Глава 1. «Отблески прошлого» [2]
Холодные струйки воды нещадно били по пепельно-белым волосам, превращая их цвет в угрюмо-серый. Капли продолжали свой путь дальше, медленно выводя черты молодого тела. Ледяная вода часто помогала снимать стресс и полностью уходить в себя, освобождаться от назойливых мыслей, и переставать сожалеть о прошлом. Сейчас же цель холодного душа была совершенно иной - всё тело от и до было покрыто маленькими царапинами и красными пятнами, потому что Дина тщетно пыталась избавиться от запаха своего тела на протяжении пятнадцати минут. Он исчез почти сразу же после такого обильного трения старой мочалкой, но для неё он уже навсегда въелся в память.
Когда девушка внезапно осознала, что не чувствует пальцев ног от холода, то решила наконец покинуть душ, посчитав, что лучшего эффекта она уж точно не добьётся. Пол ванной комнаты был ничуть не теплее чем те струи воды, но тот хотя бы не покрывал её с ног до головы, а морозил лишь уже ничего не чувствующие ноги. Кое-как завернувшись в свое махровое полотенце она с долей презрения отвела взгляд от прямоугольного зеркала напротив - видеть своё поникшее лицо с бледно-синими губами больше напоминающее останки трупа ей явно не хотелось.
Сейчас место, именуемое ее «новым домом» было погружено в тишину, но воображению девушки это словно никак не мешало слышать далёкие отголоски прошлого. И хоть она и вспоминала свое детство в не самых лучших красках и эмоциях, но новое тело будто бы вселяло в неё какую-то детскую уверенность своей ностальгией. Дине хватило и пары секунд чтобы вспомнить все их старые миссии, на которые она ходила вместе с её братьями и сестрой, корча из себя супергероев. В голове сразу всплыла надоедливая сестра - Эллисон, которая с самого детства пыталась выделиться на фоне остальных, неплохо приспособившись к жизни в Академии. Конечно, нельзя было сказать что она избавилась от этого же клейма подопытного кролика, но, в отличии от Дины или ещё кого-либо из их странной семейки, явно имела розовый бантик на своей шее. Прямое тому доказательство - её комната - в ней всегда было светло и уютно; или те же нестандартные для их жизни дозволенности: на праздники Эллисон просила у отца платья и косметику, что получала от него безотказно; поверх её кровати всегда лежало пушистое розовое покрывало, мило дополняющее интерьер комнаты. Дина же считала что такие действия ни к чему - обычного серого одеяла было бы вполне достаточно.
Порой её даже посещали странные мысли, как будто ей хотелось снова вернуться обратно в эти ненавистные деньки, когда все задачи и цели были просты как пять копеек, и можно было даже не задумываться что тебе нужно делать, ведь всё что от тебя требовалось - так это лишь следовать указаниям, составленными человеком, назвавшим себя их «отцом», на что у Дины имелось ещё пару своих пунктиков пылкой ненависти на этот счёт. Возможно, обернись бы время вспять, она смогла бы исправить прошлые ошибки.
Холод пробирал буквально до костей, и девушка сразу же закинула надоедавшие мысли в самый дальний ящик «плохих затей», отыскав другой ящик, с папкой «Немедленно оденься, или твои жалкие попытки мести будут тянуть едва ли не на "Наполеоновские планы Гитлера по захвату мира"». Глубоко вздохнув и мысленно закрыв своё хранилище с бумажной волокитой, Дина посильнее натянула полотенце на свои голые плечи, ловя себя на мысли о том, что под душем всё же стоило простоять немного поменьше. Босые ступни неуверенно ступали по деревянным доскам квартиры, которые при любой удобной для них возможности будто бы специально начинали издавать противные для слуха скрипы. В темноте её темными волосы казались мокрыми водорослями, облепившими её и не без того больную голову; белое полотенце, больше напоминавшее старый потрепанный кусок ткани; красные от недосыпа глаза с убийственно усталым взглядом; и, на худой конец, тонкая линия ещё не отошедших от обледенения синеватых губ.
Деревянная дверь собственной комнаты предательски хлопнула в ответ. Звук был не столь громким, так что вряд ли им можно было разбудить новоиспеченных соседей. Просто сам факт нарушения такой уютной тишины немного выводил из себя, ведь созданная ею иллюзия комфорта была беспощадно разрушена.
Свет восходящего солнца загадочно выделял некоторые участки помещения. Стоит признаться, что сейчас её комната выглядела не так уж и печально, как казалось ей в первое время. Медленно ступая по деревянным, переменно-скрипучим, и крайне раздражающим холодным доскам, девушка подошла к своей кровати, рядом с которой одиноко стоял её кожаный чемодан. Громко звякнув его молнией, Дина аккуратно достала оттуда комплект нижнего белья, положив его рядом. К сожалению, так как теперь он был ей уж слишком великоват, пришлось как-то выкручиваться и закреплять все это на тугие узлы, с которыми спать ей будет не очень удобно. Решив найти что-нибудь подходящее по размеру, что можно будет накинуть сверху, она еще немного порылась в своем чемодане, что также дало ей своего рода плоды: там нашелся её белый, местами потрепанный винтажный сарафан, который с её новым ростом чуть больше шестидесяти дюймов¹ достигал колен.
- Всяко лучше, чем висящие на мне джинсы и свитер, - сказала она сама себе, что, конечно же, никак не помогло ей успокоиться.
Приложив немного усилий, девушка передвинула уже не казавшийся ей таким легким чемодан подальше к подножию кровати. Откинув одеяло, Дина села на такую старую, пропитанную временем и ненавистью кровать. Глубоко вдохнув утренний прохладный воздух, девушка запустила руку в волосы и немного наклонила голову вперёд. Не до конца высохшие пряди неприятно покалывали розовые щеки, поэтому по краям были убраны с помощью черных невидимок.
Во рту как-то резко стало сухо, и только вкус недавней крови остался на зубах. В голове сразу же родилась идея о прохладной воде и Дина не посмела отказать себе в этом. С терпимой болью в мышцах девушка прошлась до кухни, и громко хмыкнув уселась за обеденный стол. Произошедшее никак не укладывалось в голове, и это порядком уже начинало раздражать. Каким же образом тело тридцатилетней женщины снова вернулось к его изначальному виду, при этом оставив все воспоминания при ней? Дина никогда не была особой фанаткой физики, но в данной ситуации не нужно быть учёным, чтобы понять что такое чисто физически не смогло бы произойти. Исходя из этих убеждений вполне логично в её голове назрел вопрос:
- Что же я такое?..
Её монолог грубо прервали: вот так просто, безо всяких предупреждений, воскресным утром в её квартире раздался внезапный скрежет. Они настигли её слишком быстро, даже не дав опомниться. Нет никаких вариантов отступления - её правда застигли врасплох, а она ведь даже не заметила как они вошли... Болезненное осознание лишь ухудшило положение, когда девушка поняла, что вчера, в таком изнеможенном состоянии могла просто забыть закрыть входную дверь. Теперь же, в таком беспомощном теле и с такой бессмысленной способностью у неё нет никаких шансов выстоять против десятка вооружённых до зубов мужчин.
- Похоже, - Дина опустила голову вниз, а её лицо озарила фальшивая улыбка. - Этот раз будет поистине последним.
И хоть Дина понимала, что это правда был конец, сердце упорно не хотело успокаиваться, рот продолжал рвано хватать воздух, а в горле до сих пор было ужасно сухо.
Маленькие скребущие душу котята превратились в огромных голодных львов, которые, то и дело медленно, от чего ещё более больнее, скребли своими большими когтями.
В момент прощания со всеми пылкими надеждами, в тишине холодного здания, как раскат яростного грома прозвучал насмешливый шепот:
- Вот мы и встретились вновь, Номер Пять.
¹ — приблизительно 153 сантиметра.