала как вести себя в каменном мешке, не испытывая при этом уж явных неудобств. Слабость, после магического истощения почти прошла, но на место ей пришла апатия. Ни один из спасённых эльфов не торопился вызволять её из застенок темницы. А это могло означать или то, что они не собираются этого делать в принципе, или просто ещё не пришли в себя, дабы поведать миру о том, кто именно их героически спас. От этой мысли Айре стало не по себе. Спасти то она их спасла, но если хоть один из них подробно разглядел, как именно она расправилась с майрой, из темницы она не выйдет никогда. Это удручало. Айра не хотела признаваться самой себе, но больше всего её угнетало то, что Дриер за ней так и не пришёл. На что она только надеялась? Ведь с самого начала было понятно, что он держит её возле себя из-за врождённого чувства противоречия. И теперь она получила этому ещё одно доказательство.
Пробитое тварью плечо саднило и противно покалывало. Яд не подействовал должным образом, но это вовсе не означает, что девушка совсем не обратила внимание на ранение. Ещё как обратила, вот только сказать о своём плече не сумела. В первые несколько часов после того как их обнаружили, она находилась в каком-то затуманенном состоянии. На поддержание жизни в раненом эльфе ушли почти все её силы. Даже из неприкосновенного резерва. Так что чувствовала она себя не многим лучше ушастого, а ведь перед этим она ещё и Тайорна немного подлатала. Организм понемногу приходил в себя и отчаянно вопил о несправедливости бытия. Восполнить жизненную энергию из какого либо источника Айра сейчас не могла, но даже самый простой способ, через пищу, был для неё сейчас не доступен. Она не знала, намеренно ли эльфы решили поморить её голодом, или просто не подумали о такой малости, как питание пленницы, но прошли уже сутки, а ей ещё даже воды не приносили.
Последние силы потихоньку утекали из измученного тела. Айра опустилась на пол и невидящим взглядом уставилась в противоположную стену. Единственный оставленный остроухими факел почти не давал света, но Айра привычно перестроила зрение и увидела свою камеру в мельчайших подробностях. Особенное зрение было ещё одной тайной девушки. Об этой тайне она не рассказывала никому и никогда. Это было сложно объяснить, но темнота никогда не была препятствием для глаз Айры. Любому живому существу, для того чтобы видеть в темноте, необходим был хоть какой-то источник освещения, любой, даже самый крошечный. Айре освещение только мешало. Тьма вокруг неё всегда была живой, она двигалась, перетекала с места на место, и говорила с ней, с Айрой. Но сейчас, даже темнота не успокаивала. Слабость накатывала всё сильнее и сильнее. Девушка не знала, сколько прошло времени, но вдруг совершенно отчётливо поняла, что если в ближайшее время никто не придёт, она просто умрёт здесь, в тишине и темноте.
Глаза начали слипаться, держать их открытыми больше не позволяла слабость. Дыхание стало коротким и прерывистым. Но несмотря ни на что, страшно Айре не было, было только немного обидно из-за того, что умереть придётся так глупо. Занятая своими невесёлыми мыслями, девушка не сразу обратила внимание на то, что вокруг стало определённо светлее, именно поэтому появление эльфов с факелами стало для неё полной неожиданностью.
Айра с трудом открыла глаза и сфокусировала их на пришедших. Его она заметила сразу. Дриер стоял немного позади всей этой толпы и недовольно рассматривал её.
— «Опять ругаться будет»- Отстранённо подумала девушка, но всё равно испытала огромное облегчение от того, что видит этого невозможного демона. Значит, всё-таки не бросил, не забыл.
Дриер прошёл в камеру, и, встав над девушкой, окинул её холодным взглядом. Айра тихонько вздохнула и робко ему улыбнулась.
— Пошли. — Коротко сказал он, но её реакции естественно не дождался. Девушка даже не сделала попытки подняться, только ещё раз грустно вздохнула. Демон непонимающе нахмурился и вопросительно посмотрел на эльфов. Судя по их вытянувшимся физиономиям, они таки имели отношение к сегодняшнему состоянию девушки.
— И как это понимать господа светлые? — Вкрадчиво спросил он у сопровождающих остроухих. — Может, вы мне объясните, как умудрились за неполные два дня довести её до такого состояния?
Голос демона буквально источал мёд, но эльфам почему-то не понравилось. Они как-то все разом поёжились и с тревогой посмотрели в ту сторону, из которой пришли. Оставаться наедине с рассерженным демоном им не улыбалось. И ведь сердиться у него причина была. К своему стыду, эльфы настолько углубились в переживания о своём Владыке, что совершенно забыли о пленнице и как закономерный итог этого безобразия, она почти два дня просидела без воды и пищи.
Однако, к облегчению эльфов, демон не стал выяснять всё именно сейчас, он наклонился и легко подхватил девушку на руки. Она оказалась настолько лёгкой, что в первую секунду он даже опешил. Как её при таком весе ещё ветром не сдувает? А Айра повела себя совсем уж нетипично. Вместо того, чтобы взбрыкнуть, она уткнулась лицом в плечо демона и тихонько заплакала. В первый раз на его памяти. Раньше, она никогда не плакала. Это почему-то окончательно разозлило демона. Светлые, что б им. Даже он никогда не доводил её до такого состояния, а эти чистоплюи умудрились сделать почти невозможное.
До конца пути, Айра не дотерпела, буквально через несколько минут она потеряла сознание. Дриеру очень не нравилось её дыхание и вообще, её внешний вид оставлял желать лучшего. Кайя сразу же развила бурную деятельность по возвращению бывшей пленницы в мир живых. Поверхностное сканирование показало, что жизненные показатели девушки далеки от нормы. Жизненная энергия почти на нуле, аура разорвана, а в голове такая мешанина, что разобраться в ней не смогли бы и десять эмпатов самой большой силы. Посему, голову девушки решили оставить в покое и сосредоточиться на общем состоянии.
Когда Кайя, наконец, смогла определить точную причину такого состояния девушки, она от возмущения потеряла дар речи. А потом высказала много очень интересных сведений об укладе жизни светлых эльфов.
— Что случилось? — Спокойно спросил Дриер, когда поток красноречия сестры немного иссяк.
— Она потратила почти всю свою энергию на лечение. Ты можешь себе это представить. Она удерживала Владыку Криэля от ухода на ту сторону, а они её в темницу. И ещё, она истощена не только энергетически, они её не кормили и не поили, всё это время. Хороши светлые, драха им в печенку.
Дриер ещё больше нахмурился, не отрывая обеспокоенного взгляда от Айры и, потому не заметил виноватого вида Вигра. Если бы он вовремя остановил ушастых, да если бы он даже сообщил обо всём Дриеру, этого можно было бы избежать.
Кайя продолжала осматривать бессознательную девушку, и всё больше при этом хмурилась. То, что она видела, ей определённо не нравилось. К концу осмотра, Кайя смотрелась совсем уж бледно, она осторожно сделала несколько шагов отходя от Айры и только потом решилась говорить.
— Сорок шесть, семьдесят три и восемнадцать. — Тихо сказала она.
— Что? — Дриер непонимающе уставился на сестру. — О чём ты?
— Сорок шесть переломов, семьдесят три хорошо залеченных ожога и восемнадцать серьёзных ранений на грани жизни и смерти. Дриер как она ещё ходит, я не понимаю, кем надо быть, чтобы так издеваться над ребёнком. Большинство переломов она получила до того, как попала к тебе, так же дело обстоит и с серьёзными ранениями. На твоей совести всего одно. А вот ожоги все старые. Не понимаю, как люди могут так относиться к себе подобным. Это же даже не зверство, это хуже. Мы над детьми не издеваемся.
Дриер скривился, будто выпил уксуса и перевёл взгляд на Айру. Не удивительно, что она так дичилась его в первое время, и так стремилась сбежать. Вырвавшись из клетки однажды, попадать в неё вновь ей очень не хотелось. Если бы демону сейчас попался этот «добряк», у которого жила до него девушка, он узнал бы о себе много нового, и не факт, что эти сведения ему понравились бы.
В себя девушка пришла лишь через несколько часов, она с благодарностью приняла из рук Кайи стакан воды и потом почувствовала запах пищи и судорожно сглотнула. Есть хотелось просто зверски. Сейчас Айра была готова даже принять облик дальши, лишь бы ей позволили поесть. Но пытать её голодом и дальше никто не собирался, Кайя принесла ей прямо в постель тарелку с горячим бульоном и, сидела рядом, внимательно следя за тем, как девушка ест. Настороженный и вместе с тем вопросительный взгляд демоницы немного настораживал, но Айре сейчас было не до того. Живот уже буквально прилип к позвоночнику в страстном желании соединиться с предлагаемой ему пищей. Откладывать это во всех отношениях занимательное занятие в долгий ящик, Айра не собиралась и приступила к долгожданной трапезе. Только некоторое время спустя, после того как первый голод был утолен, она заметила внимательные взгляды всех присутствующих. И чего они так на неё смотрят, будто в первый раз увидели. Поразмышлять на эту тему подольше не дал вопрос Кайи заданный в самый неожиданный момент.
— Айра, а где ты жила до того, как попала к Дриеру, и самое главное с кем?
Девушка замерла, так и не донеся очередную ложку бульона до рта. Аппетит стремительно испарялся, настроение мгновенно испортилось. Девушка опустила ложку с бульоном обратно в тарелку и вся подобравшись зыркнула в сторону демоницы из под растрепанной чёлки. Весь её вид говорил, что вспоминать она не желает категорически, говорить об этом при всём желании не намерена и вообще, тема не самая подходящая, а попросту, опасная для дальнейшего обсуждения.
— Айра, ты же должна понимать, мы сможем сделать гораздо больше, если будем знать.
Девушка продолжала упорно отмалчиваться. Бумагу подсунутую демоницей она игнорировала, только ещё больше подобралась, сжавшись буквально в комочек.
— И в кого ты такая упрямая? — Досадливо прошипел Дриер. — Неужели так тяжело дать хоть немного информации?
Айра бросила на него всего один взгляд, но этого хватило, чтобы демон подавился дальнейшими высказываниями — столько отчаянья было в этом взгляде. Только теперь до него начало доходить, что дело не в том, что она не хочет рассказывать, а скорее всего, просто не может. Есть такое хитрое заклинание, которое позволяет заставить молчать любого. Как бы этот любой не хотел, как бы ни старался, но произнести вслух, написать на бумаге или передать мысленно информацию, касающуюся заинтересованного в его молчании лица, не сможет, никогда. Скорее всего, именно с этим заклинанием пришлось столкнуться девушке. Дриер не представлял что за чудовище могло решиться наложить на ребёнка подобное. Заклинание забвения было довольно болезненно для того на кого накладывалось, а продолжалось это без малого три дня. Те, у кого жила Айра, очень не хотели, чтобы о них узнали.
— Не старайся Кайя, она не скажет.
— Почему. — Демоница прекратила попытки уговорить Айру и повернулась к брату.
— Я думаю, мы имеем дело с заклинанием забвения.
Кайя потрясённо ахнула и, медленно повернулась к Айре. Судя по тому, как плотно сжала губы девушка, Дриер угадал.
— Вот же сволочи, как только у них смелости хватило. Это же запрещено.
— Кайя, ты прекрасно знаешь, запреты мало кого останавливают, только ещё больше подогревают. И вообще. Нам нужно искать того урода, что притащил к эльфам майру. Как только Айра встанет на ноги, отправляемся в лес с эльфами. Они изъявили желание, чтобы наша подозреваемая всегда была на виду.
Айра невольно поёжилась, раскрытие её тайны было вопросом времени. Если из пострадавших эльфов хоть кто-то что-то видел, они не будут молчать, и тогда даже демоны от неё отвернутся.
* * *
Тайорн медленно открыл глаза. Знакомый рисунок на потолке успокаивал. Значит он дома, в собственной кровати. Очнись он в целительском корпусе, можно было бы и попаниковать, а так... Мысли в голове вяло перекатывались, не желая останавливаться на чём-то одном. Он очень хорошо помнил нападение майры, но думать об этом совершенно не хотелось. Несмотря на то, что дверь отворилась совершенно бесшумно, тёмный эльф мгновенно отреагировал на постороннее присутствие. Голову поворачивать очень не хотелось, но привычка была сильнее него, и он окинул пришедшего внимательным взглядом.
— Здравствуй сынок. — Фиэль с жадностью всматривался в лицо младшего сына. Он сам не мог объяснить своего поведения, но, несмотря на то, что он сказал Дриеру, потерять именно этого сына для него было бы тяжело. Было в этом ребёнке что-то такое, что вызывало в нём щемящее и такое непривычное для тёмных эльфов чувство нежности. И дело было вовсе не в необычных способностях. Тайорн никогда не пользовался своими способностями по отношению к членам своей семьи, это было его собственное правило и оно соблюдалось неукоснительно.
Отец и сын некоторое время смотрели друг другу в глаза, а потом владыка Фиэль смог проговорить. — Я рад, что ты жив.
— Ты не поверишь отец, но я тоже очень рад. — Тайорн усмехнулся, так проказливо, что владыка не удержался и расхохотался, запрокинув голову назад. Его сын вернулся, и он имел право на радость.
Обеспокоенный стражник просунул голову в дверь и, заметив открывшего глаза принца, радостно улыбнулся, тут же испарившись с глаз Владыки. Спустя полчаса радостная весть разнеслась по всему дворцу — принц пришёл в себя.
— Ты очень нас напугал, сынок. — Фиэль ещё немного поумилялся гладя на сына, а потом принял самый серьёзный вид и приступил к допросу. — Ты что-то видел? Ты видел, кто остановил майру? Это была дальши?
Тайорн усмехнулся, отец всегда оставался собой, в любой ситуации. И самое главное, ему нужны были ответы, и он их получит в любом случае.
— Да, это была дальши.
— Ты её узнал?
— Отец, по-твоему, я знаком со всеми дикими дальши по обе стороны океана? С чего бы мне её знать. Представь себе, она забыла представиться.
— Не злись. Всё очень серьёзно. Вместе с тобой пострадал и Криэль. Это произошло на нашей территории и это уже не шутки. Но больше всего меня удивляет, почему дальши не тронула девчонку Дриера.
От внимательного взгляда отца, Тайорну стало не по себе. И дело было не в какой-то особенной силе Владыки, и не в страхе перед заведомо более сильным существом. Тайорн просто совершенно точно знал, почему дальши не тронула Айру, но говорить об этом отцу пока не хотел.
— Ну, так что?
— Мы заметили майру слишком поздно, а появление светлого я вообще проморгал. Каюсь. И я не могу сказать, почему Айра осталась невредима. Возможно, она не заинтересовала дальши, а возможно ту отвлекло что-то другое. Я отключился намного раньше, чем всё закончилось.
Владыка слегка поморщился. — Да, не густо. И ведь необходимо что-то предоставить светлым. Они и так нам уже всю плешь проели своим занудством. Да и Криэля жалко, как ни посмотри.
— Он? — Тайорн невольно сглотнул.
— Нет, но его состояние остаётся довольно тяжёлым. Хорошо, что девчонка не растерялась и догадалась подпитать его своей энергией, иначе мы бы уже собирали погребальный костёр.
— Он выкарабкается?
— Будем надеяться. А теперь отдыхай. Тебе нужно восстанавливаться. Скоро нам очень понадобиться твой дар.
Заметив недовольную реакцию сына на его слова, Фиэль успокаивающе похлопал его по плечу. — Я знаю, что тебе не нравиться это делать, но это единственный способ быстро и безболезненно узнать правду. Отдыхай.
После этих слов отец вышел, оставив сына наедине с его мыслями. Теперь можно было расслабиться, совсем немножко и совсем не надолго. Тайорн прикрыл глаза и тяжело вздохнул, расслабиться не получалось. Как бы он хотел забыть, а ещё лучше, никогда не видеть того что произошло на том злополучном берегу возле озера.