Связаны Неприязнью

На утро я проснулась всё так же рано, и первым делом, что я увидела, это то, как Минхо и какой-то блондин, его вроде зовут Бен, собирались побежать в лабиринт. По-моему, они ждали, когда откроются врата лабиринта. Я пошла умываться. Пока я шла, меня увидел Ньют. Он подбежал ко мне и сказал:

— Ты всегда рано просыпаешься, хотя не так и рано засыпаешь. Почему?

— Если б сама знала... — пробормотав, я умывалась.

— А-а, ну понятно, — бросил он.

Умывшись, я произнесла:

— Ньют, я бы хотела тебе кое-что рассказать. Я вспомнила частичку своего прошлого.

— Что? — в шоке, стояв, спросил он.

— Недавно мне снился сон с моей близкой подругой. Точнее, я её вспомнила.

— Расскажи мне всё подробнее, Хари, — сказал Ньют.

— Во сне у меня было моё прошлое. Все прошлые времена, которые я проводила с Соней и Арисом, — рассказывала я ему.

— А кто они тебе? Ты помнишь? — Ньют.

— Я не знаю, как мы познакомились, как мы стали столь близки. Но помню одно: что они мне очень дороги, я так сильно скучаю по ним, — ответила я.

— Хорошо, а больше ничего не помнишь? — вопросительно посмотрел он на меня.

Подумав, рассказать ли ему сон с отцом, я решила, что не стоит.

— Нет, больше ничего, — бросила я неуверенно.

— Если ещё что-то приснится, ты можешь мне довериться, — сказал Ньют.

— Хорошо, но, пожалуйста, не говори никому. Я не хочу, чтобы кто-либо, кроме тебя, знал, что я по кому-то скучаю, — попросила я его.

— Да, конечно, Хари, — говорил он, пока к нам не пришёл Минхо. Я даже не заметила, что он сюда шёл.

— Что «конечно»? Чё она тебе говорила? — резко произнёс брюнет.

— Да ничего тако... — говорил Ньют, пока я его не перебила:

— Не твоего ума дела, если, конечно, он у тебя есть, — смотря на него, воскликнула я.

Он смотрел на нас и неожиданно произнёс:

— Ньют, ты знаешь её парня? Кто он?

Ньют удивлённо посмотрев, хотел что-то сказать, но я снова же перебила его:

— Да, он знает. Я рассказывала ему, как обнималась со своим любимым, говорила, какой он милый, как его целовала, когда я ночью ушла с леса, — мигнув уверенно, продолжала, пока тот не взял меня за плечи. Я не ожидала, поэтому, застыв, смотрела на него.

— Кто он? Кто этот чёртов мудак? — повторил он.

Ньют смотрел на нас с удивлением, будто смотрел кино. Я резко отдёрнулась от него и сделала шаг назад. Он всё ещё смотрел на меня, всё ещё ожидая ответа.

— Ну? Кто он?! — воскликнул он.

Врата лабиринта открылись, и к нам подбежал Бен.

— Привет, новенькая, пошли, Минхо, — сказал Бен.

— А, да, привет, — быстро ответив, ушла с Ньютом на кухню.

Минхо смотрел на нас и, наконец, ушёл с Беном. Мы зашли на кухню, там никого не было. Сев за стол, Ньют спросил у меня странный вопрос:

— У тебя реально есть парень?

— Конечно нет, — уверенно произнесла я.

— Тогда о чём говорит Минхо? — Ньют.

— Я ему наврала, что он есть, потому что до жути бесит. Думала, может, он тогда отстанет. Но нет.

— Хочешь вывести его на ревность? — Ньют.

— Что?! Нет, конечно. Зачем мне это? Я же говорю: я думала, он узнает об этом и отстанет.

— Но получилось наоборот, — сказал Ньют.

— Ага... — медленно проговорила я.

— Знаешь, мне кажется, он испытывает к тебе смешанные чувства. То ревнует, то ненавидит, то придирается, — сказал Ньют.

— Да потому что он еблан, который сам себя не может понять, — сказав, я задумалась. Ведь я тоже не могу понять, кто я. Зачем я скучаю по Соне и Арису, если я не знаю, кем они мне были, кроме того, что знаю: они мне дороги... Но хотя бы в отличие от него я знала, что испытываю к нему. Ненависть. Я испытывала к Минхо ненависть, злость.

На кухню зашёл Фрай, и мы с ним поздоровались. Сегодня весь день мы работали, и было как обычно. Но я всё ещё думала о своём отце, Соне и Арисе.

— Ужин —

Мы собирались на ужин. Заходя на кухню, меня сзади кто-то проговорил: «Я узнаю, кто он. И выбью ему ебало», — и быстро отстранился. Это был, конечно же, Минхо. Я тоже, не стоя на месте, быстро ушла и села за стол с Ньютом и Чаком. Они о чём-то болтали, к нам подсел Минхо. Именно рядом со мной, и буквально пробивал меня своим взглядом. Я хотела быстро поесть и уйти, потому что мне снова же было не по себе от его взглядов и от того, что этот мудак сидит рядом со мной, словно мы дружим. Я поела и, к счастью, вставала, чтобы уйти, но Минхо взял меня за мою руку и качнулся к моим шрамам. Я быстро убрала руку и ушла быстрыми шагами, молясь, что он ничего не ощутил.

Я пошла к своему гамаку и пыталась быстрее уснуть, чтобы он не пришёл задавать вопросы. И я заснула. У меня снова был сон. Сон с моими воспоминаниями.

— Дрянь тупая! — говорил какой-то брюнет лет 50-ти. Он меня избивал ремнём, пинал и махал руками.

— Ай, прекрати, мне больно! Папа, прошу тебя, прекрати! — говорила маленькая девочка, похожая на меня.

— Не называй меня папой! Из-за тебя это случилось! Из-за тебя твоя мать сдохла! Ты понимаешь?! Она хотела спасти тебя, но сама же умерла! Лучше бы ты сдохла, малолетняя убийца! — орал он, как резанный.

Я не могла двигаться во сне. Я просто смотрела, как меня избивает отец и говорит, что я убила свою мать.

— Прости, пожалуйста... Я не хотела убивать маму. Она сама сказала мне «Беги». Она сама сказала «Беги». Она сама сказала «Беги», — продолжала говорить маленькая девочка.

— Надо было слушаться людей в маске. Надо было с ними пойти! Тогда твоя мать бы не сдохла. Желаю тебе смерти! Ты заслуживаешь смерти! Жирная, тупая дрянь! — орал мой отец на маленькую меня.

Сон прервался, и я видела сцену, как я провожу время с каким-то парнем и называла его своим братом.

— Томас, а мы сможем жить как раньше? Наша мама реально умерла из-за меня? — спросила я у него.

— Нет, конечно. Мама не умерла, она сейчас где-то прячется. Не волнуйся за неё, сестрёнка, — говорил брюнет.

И к нам подбежала блондинка. Я не видела её отчётливо, и, разглядывая её, я поняла, что это моя Соня. Соня обняла меня, и мы с ней, держась за руки, побежали.

И вдруг я резко проснулась в холодном поту. Оглядевшись, я поняла, что сейчас примерно 4 часа ночи. Успокоившись, я пыталась заснуть обратно. Но никак не получалось, потому что я всё же думала о своём отце, маме, брате и моей любимой Соне.