Переселенный шисюн

Конкурс нефритовых карт длился около десяти дней. Люди выходили из небесных гротов, и сотня учеников, которые должны войти на секретную территорию, также была определена.

Кун Фань стоял на возвышении вместе с главами сект и наблюдал за переполненными счастьем адептами внизу. Уголки его губ невольно приподнялись едва-едва. Как и ожидалось, больший процент допущенных до Хуантянь людей составляли адепты трёх великих сект. Он кашлянул и начал свою речь:

— Теперь, когда все решено, мы отправляемся на тайную территорию…

— Подождите!

Прежде чем он успел закончить, его прервал голос, раздавшийся снизу.

Кун Фань наморщил лоб. Он бросил взгляд вниз и увидел, что говорившим был Лю Цинчжоу, сын главы секты Юньинь. Мужчина посмотрел на Лю Юнь, сидящую рядом с ним, и нехотя проглотил свое негодование.

— В чем дело?

Лю Цинчжоу, похоже, заметил недовольство главы секты Чжэнъян. Сжав кулаки, он все же сказал уважительно:

— Глава секты Кун, этот младший не намеренно прервал Вас, но он чувствовал, что конкурс нефритовых карт был несколько несправедливым, — Лю Цинчжоу коротко взглянул на Цинь Мо и добавил, — некоторые люди получили свои десять карт благодаря удаче, но их собственная сила недостаточна для того, чтобы проникнуть на территорию Хуантянь!

На лице Кун Фаня отразилось лёгкое возмущение. В конце концов, конкурс с нефритовыми картами был изначально предложен им. Слова Лю Цинчжоу могли подорвать его авторитет.

Затем заклинатель приметил, что взгляд юноши был прикован к Цинь Мо, и тон его стал немного саркастическим:

— Ты не можешь иметь в виду Шицзи Цинь Мо!

Очевидцы были изумлены, их взгляды сосредоточились на юноше. По площадке пронесся шепот. Кто такой этот Цинь Мо? Раньше, быть может, некоторые люди ничего и не знали, но стоило им поладить друг с другом за эти несколько дней, эта информация не была для них секретом. В их кругах Цинь Мо известен как юный гений, вступающий на стадию Заложения основ в возрасте двадцати лет. У него отличные навыки! Если уж этот человек недостаточно хорош, чтобы войти в Хуантянь, то немногие люди могли бы сделать это.

Даже если все невольные свидетели сосредоточились на нем, Цинь Мо стоял на том же месте, не торопясь наслаждаться моментом. Остальное же свелось к тому, чтобы стать фоном.

Вокруг раздались тихие насмешки, заставившие руки Лю Цинчжоу крепче сжать кулаки в рукавах. Что же такого замечательного в Цинь Мо? Но заклинатель также понимал, что бороться с этим человеком невозможно, если он будет продолжать рассуждать на эту тему. Все, чего Лю Цинчжоу жаждал — это нанести удар репутации Цинь Мо.

Взгляд его остановился на Линь Цзычжэне, стоящем позади ненавистного адепта Юэцин. Этот ребенок постоянно следовал за Цинь Мо все дни, и тот относится к мальчишке по-особому. До тех пор, пока он сможет удержать Линь Цзычжэна от проникновения на территорию Хуантянь, репутация Цинь Мо останется чистой.

Держась за эту мысль, Лю Цинчжоу больше не колебался. Он указал на Линь Цзычжэна, затем на довольно сильного на вид мужчину позади и парировал:

— Это он. Он только совершенствует Ци, очищая седьмой слой, а сила Ван Ли уже на девятом. Этот мальчишка получил допуск по счастливой случайности! Ван Ли гораздо сильнее, но он не может войти. Я отказываюсь это принять!

Названный мужчина немедленно вышел из-за спины Лю Цинчжоу и поклонился Кун Фаню, подтверждая:

— Я отказываюсь принять это! Этот ученик просит сразиться с ним!

Атмосфера стала напряжённой Цзинь Линьфэна перекосило. Этот Лю Цинчжоу сделал выпад не только в сторону Цинь Мо, но и всей секты Юэцин.

Его репутация пострадала. Тряхнув рукавами, Цзинь Линьфэн отрезал:

— Это было решено главами всех сект. Чем же ты недоволен?

Брови Лю Юнь сошлись на переносице. Она не любила Лю Цинчжоу, но, несмотря на это, он все еще был ее сыном. В конце концов она снизошла до замечания:

— То, что сказал Лю Цинчжоу разумно. Некоторые опасения все же есть.

Лицо Кун Фаня покраснело. Он не знал, чью сторону принять. Мужчине нравилось быть прямолинейным, но и дураком глава секты Чжэнъян не был: если согласиться с Цзинь Линьфэном, то это обидит Лю Юнь.

— Я согласен на бой! — как раз в тот момент, когда Кун Фань был полон неуверенности, внезапно раздался другой голос. Это был Линь Цзычжэн, предмет всеобщего обсуждения.

Только заговорив, он привлек внимание людей, и те заметили человека, стоявшего так, словно он был слугой Цинь Мо. Они видели, что его брови решительно сведены, а глаза устремлены на Лю Цинчжоу и Ван Ли.

Поскольку Линь Цзычжэн согласился на поединок, не принимая во внимание недовольство главы секты, тот больше не мог возразить. Цзинь Линьфэн фыркнул и замолчал. Кун Фань тоже согласился.

Цинь Мо слегка кивнул Линь Цзычжэну и молча встал под ивой, наблюдая за происходящим.

Он не беспокоился о Линь Цзычжэне. В его памяти путь главного героя был исключительно гладким. За исключением тех случаев, когда юноша сталкивался с сильными монстрами, это были все последовательные победы, особенно против других людей.

Ван Ли и Линь Цзычжэн стояли в центре тренировочной площадке на платформе, приподнятой выше относительно земли. Именно здесь постоянно решали споры ученики Чжэнъян.

Главный герой обладал только седьмым уровнем очищения Ци, когда как его противник уже достиг девятнадцатого, поэтому наблюдатели не были настроены в отношении молодого адепта из Юэцин оптимистично. Различия в уровне самосовершенствования также представляли собой разрыв в силе. Между противниками состояла разница в два уровня, их даже сравнивать нельзя.

Однако результаты часто удивляют. На турнирной трибуне Линь Цзычжэн держал черный меч, его кончик сверкал серебром, и всего за полстакана чая Ван Ли упал со сцены, не имея сил сопротивляться.

Под изумленными взглядами толпы Линь Цзычжэн отдернул руку и вежливо поблагодарил Ван Ли:

— Вы позволили мне победить!

Он подошел к Цинь Мо и снов встал у него за спиной.

Цзинь Линьфэн был чрезвычайно счастлив в душе. Дважды рассмеявшись, он внимательно посмотрел на Линь Цзычжэна и воскликнул:

— Неплохо!

Лю Юнь, напротив, пристально посмотрела на Лю Цинчжоу, но ничего не сказала. Молодой человек дрожал и не смел вымолвить ни слова, но в сердце своем ненавидел Цинь Мо все больше. Если бы не этот человек, он не опозорился бы сегодня!

Кун Фань больше ничего не произнес. Он предоставил транспортировочный артефакт и доставил людей на секретную  территорию Хуантянь.

Она была все такой же, какой ее видели Цинь Мо и Кун Сяо несколько дней назад. Большая прозрачная граница закрывала всю территорию. Толпа стояла снаружи и едва могла заглянуть внутрь.
Объяснив все, Кун Фань выжидательно посмотрел на глав других сект, они достали пять ключей. Эти ключи, включая тот, который они забрали у демонической секты, открывали тайную территорию.

Артефакты плавали над Хуантянь, испуская мягкое золотое свечение.

Главы секты Золотого стержня не изменились в лице. Они стояли под пятью ключами один за другим и двигали руками, как будто открывали массив.

Люди вздохнули с облегчением.

Кун Фань объявил:

— Теперь все могут войти!

Толпа смотрела на не изменившуюся границу, и по выражению их лиц было видно, что их гложут сомнения.

Кун Фань только рассмеялся:

— Граница открылась. Не волнуйтесь, подобное совершенно обычно, вы сразу войдете. После входа вы будете перенесены в случайное место. Все должны быть осторожны!

Один смельчак быстро приблизился к границе. Когда он подошёл ближе, ему показалось, будто барьера не существует вовсе. Человек исчез на глазах у всех. Неожиданно сомнения развеялись у остальных учеников, и они слаженно бросились в проход.

Цинь Мо уже занёс ногу, готовый ступить в неизвестность, когда увидел облаченную в бледно-зеленое фигурку. Ей оказалась Цзинь Лин-эр. Его движение немедленно прекратилось.

Щеки девушки слегка покраснели, да и сама она выглядела несколько смущённой. Сначала Цзинь Лин-эр подняла голову и посмотрела на Цинь Мо, потом снова опустила. Теребя край своей одежды, она долго мялась, а потом прошептала:

— Шисюн, дедушка сказал… после того, как мы выберемся из Хуантянь, давайте устроим церемонию помолвки!

Лицо девушки было донельзя очаровательным, но теперь пришла пора Цинь Мо чувствовать смущение. Почему он ничего не знал о помолвке?

Цзинь Лин-эр взглянула в лицо Цинь Мо и увидела, что тот стоит на том же месте. Думая, что он был застенчивым, сердце ее радовалось сверх всякой меры. Она поднялась на цыпочки и нежно поцеловала Цинь Мо в щеку, затем повернулась и побежала к границе.

Цинь Мо очнулся от оцепенения. Сердце его наполнилось несчастьем, стоило ему подумать о том, что сделала и сказала Цзинь Лин-эр. Красивое лицо юноши стало напряжённым.

Цзинь Лин-эр совсем не нравилась ему. Как он мог жениться этой девушке? Не говоря уже о том, что в будущем она станет женой Линь Цзычжэна. Цинь Мо поднял голову и посмотрел на главного героя.

Линь Цзычжэн сегодня облачился в чёрное и пристально смотрел на своего шисюна. У него были темные глаза и плотно сжатые губы.

Сердце Цинь Мо забилось сильнее. Хоть он всегда оставался спокойным, теперь в его груди поселилась тревога. Он двинулся вперёд и также вошел на секретную территорию.

Линь Цзычжэн стоял на том же месте, наблюдая, как исчезает спина Цинь Мо. Глаза его потемнели ещё больше, и в них мелькнуло странное выражение.

Спустя долгое время он прошептал себе под нос:

— Шисюн… помолвлен?

Мгновение спустя уголок его рта дернулся, обнажив злую улыбку. Он взглянул вдаль на Цзинь Линьфэна и медленно вошел за массив.