Fallen sky [H.S]

Rihanna – Never Ending

Темнота и тишина.
Ничего кроме этого, даже после того, как я открываю глаза. В комнате темно и даже свет с улицы не пробивается сквозь тёмные шторы.
Где я и что вообще делаю здесь?
Пытаюсь подняться с мягкой, тёплой кровати, но тело словно отказывается подчиняться. Сколько я лежу тут?
Тело словно окаменело...
Снова делаю попытку подняться, но я будто привязана к кровати, настолько сильную тяжесть я чувствую в собственном теле.

– Тебе лучше не вставать ещё пару часов, - хриплый, знакомый до мурашек по коже, голос, доносится из самого тёмного угла.
– Где я? - мой голос тоже на удивление хриплый.
– У меня дома. - Его тон осторожен, он словно боится меня спугнуть.
– И что я здесь делаю?
– Я все же научился управлять своей силой на столько, чтобы заставить кого-то видеть то, что я хочу, и теперь я могу распространить даже на тех, кто находится далеко...
– Где Молли? – я все же подчиняю своё тело и приподнимаюсь на локтях, всматриваясь в угол, где должен быть Гарри.
– Они с Лиамом в комнате за стенкой. Ругаются. - Я закусываю губу, вслушиваясь в тишину. – Ты ничего не услышишь. Стены звуконепроницаемые.
Мне нечего на это ответить, поэтому я ложусь обратно и устремляю взгляд в потолок. Сердце бьётся умеренно, несмотря на то, что я дышу с Гарри одним воздухом, я даже могу уловить запах его одеколона, который пару месяцев назад сводил меня сума...
– Почему ты сделал это? – с моих губ слетает едва уловимый шёпот.
– Почему обманывал тогда или почему спас Молли? - кажется Гарри начал ходить по комнате, потому что запах его духов стал ещё более уловимым.
– Почему ты врал мне, - Эти слова причиняют боль, – я и без твоих объяснений знаю. Почему ты спас Молли?
Тишина была мне ответом. Я даже не слышала его шагов или дыхания. Лишь запах его духов: такой манящий, дурманящий и приносящий в память моменты, когда я целовала его шею и сталкивалась с этим запахом.
Убейте меня... Я не хочу думать об этом...
– Потому что ты показала мне, что свет стоит того, чтобы за него бороться, - я вдруг осознаю, что он находится совсем близко. Скорее всего он сидит около моей кровати. Хочется включить свет, заглянуть в его глаза, видеть его лицо... Но я не двигаюсь. – Но знаешь как я понял это?
Я молчала, зачем-то качнув головой. Он ведь не видел меня. Но я знала: заговорю - он сразу поймёт мои чувства...
– Я понял это тогда, когда увидил, что ты и есть свет. Мой свет.

Сердце с болью сжимается, в глаза вдруг ударяет приглушонный, но раздражающий свет. Жмурюсь, прикрывая лицо руками.
Я хочу увидеть своего Гарри, но в тоже время мне страшно.
Чувствую, как что-то тёплое и мягкое проходит по моему предплечью, и когда осознаю, что это кончики пальцев Гарри: отстраняюсь.
– Не надо, - я шепчу в свои руки, и кажется он не слышит, потому что руки не убирает, тянется к моим ладоням.
– Смотри мне в глаза, - он убирает мои руки от лица, но мои веки все ещё прикрыты.
– Гарри, уходи, умоляю.
Я готова разрыдаться от того, что его руки, держат мои. Я чувствую его тепло, чувствую как все тело напряженно.
– Разве я могу уйти от света, который осветил мою жизнь...
– Хватит! - я резко поднимаюсь, выхватывая свои руки из его хватки. – Я не верю тебе больше! Никогда не поверю, не хочу верить.

Смотрю в его глаза, и вижу что он не ожидал от меня такого всплеска.
– Пожалуйста, уйди. - Я едва держу слёзы, – умоляю...
Он молчит, буравя меня взглядом, я замечаю, что его губы дрожат: он хочет что-то сказать.
Но он все же поднимается, сжимая губы в тонкую линию и молча шагает в сторону белоснежной двери.
Когда дверь за ним захлопывается, я не сдерживаю эмоций: слёзы градом текут из глаз. Первое, что попадается под руку (а это подушка), я бросаю в только что захлопнувшуюся дверь.

– Ненавижу!

Я уверена, Гарри слышит. Но мне плевать, я хочу чтобы он знал как я страдала и страдаю, хочу, чтобы он знал что он сделал со мной...

***

– И что дальше? - Я сижу, прижав голову к коленям, вслушиваясь в давящае молчание.
В комнате нас пятеро, но тут так тихо, словно, никого кроме меня нет.
– Пока будем продолжать их обманывать, – Зейн отвечает на мой вопрос, и я, подняв голову, заглядываю в его медовые глаза, – будем прятаться...
– Нет, - я перебиваю его и все, находящиеся в просторном зале: Зейн, Молли, Лиам и Гарри, удивлённо смотрят на меня. – Я та, кто должна спасти этот гребанный мир, Зейн. Я не собираюсь прятаться и ждать когда небо рухнет нам всем на голову. Я буду пытаться это предотвратить.
– Но как ты это сделаешь, если мы не знаем как они собираются открыть небеса? - Лиам приобнимает Молли за плечи, а девушка кладет голову ему на плечо: она измотана.
– Спущусь в ад и узнаю все от Люцифера, - пожимаю плечами. – Я достаточно сильна, чтобы противостоять самому Дьяволу.
– Мэй, это слишком глупо... – Голос принадлежит Гарри, который стоит возле горящего камина, повернувшись ко мне спиной.
– Твоего мнения никто не спрашивает, - меня трясёт каждый раз, когда я только смотрю на него, а уж что со мной происходит, когда мы «говорим»...
– Ты никогда не простишь меня, верно? - В его голосе столько отчаяния, что это причиняет мне боль почти на физическом уровне.
– Ты сделал это, только потому, что так просила тебя твоя мама! - Я срываюсь на крик. Я хочу кричать не него, бить его, хочу его ненавидеть....
Гарри вдруг резко разворачивается, смотря на меня взглядом, переполненным ужаса.
– Что? - я встаю на ноги, глядя на него с вызовом. – Она была у меня в кафе вчера, - зелёные глаза Гарри почти выходят из орбит, - перед тем, как мне позвонила Молли... Она сказала, что некоторые люди не могут просить прощения словами, поэтому делают это поступками. Она имела ввиду тебя. Если бы она не...
– Мэй, - голос Гарри дрожит, как и руки, которыми он поправляет кудри, спадающие ему не лоб, – мама умерла три недели назад...
– Ч-что? - это как удар поддых. Не сильный – колени дрожат, но устоять можно... Кажется, весь мир ушёл из под ног. – Но она была в моём кафе... Вчера. Ты снова врёшь?..
– Это правда, Мэй, - в бой вступает Лиам. – Я был на её похоронах. Видел её...
– Но они ведь спасли её, ты ведь сделал то, что они хотели... – Из глаз потелки слёзы - это меня почему-то напугало. Вайлет была чудесной женщиной... Она сказала, что Гарри готов её потерять, когда он уже потерял её.
Мы стоим в нескольких шагах друг от друга, неотрывая взглядов. Я вижу эту боль в его зелёных глазах. Боль потери, боль разочарования, и  мне кажется, что я вижу там даже отвращение. Отвращение к самому себе.
Мои руки трясуться, из глаз не прекращают течь слёзы. Я так хочу коснуться его губ... Хотя бы на сотую долю секунды.
– Оставьте нас, - слова слетает с языка прежде, чем я могу понять о чем я вообще хочу говорить с Гарри.
Он в этот момент от чего-то напрягается, я вижу страх в его глазах, но мы все ещё смотрим друг другу в глаза.
Зейн, Лиам и Молли тихо и медленно выходят из зала, оставляя нас наедине.
Его уставшее, поникшее, но все такое же прекрасное лицо освещают языки пламени, что танцуют свой пламенный танец в камине. За окном не перестаёт лить дождь. Я даже не знаю где мы находимся...
Где-нибудь на окраине Чикаго?

– Последнее, что она сказала мне: «Свету иногда тоже нужна помощь, Гарри. Помоги ей так же, как она помогла тебе». - Он опускает взгляд на свою обувь. Гарри напоминает мне маленького потерянного мальчика, который шёл верной дорогой долгое время, но испугался потерять мать и отдал собственную душу в руки тьмы.
Я молчала, эти слова причинили мне боль. Умирая, Вайлет пыталась направить своего сына ко мне. К свету.
– Разве я чем-то помогла тебе? - он стоял там, потерянный, сломанный и нуждающийся в прощении, но разве я могла его дать? Я все ещё чувствовала боль. Он ведь не любил меня, он лишь искусно лгал.
– Ты всегда говорила, что я помог тебе чувствовать. Но смысл в том, Мэй, - Гарри поднимает потемневшие глаза на меня, - что это была ты. Ты показала мне истину чувств, истину света, истину чуда. Ты права, чудо – это все, что нас окружает. И знаешь, ты заставила меня желать, чтобы меня окружала лишь ты...
Я молчу, нервно покусывая нижнюю губу, боясь расплакаться.
– Прости меня. Прости, что пришлось сделать это, но не кривая душой, я скажу, что не сожалею о том, что обратился ко тьме. Без тьмы я бы не вышел к свету, Мэй.
Но я не выдерживаю, и из глаз снова текут предательские слёзы. Опускаю голову, не в силах больше смотреть на него.
Сердце стучит в такт его шагам, когда он приближается ко мне. Он так близко, голова идёт кругом. Его руки берут мои, и весь мир вокруг больше не важен. Мой мир – это Гарри.
– Прости меня, малышка Мэй, - он подносит мою ладонь к своим розовым и таким тёплым губам и целует каждый пальчик.
К черту все это! Я не Господь Бог, чтобы не прощать кого-то или прощать. Я всего лишь та, кто любит этого парня, а заслуживает он прощения или нет – решать не мне.
Мне решать – любить его или нет, а вся суть тут в том, что я и не переставала.
Хватаю его лицо в ладони и прижимаюсь к его тёплым губам с моим любимым вкусом ванили.
Бабочки, которые сам же Гарри и убил внутри меня, оживают новой жизнью. И мне хочется пархать вместе с ними, но вместо этого я сильнее впиваюсь в его губы.

И пусть небеса рухнут мне на голову, пусть весь мир с его проблемами подождет – я хочу целовать его всю свою жизнь, если это возможно.

★★★★★★★★★★★
Хей:) Снова я, дада
Думаю, скоро будет конец:(
Ну вот так. Через пару глав, и конечно, новые работы. И у меня есть работа, которую я пишу параллельно с этой. Прошу обратить на неё внимания, если вы любите детективы.
Надеюсь, вы в порядке. Вся любовь😍👻
Mils ❄