Глава 15
— ...В том случае, если действия Главы Совета ставят под удар общее благо Лоцманов Гильдии, Совет имеет право оспорить его решение, — один из Старших, Вейл, отвечавший сегодня за протокол и порядок встречи, закончил цитировать Кодекс и обвел взглядом присутствующих.
В полумраке Зала Собраний 39-го Причала их лица были еле различимы. Не многие рисковали смотреть в лицо Морригану. Большинство отводили взгляды. Янг молчал, и сейчас Ильс был ему за это благодарен.
— Кэп, при всём уважении, — сказал Вейл, — Твои действия в последнее время ставят всех нас под удар.
— Ситуация с нехваткой Наставников так и не разрешена, — осмелев, сказал ещё один Старший, — От очевидцев стало известно, что Конвергенция, из-за которой ты не явился на встречу Кабинета Давирэля, закончилась расколом из-за того, что ты сцепился с Норав. А сейчас, из-за твой размолвки с Регентом мы впервые за всю нашу историю стали мишенью прессы. Что дальше?
— Совет вынужден настаивать на голосовании по вопросу предоставления Сенсоров для проекта Гром, — сказал Вейл.
Ильс почувствовал, как к горлу подкатила тошнота. С тех пор, как его Вторая отбыла в анклав, он все чаще не видел смысла в еде и других обыденных действиях, но тело иногда напоминало о себе внезапной болью. Или тошнотой, как сейчас. Происходящее закономерно и естественно, напомнил он себе. Где-то на задворках памяти всплыл голос отца: "Ну и чего ты ожидал?"
— Пусть Глава Совета выскажется, — произнесла Свитана.
Глава Совета едва способен говорить, подумал Морриган, но заставил себя кивнуть ей в знак благодарности.
— У меня нет возражений. Но перед тем, как вы вынесите другое решение, я хочу кое-что вам показать, — он собрался с силами и оглядел зал, задерживая взгляд на каждом, — Совет приглашается на экскурсию в моё сознание.
Он опустил Барьер. В том, что последовало дальше, было мало приятного. Таким же беззащитным и прозрачным он чувствовал себя, впервые попав в этот Зал, когда ещё были живы Шеррель, Кира и Ларкин. Он постарался сосредоточиться на главных причинах и мотивах своих поисков, вызывая в памяти воспоминания прошедших недель.
Когда все закончилось, в Зале несколько секунд царило молчание. Потом несколько Старших заговорило одновременно. Ильс поднял руку, призывая к тишине.
— Сначала критика.
— Много подозрений и домыслов, но никакой ясности. Всё основано на догадках и снах, которые снились кучке подростков, и...равов в твоей имплантированной памяти, — наконец, подал голос Янг.
— Лоцманам, — уточнил Морриган, — Одаренным Сенсорам раванской Гильдии.
— С другой стороны, наличие угрозы несомненно, — заметил один из Старших.
— Но неизвестно точно, планируют ли они саботаж испытаний системы.
— Возможно, их намерения вовсе не враждебны? Возможно, с ними можно сотрудничать?
— Цивилизации нижних миров не знают сотрудничества, — менторским тоном произнесла Свитана, — Только завоевания или изоляцию.
— Мы будем знать верны ли мои догадки, если Лоцманы Врат Столичного округа и Северного Озиона обнаружат Посланников по Пути на Киллум и Зентан, — сказал Морриган.
Янг возразил:
— Но не наверняка.
Ильс лишь пожал плечами.
— Как вам остальная часть плана?
Казначей и здесь нашёл, что сказать.
— Ты слишком много надежд возлагаешь на этих детей. Их союз ещё не достаточно испытан Бездной.
— Возможно, мы скоро найдём потерянную практику Связи. Напомню, что только четыре мира Кольца не признают необходимость её восстановления. Остальные намерены искать её в Архивах. Нас поддерживают Гильдии Триумвирата.
Янг и ещё несколько присутствующих недоверчиво покачали головами.
— Скоро — это не срок, Морриган. Слишком мало конкретики.
Вейл вновь подал голос:
— Я правильно понял, Кэп, что у тебя на самом деле есть Сенсоры для Давирэля?
Морриган прикрыл веки, под которыми кто-то, казалось, рассыпал толчёное стекло. Плохо, если даже Старшим Совета приходится объяснять очевидное.
— Нет. Это Сенсоры не для Давирэля. Это группа талантливых юнг, которые помогут Гильдии остановить саботаж систем, при условии своего добровольного согласия. Только тогда мы представим дело так, как будто мы согласны дать ему Сенсоров.
— Но вначале нам нужно знать наверняка, отправились ли Посланники на Киллум и Зентан, — вновь пришла на помощь куратор Наставников.
Морриган кивнул.
— До того, как мы будем уверены, нечего даже посвещать их в это. Они ещё даже не выпускники. Обычные дети.
Вейл вновь привлёк всеобщее внимание:
— Кто за то, чтобы уступить требованию Регента уже сейчас? Напоминаю, Совет находится под давлением. Каждый из нас сейчас потенциальная мишень.
Шестеро человек подняли руки почти немедленно.
— Кто за то, чтобы последовать плану Морригана?
После шумных уточнений и обсуждений, руку подняли ещё шестеро. Наконец, медленно, как будто нехотя, к ним присоединился Казначей. Ильс с облегчением выдохнул. Плюс один голос в его пользу.
— Большинством голосов Совет поддерживает твой план, Кэп, но ставит тебе временные рамки. У тебя всего две недели.
***
Когда они вышли из зала Совета, Янг оглядел его с ног до головы с явным неодобрением.
— Все проходят через трудные времена, Морриган. Но ты возглавляешь Гильдию, а похож на бездомных, болтающихся у Причалов. И у тебя взгляд больной собаки. Сделай с этим что-нибудь.
Ильс отмахнуся от его слов. Меньше всего его сейчас волновал собственный внешний вид.
— Почему ты проголосовал "за"?
Синие глаза Янга потемнели, а линии рта стали жёстче.
— Потому что и я вижу сны, — сказал Казначей, — Только мне снится не снег. Снится, что все мы на корабле во время морского шторма. Мы тонем и нас вот-вот накроет ледяными волнами.
Он вновь смерил Ильса критическим вглядом и растворился в полумраке 39-го Причала. Морриган вышел наружу, в капризную ниярскую зиму, вновь поменявшую снег на оттепель и слякоть. Промозглая сырость проникала под одежду и пробирала до костей. "Однажды я cдохну такой зимой," — сказал один из голосов в его памяти. Забавно, что Янг сравнил его именно с бездомным. Именно таким он себя и чувствовал — с тех пор, как его Вторая отбыла в Анклав, — на время, она уверяла, что только на время, — его собственный дом казался ему пустым и безжизненным.
Нет, сейчас ему совсем не хотелось домой, хотя там ожидало море работы, а времени на все было катастрофически мало. Он свернул на знакомую улицу, к старому дому Ма Шеррель. Ильс, хранивший воспоминания предыдущего Главы Совета Теора Шерреля был дорог ей, как воплощенная память о сыне. Сейчас ему как никогда было нужно её присутствие. Тепло настоящего дома.
Он застал обычно жизнерадостную и приветливую женщину на кухне с листком бумаги в руках. Еда, варившаяся на плите, уже слишком давно перешла в стадию жарки, но Ма Шеррель в оцепенении не замечала запаха горелого. Конверт, который лежал на столе, был отмечен печатью ниярского муниципалитета и Внутреннего Ведомства.
— Мори, сделай что-нибудь, — сказала она со слезами на глазах, — Они не могут отнять у меня последнее!
Он взял листок у неё из рук и пробежал по тексту глазами:
"Настоящим уведомляем вас, что ваш дом является частью колониальной застройки, и попадает под Программу замены жилого фонда. Программа предоставит вам новое жилье в современном районе Нияра, либо любом другом городе Столичного Округа. Вы располагаете 15-ю стандартными днями для сборов и улаживания дел с момента получения данного уведомления..."
— "В случае сопротивлению решению муниципалитета", — он вслух прочитал последнюю фразу, — "Силы Гвардии Регента проведут принудительное переселение".
— Они не могут, Мори! Это мой дом, в котором росли мои дети, — она с надеждой посмотрела ему в лицо, — Ты сможешь помочь? У тебя ведь есть связи!
Ильс покачал головой, пытаясь проглотить ком в горле. Хриплым, надтреснутым голосом он прошептал:
— Я не знаю.
https://youtu.be/IIkynbL3brQ