11 глава. Конец
Ночь финала. Воздух на старой промышленной эстакаде дрожал от предвкушения. Это был не просто заезд — это был вызов всему, что их сдерживало. Родители в тот вечер разъехались по своим делам: мать Мирэ улетела в очередной рейс, отец Чонвона заперся в кабинете с апелляциями.
Чонвон сидел в салоне, его пальцы в кожаных перчатках до белизны сжимали руль. Рядом Мирэ проверяла маршрут на планшете.
— Готов, «святой» Чонвон? — она бросила на него дерзкий взгляд. — Сегодня на кону не только репутация. Сегодня мы либо свободны, либо нас поймают и запрут в золотые клетки до конца жизни.
— Свобода звучит лучше, — Чонвон коротко кивнул, его челюсть была плотно сжата. Он завел мотор, и синий зверь отозвался яростным рыком.
Флаг упал. Машина рванула, оставляя на асфальте выжженные следы. В зеркале заднего вида мелькали фары конкурентов, но Чонвон не смотрел назад. Он видел только узкую полосу дороги и неон, сливающийся в сплошные линии.
— Впереди патруль! — Мирэ резко выпрямилась, заметив синие огни на развязке. — Они перекрыли основной выезд. Чонвон, тормози!
— Нет, — отрезал он, и в его голосе не осталось и следа прилежного ученика. — Мы не будем тормозить. Мирэ, держись.
Он резко вывернул руль, направляя машину прямо через газон к технической эстакаде, которая вела в обход поста. Машину подбросило, подвеска взмолилась о пощаде, но Чонвон лишь сильнее вдавил газ.
— Двойная сплошная! — выкрикнула Мирэ, когда они вылетели на встречную полосу, чтобы обойти затор из фур. — Ты с ума сошел, нас лишат прав раньше, чем мы доедем до финиша!
— У меня нет прав, Мирэ! У меня есть только эта скорость и ты рядом! — Чонвон дерзко рассмеялся, маневрируя между огромными грузовиками.
Пули снова засвистели в воздухе — те самые преследователи из порта не оставили попыток поквитаться. Один из внедорожников поравнялся с ними, пытаясь вытолкнуть синий спорткар в кювет.
— Твоя очередь, Мирэ! — крикнул Чонвон, удерживая машину на трассе. — Сделай так, чтобы они отстали!
Мирэ не растерялась. Она выхватила из бардачка тяжелый огнетушитель и, наполовину высунувшись из окна навстречу ледяному ветру, выдернула чеку. Белое облако пены мгновенно ослепило водителя внедорожника. Машину преследователей занесло, она врезалась в отбойник, осыпая дорогу искрами.
— Ха! — Мирэ запрыгнула обратно в салон, её глаза горели триумфом. — Как тебе такое, господин адвокат?
Чонвон на мгновение отвлекся от дороги и посмотрел на неё. В этом взгляде было всё: восхищение, страсть и признание. Он резко переключил передачу, и они вылетели на пустой участок шоссе, уходящий в рассвет.
Они затормозили на обрыве, когда небо только начало окрашиваться в розовый. Чонвон заглушил двигатель. Тишина после гонки оглушала.
Он достал пачку сигарет, прикурил и, затянувшись, передал её Мирэ. Они стояли у капота, глядя на просыпающийся Сеул, который скоро снова заставит их надеть маски.
— Родители будут искать нас через час, — тихо сказала Мирэ, чувствуя холод утреннего ветра.
— Пусть ищут, — Чонвон повернулся к ней, сокращая расстояние. Он взял её за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. — Завтра в школе я снова буду идеальным сыном, а ты — любопытной отличницей. Но каждую ночь мы будем пересекать их чертову двойную сплошную. Вместе.
Он медленно наклонился и коснулся её губ — поцелуй на вкус был как дым, адреналин и долгожданная свобода.
— Мы никогда не будем такими, как они, — прошептала Мирэ ему в губы.
— Никогда, — пообещал Чонвон, прижимая её к себе.
Солнце взошло, освещая синий спорткар с разбитым зеркалом и двоих подростков, которые только что выиграли самую главную гонку в своей жизни — гонку за право быть собой.
Конец.