Hāre Vōres
Я уже два дня в Гавани, и хочу поскорее вернуться домой. Не вижу смысла оставаться здесь. Я бы пошла в Драконье Логово, но после последнего унижения желание как-то отпало.
Дядя Эймонд такой жестокий и грубый, а дядя Дейрон лицемер. Если говорить об остальной части родственников, которых я изучала во время совместной трапезы, то кузина Джехейра странная, как и тётя Хелейна. Дядя Эйгон вечно пьяный, а королева Алисента всегда чем-то недовольна. Особенно ненавистно она смотрит на меня, когда дедушка говорит о моём сходстве с бабушкой Эммой. В общем, все новые родственники мне не понравились.
Вдруг дверь покои открылась, ишёл Эйгон.
-Что делает наш "маленький ангел"? - насмешливо проговорил он, подходя ближе ко мне.
-Хватит, Эйгон, это смущает. Ты уже целый день издеваешься надо мной. Скажи лучше, у меня слюни не текли, пока я спала там? - покраснев, спросила я.
Зато ты стала звездой этого бала, все обсуждают особую любовь дедушки к тебе. Не думаю, что кому-то было дело до твоих слюней. Разве это не хорошо? - удивился Эйгон.
-Да, но эти взгляды, особенно со стороны королевы, смущают. Забудь про них. Главное, что
думает король.
-Может, ты и прав, - вздохнула я.
-Конечно, я прав, как всегда. Пошли на прогуляемся , я ещё не был в богороще.
Мы пришли к богороще и лежали там, обсуждая разное. Вдруг мне захотелось лимонных пирожных.
-Эйгон, я пойду на королевскую кухню, принесу пирожных.
- Валяй, и принеси мне клубничных.
Когда я только выходила из богорощи, с другой стороны колонны я увидела знакомое лицо. Это, кажется, Мирцелла. Она стояла и что-то увлечённо рассказывала девушкам рядом с ней. Я хотела незаметно пройти мимо, как вдруг услышала своё имя.
Эта принцесса слишком высокомерная и заносчивая. Мы одного возраста, а ведёт себя так, будто считает себя выше всех. А принцесса Джехейра невероятно глупа, и, кажется, чем-то болеет с мозгами не в порядке, девочки рядом засмеялась,
Ну и ну, не зря она мне с самого начала не понравилась. Какая лицемерка! И как Джехейра с ней дружит, не замечая этого лицемерия?
Я уже хотела уйти, как вдруг услышала имя отца.
Эта принцесса Висенья точно дочь своего отца, Деймона Таргариена. Говорят, он из Шёлковой улицы не выходил в своё время. Интересно, его дочь тоже в его вкусе? У Таргариенов это нормально, но если я войду в их семью, став королевой, я запрещу кровосмесительные браки и вышлю принцесс на Север, - сказала она мерзким тоном. Это стало последней каплей.
Я вышла из-за колонны. Девочки рядом с ней стушевались, но Мирцелла продолжала говорить гадости. Я схватила её за волосы и оттянула вниз
— Что ты посмела сказать про моего отца? И что ты сделаешь со мной и Джехейрой? Да кто ты вообще такая? — я повалила её на землю, села сверху и начала бить её голову о землю. Она вырывалась, кричала и пыталась поцарапать мне лицо.
На крики прибежал Эйгон.
— Висенья, хватит! Что ты творишь?! — Эйгон схватил меня за руки и оттащил, прижав меня к себе.
— Я... она... — пыталась оправдаться я.
Вдруг прибежали стражники. Видимо, её подружки сразу побежали за ними. Мирцелла уже хотела накинуться на меня, но её схватили, а меня держал Эйгон.
Нас привели к королю. Дед выглядел недовольным, рядом стояли королева и несколько Ланнистеров.
— Висенья, объясни, что произошло, с самого начала, — спокойно начал король.
— Я и Эйгон были в богороще, а потом мне захотелось лимонных пирожных. Когда я шла обратно, я услышала, как девочки говорили о моей кузине Джехейре и обо мне. Она сказала, что выйдет замуж за принца, станет королевой и сошлёт нас на Север. А ещё она назвала Джехейру больной и странной. Я просто не хотела, чтобы наш дом унижали.
— Леди Ланнистер, какая у вас версия? — уже более строго спросил дед
— Я просто размышляла о людях во дворце и не имела в виду ничего плохого. Каждая девочка мечтает стать королевой. Я лишь хотела сказать, что по вере Семерых кровосмесительные браки неправильны. Я хотела, чтобы принцессы нашли своё счастье, даже если это будет на Севере. Но принцесса, не разобравшись, начала меня избивать, — произнесла Мирцелла.
В зал вошли мои родители, и я заметила ехидную улыбку на лице отца.
— Висенья, дорогая, что случилось?! — взволнованно подбежала ко мне мама.
— Ваша дочь, принцесса Висенья, избила нашу дочь, — осуждающе произнёс Джейсон Ланнистер.
— Нет, я... — хотела бы я объяснить, но мама быстро перебила меня.
— Моя дочь не стала бы просто так нападать на вашу! — сразу встала на защиту мама.
— Ваше Величество, разве наше королевство не основано на взаимном уважении домов? Сейчас ваша внучка избила нашу дочь. Она должна понести наказание, — провоцировал Ланнистер
—Я выслушал обе стороны. Хочу сказать, что леди Мирцелле не стоило так грубо и двусмысленно рассуждать о правящей семье, —король посмотрел на Ланнистеров. —Моя внучка поступила опрометчиво, избив леди Мирцеллу. Однако не стоит забывать, что они всего лишь дети. Через пять дней они извинятся друг перед другом на банкете. Её Величество устроит небольшой приём в честь примирения.
Спальня короля и королевы. Два часа спустя.
— Визерис, тебе стоило наказать их, а не заставлять просто просить прощения! Одна избила девочку, другая оскорбила нашу бедную Джехейру, — королева продолжала негодовать из-за драки.
— Дорогая, они всего лишь дети, не стоит так строго к ним относиться.
— Висенья — дочь Деймона, это не просто детская драка. Её характер будет становиться только хуже по мере взросления. Её нужно строже воспитывать. Как она будет в браке?!
— Алисента, она всего лишь ребёнок. Вырастет и будет спокойнее. Закрой эту тему, — Визерис уже не выдержал.
— Ты даже ангелом её назвал, а она вот так поступает с твоим подарком, сразу подралась. Почему ты не называл нашу Хелейну или Джехейру? Разве только кровь Эйммы достойна от тебя ласковых слов?! — Алисента вскрикнула, и Визерис громко постучал тростью по полу, прервав её.
— Хватит, Алисента. Если ещё раз будешь так пренебрежительно относиться к моей дочери и её детям, можешь больше не приходить на собрания малого совета. Фаворитизм мне там не нужен, — сказал король, после чего покинул покои.
Алисента просто села на пол, обдумывая слова Визериса.
POV Висенья
Я была в комнате родителей, и меня осмотрел мейстер.
— Принцесса Висенья не пострадала, это лишь царапинки, ваше высочество, — заключил мейстер.
— Хорошо, спасибо, мейстер Ормунд, — ответила мать.
Висенья в это время сидела и размышляла, почему она должна извиняться, и никак не могла найти ответа.
— Мама, мне не за что извиняться. Она назвала отца лордом Блошиного Конца, меня — высокомерной, Джехейру — больной, а ещё сказала, что если выйдет замуж за одного из принцев, то запретит браки в семье и отправит нас на Север, — красная от стыда Висенья пыталась донести до матери всё, как было.
— Я верю, Висенья, но Ланнистеры ни за что не отступят. Попросите друг у друга прощения и закончим эту тему, — усталым голосом сказала мать.
— Хорошо, мама, — ответила я, хотя в душе хотела снова ударить её. Нужно было сильнее.
Затем я вошла в комнату и увидела целую орду братьев. Все смотрели на меня, будто я пришелец. Это были Джекейрис, Джофри и Эйгон.
— Сенья! Как ты? Я слышал, ты здорово наваляла девочке Ланнистеру. Как тебе твоя первая драка? — с восхищением спросил Джоф.
— Всё было хорошо, но нужно было её сильнее побить, — эти слова очень рассмешили Джофа.
— В следующий раз, когда будешь драться, позови меня, я всем наваляю!
— Конечно, силач принц Джофри всем покажет, — подхватила я его настрой, и мы вместе весело смеялись. В это время на нас серьёзно смотрел Джейк.
— Сенья, ты могла серьёзно пострадать. Не стоит идти на провокации только из-за слов, — поучительно говорил Джекейрис.
— Да-да, как всегда мудрый брат Джекейрис, — вздохнула я, присев на кровать.
— И ещё постоянно с кислой миной, — не успокаивался Джоф, а я снова взорвалась от смеха.
— Висенья, ты правда действовала неосторожно. Если бы не я, ты бы её избила, и это бы не решилось так просто, — серьёзно отчитывал меня Эйгон.
— Тебе нельзя долго быть с Джейсом, он плохо на тебя влияет, — начала я монотонным голосом.
— Да, они стали одинаково упрекать, прямо как старики, — подхватил мой настрой Джоф.
В ответ на это Джекейрис и Эйгон бросили в нас подушки, а мы — в них. Так мы и дрались. Если в меня они бросали осторожно, боясь поранить, то Джофри досталось несладко. В конце мы все успокоились и устало лежали в разных углах комнаты, кто где упал.
—Все вставайте, мне нужен покой! Нужно репетировать извинение перед Ланнистерами, — сказала я и выгнала их из комнаты.