Стражи Миров. Коллизия

Под ногами чавкала мутная вода. Высокая тонкая трава щекотала и иногда резала голые руки, заставляя шипеть и тихо ругаться сквозь стиснутые зубы. И ведь даже куртку не накинешь: здесь стоял такой зной, что дышать нечем было. Особенно после стычки с зарканами – ещё одними тварями разломов, которые повадились по ночами забегать за скотом и иногда людьми в деревню, что расположилась на холмах недалеко от этого болотистого поля. 

—...Нет, ну вы представьте себе! Сказать ТАКОЕ да ещё и МНЕ! — возмущалась Вазилика, вместе с близняшками оттягивая убитые нами тушки зарканов на более-менее сухие кочки или холмики. — Просто чудо, что я сдержалась и не отрезала ему язык! А надо было! Засушила бы, сделала бы зелье и заставила бы выпить! Глядишь, может поумней да поласковей бы стал... А то, видите ли, у Аюнки ноги стройней! Кретин!..

Устав слушать, как мрачная сегодня Вазилика уже по третьему кругу костерит какого-то неизвестного мне Дута, я помогла дотащить последнего заркана и решив, что дальше девушки справятся без меня, пошла к флаю. На его крыле уже сидела Ида. После сегодняшней ночи мы с ней с самого утра и словом не перекинулись. 

— Ох и душно здесь, правда? — начала я для приличия, не зная, как ещё завязать разговор, и села рядом с девушкой.

Только Стражница была сегодня, как и Вазилика, абсолютно не в духе и плевать хотела на приличия.

— Чего надо, Кейт? — грубо спросила она, лениво окидывая взглядом поле и кромку леса вдалеке.

— Помощь, — честно ответила. Увидев, как она раздражённо прищурилась, вздохнула: — Или хотя бы объяснения. 

— Какие ещё объяснения? — усмехнулась Ида. 

— Я вообще ничего не понимаю. Что со мной происходит, как это происходит, почему... Платиция... ну, симайя, что передала мне дар... ничего толком не объяснила, сказала только, что чтобы поколдовать, мне нужно всего лишь сильно-сильно пожелать и... 

Я не договорила: меня перебила Ида. Она громко расхохоталась, да так, что рядом из травы испуганно вспорхнула небольшая стая птиц, а бродивший недалеко Уран, что только собирал какие-то травки и нам сегодня абсолютно не помогал, удивленно-заинтересованно обернулся. А вот Вазилика, Миа и Одет и головы не повернули: они с руганью пытались поджечь тушки зарканов и им сейчас было совсем не до хохочущей Иды. 

— Да-а-а... — протянула девушка, когда немного успокоилась и когда я уже нахмурилась и помрачнела дальше некуда. — Такого я ещё не слышала... Сильно-сильно пожелать! Вот умора... Впрочем, наталкивает на мысли... 

— Что же, магия работает не так? — буркнула, раздражённо убрав прядь волос, что щекотала лицо. 

— Совсем не так! — произнесла девушка уже без улыбки. — Я же говорила ночью, что я училась с самого детства, и училась по книгам. Просто «по желанию» не выйдет. Вернее, выйдет, но это... хм... опасно. 

— Чем это опасно? — похолодела, суматошно подсчитывая, сколько раз я уже так колдовала «по желанию». 

— Магия не появляется из неоткуда. Симайи черпают её из окружающей среди, она есть даже в том же воздухе. Но когда это по каким-то причинам невозможно, можно брать её из «себя». То есть ты тратишь свою внутреннюю энергию. Теперь не нужно объяснять, почему «по желанию» опасно? — Ида бросила на меня ироничный взгляд.

Я только мрачно кивнула, прислушиваясь к себе и пытаясь понять, всё ли в порядке с моим внутренним состоянием.

— Только есть небольшое исключение, — неожиданно продолжила Стражница. — Ты же в курсе, что магия симай разная?

— Э-эм... Светлая и тёмная? — уже не совсем уверенно протянула.

— Всевышний, что за бред?! — вновь захохотала девушка. — Кто сказал тебе такую чушь?..

У меня окончательно закрепилось чувство, что меня или облапошили, или разыграли. По всему выходило, что наше представления о симайях вообще неверные...

— Хотя я догадываюсь, откуда у вас такие предположения... — успокоившись, задумчиво прищурилась девушка. — Из-за проклятий и цвета волос, верно? Что ж... Это близко к правде, но неверно. Все симайи... точнее дети от симай рождаются светловолосыми, иногда бывают рыжие... А есть и брюнетки. Ими обычно становятся те, кто практикует проклятия. Чем оно сильнее, тем темнее цвет волос. У тех, кто кого-то убил, они смоляные. Впрочем, у таких цвет постепенно переходит от светлого к тёмному, а есть те, кто сразу с рождения или с обретением дара получает чёрные волосы. Это симайи смерти и симайи боли... Жуткие женщины, бр-р!.. 

— Симайи смерти?.. — пробормотала озадаченно, ошарашенная новой информацией. 

— Да. И именно так отличаются симайи, а не делятся на тёмных и светлых. У каждого своя... ну, можно сказать «специализация». Симайи смерти, симайи жизни, симайи сна... Стихийницы: симайи огня, воздуха, воды, земли... 

— Погоди... Ты рассказала о детях симай. А как же те, кто раньше не имел к магии никакого отношения? Ну, то есть я. Почему у меня изменился цвет волос? 

— Шерх его знает, — пожала плечами Ида. — Возможно, это просто прихоть дара. Или же таким способом показывается, в какой области у тебя магия. Даже оттенки играют роль. Симайи огня или земли обычно или рыжие, или блондинки с золотистым оттенком. А вот воды или воздуха с холодным и так далее... Короче, тебя, можно так сказать, пометили. 

— Понятно... — задумчиво буркнула, а потом бросила заинтересованный взгляд на волосы Иды. — А... Если ты тёмная, то... 

— Нет. Я крашенная, — помрачнела девушка. — А естественный цвет – рыжий. Мать была симаей огня. 

— Оу... — только и выдала, не зная, что сказать. 

Мы замолчали. Тушки зарканов, которые девушкам всё же удалось поджечь, уже догорали; Уран лазил по полю вдалеке. 

— Но какая же я тогда симайя... — задумавшись, пробормотала через некоторое время. 

Ида рядом вдруг заерзала. Я бросила на неё осторожный взгляд. Девушка на меня не смотрела, но выглядела так, словно хочет что-то сказать и одновременно не хочет.

— У меня есть догадка, — наконец выдохнула она недовольно. — Но я хочу убедиться, поэтому спрашиваю: что ты делала сегодня ночью? На что так выложилась?

— Я... — я запнулась, смутившись. Собралась с мыслями и рассказала без подробностей: — Я не понимаю, как это случилось... Но я просто думала, а потом сильно захотела высказать ему всё и... по зеркалу пошла рябь и я увидела его. Мы поговорили, а потом мне стало плохо и...

Стражница хмыкнула.

— Я поняла, — она наконец впервые за разговор посмотрела на меня. — Судя по всему, ты – симайя желания. Они и есть то самое исключение, про которое я говорила. Таким не опасно брать магию из «себя». И это объясняет, почему Платиция, или как там её, посоветовала тебе «сильно-сильно захотеть»!.. И почему дар реагирует на твои мимолетные прихоти. 

— Симайя желания?! — удивлённо повторила и недоверчиво покосилась на свои ноги. 

Ида правильно поняла мой осмотр тела. 

— Да не в сексуальном смысле! — закатила она глаза. — Желания – это прихоти, хотелки... Мечты. Причём не твои. Понятно, что в первую очередь ты будешь исполнять свои желания, но дар такой симайи заключается в том, чтобы чувствовать желания других и помогать в их осуществлении. 

Я ошеломленно моргнула, а потом гневно выдохнула:

— Да я что – граллова фея-крестная?! 

Ида на это только улыбнулась и пожала плечами. Видимо, своим видом я подняла ей настроение. 

Спрыгнув с крыла флая, раздражённо ногой топнула по траве. Захлюпала по воде туда-сюда, бормоча под нос ругательства. Что за дар такой?! То, что я исполняю свои «хотелки», как выразилась Ида, это отлично. Здорово! Но какого гралла я должна осуществлять мечты других?! Мне что же, делать больше нечего? Да и какой толк мне от этого? Впрочем... 

Я замерла, задумчиво прищурившись, и тяжело вздохнула. Стоун, как не прискорбно признавать, был прав в двух вещах: я – истеричка, потому что не разобравшись сразу психую, но так же я ещё и меркантильна. Потому что выгоду от такого дара действительно увидела. Обернувшись к Иде, что довольно до этого наблюдала за моими раздраженными метаниями, я улыбнулась. 

— Идочка, а давай заключим сделку? 

Безмятежность тут же исчезла с лица девушки. Стражница подобралась, нахмурилась и серьёзно окинула меня взглядом. 

— И в чём же она заключается? 

— В том, что ты обучишь меня, поможешь с магией. А я взамен исполню твоё желание. И я не поверю, что у тебя его нет, — поспешно выдала, увидев как она раздраженно прищурилась и открыла рот. 

Закрыв его и поджав губы, Ида задумалась, внимательно разглядывая меня, словно пытаясь понять, точно я ли смогу исполнить её «заветное желание». И когда я уже подумала, что она сейчас пошлёт меня в далёкие дали, Стражница внезапно спрыгнула с крыла и близко подошла ко мне. 

— Я хочу слинять отсюда, — тихо и напряженно произнесла она, смотря прямо мне в глаза. — Ты просто представить не можешь, как мне осточертела эта отсталая планета. Поскольку ты из Союза, думаю, ты сможешь помочь мне обустроиться в нем. 

Сначала удивлённо подняв брови, я через миг уже довольно улыбнулась. Дело – проще некуда!

— По рукам! — протянув ладонь и дождавшись, когда Ида крепко пожмет её, я тут же уточнила: — Сначала обучение, а потом – хоть на край света! 

Стражница только понятливо усмехнулась. С магией мне будет не страшен никто, даже Стоун, поэтому и помочь девушке попасть в Союз будет легко. 

— А чего это вы здесь делаете? — вдруг подозрительно спросила за спиной Вазилика. 

— Да просто болтаем! — обернулась к ней и близняшкам, что замерли рядом. Уран тоже шёл к флаю. — Ну, что? Сожгли этих тварей? 

— Да, даже пепла не осталось. Полетели уже домой, у меня ещё вечером дела... 

Да уже знали мы, какие у неё дела! Дутом называются. 

— А мне срочно помыться надо! — заныла одна из близняшек и брезгливо вытянула руку. — Один из зарканов меня лизнул!.. 

Когда мы забрались во флай и уже готовились ко взлёту, Уран, которого мы только и дожидались, с травами наперевес плюхнулся в кресло и неожиданно спокойно произнёс:

— Не торопитесь, девушки. У нас на ужин ничего нет, и в холодильнике пусто. Нужно в деревню залететь: уверен, жители, после того, как вы расправились с зарканами, отблагодарят вас и дадут каких-то продуктов. И нам с Кейтелин нужно кое-куда сходить. 

Я только удивлённо подняла брови, но спрашивать не стала. Надо так надо. Девушки тоже не спорили и Миа, что сегодня была за рулём, молча взлетела, держа курс на деревню, где мы оказались через каких-то десять минут. 

***

— Уран... Куда мы идём? И зачем? 

Послушно ступая за стариком, я всё больше мрачнела и всё чаще оглядывалась назад, туда, где за старыми садами осталась деревня, а в ней – остальные Стражницы. Мы с Ураном шли по едва заметной тропе, что петляла между холмами и спускалась в долину прямиком к заброшенной церкви, за которой раскинулся мрачный хвойный лес. 

— Скоро всё узнаешь.

Уран шагал очень уверенно. Смотря, как колыхается его длинная седая коса за спиной, я только вздохнула и решила довериться мужчине. Ведь не спасал же он меня, чтобы теперь принести в жертву в заброшенной церкви, верно?..

Здание из темного камня было очень старым и кое-где разрушенным от времени; по стенам вился плющ, на дырявой крыше рос мох и лежали старые гнилые листья; парадные деревянные двери, очень большие и высокие, были приоткрыты и чуть поскрипывали на сквозняке. Жуткое место, но Уран без колебаний поднялся по покрошенным ступенькам и вошёл в церковь. И даже не вздрогнул, когда потревоженные птицы вспорхнули где-то под крышей и вылетели через дыру в ней. Поежившись и передернув плечами, я скользнула за двери вслед за ним. И только внутри поняла наконец, что именно это за церковь – церковь Всезнающего Оракула. 

Внутри было ещё страшней. Сырость, сквозняк, грязь... Под ногами хрустели старые листья и стекло разбитых витражей. Здесь было пусто: ни мебели, ни каких-либо тряпок, ни даже захудалой лавки. Церковной утвари тем более. Но Урана это нисколько не трогало: он невозмутимо прошел в другой конец главного зала церкви, где в стене параллельно входу был большой круглый витраж, поднялся на каменный помост и замер рядом с каким-то сооружением. Это был высокий каменный постамент цилиндричной формы, но вместо ровной поверхности он имел круглое отполированное углубление, словно чаша.

Остановившись недалеко от него, я молча наблюдала, как Уран складает собранные им сегодня травы в эту чашу. Некоторые он перетирал ладонями, некоторые крупно рвал, некоторые просто клал. Когда с этим было покончено, старик достал из кармашка небольшой бутылек и чудными движениями вылил её масляное содержимое на травы. 

«Салат он, что ли, готовит...» 

Но следующим, что он достал, был нож. Увидев, как блеснуло лезвие, я инстинктивно сделала шаг назад. Но Уран полоснул им себя: из разрезаной ладони, которую он сжал в кулак, заструилась кровь. Окропив ею травы, мужчина закрыл глаза и шепнул:

— Аэнимо!

И я вздрогнула, когда из чаши полыхнул огонь. Искры довольно высоко поднялись вверх, освещая голые стены заброшенной церкви. Чувствуя, как душа трепещет где-то в пятках, по коже бегают мурашки, а волосы на затылке шевелятся от священного ужаса, я не двигаясь смотрела на огонь. От него исходила сила и чувствовалось что-то потустороннее и пугающее. Особенно страшно стало, когда Уран гортанно запел на совершенно неизвестном языке. Я знала семь языков на уровне носителя, ещё пятнадцать сносно понимала, некоторые малоизвестные и древние могла иногда узнавать(и это всё должен уметь каждый Страж!), но этот язык я совершенно точно никогда не слышала. И это отчего-то нагнетало и так жуткую обстановку. 

Подняв руки вверх, Уран допел то ли молитву, то заклинание, и затих, не шевелясь и даже, кажется, не дыша. Старик как будто находился в трансе. 

«Он с кем-то общается!» — вдруг поняла я. 

Через некоторое время в наступившей тишине, где только потрескивал огонь, вздох Урана показался оглушающим. Он открыл глаза и опустил руки, а меня внезапно отпустил страх: в огне больше не чувствовалась потусторонняя сила. Обычное пламя. 

— Кейтелин, ты помнишь, что сегодня за день? — смотря на постепенно затихающий огонь спросил Уран, заложив руки за спину.

— Да, — протяжно вздохнула. Стоило только увидеть эту церковь, я сразу начала догадываться, что неспроста мы пришли сюда именно сегодня. — Ровно двенадцать лет меня забрали с Земли и я стала Стражем. 

Уран склонил голову. 

— Пришло время тебе всё рассказать... — старик обернулся ко мне и тяжело вздохнул. — Что ж… На самом деле я не капитан команды Стражниц. Меня приставил к ней…Оракул. Я – его Жрец. Двадцать два года назад он мне рассказал о тебе и поручил присматривать… А вот неделю назад – забрать сюда. И всё это не просто так: у Оракула для тебя есть особое задание.