Переселенный шисюн

Сердце Линь Цзычжэна стальной хваткой сжимала тревога, пока он сидел на одной стороне магического артефакта. Оказалось, что бессмертные действительно могли летать. Мальчик скользнул взглядом по троим людям, стоящим чуть впереди, и медленно остановился на фигуре, облаченной в белые одежды. Цинь Мо не сказал ему и словечка, но Линь Цзычжэн чувствовал, в нем есть что-то особенное. Мама учила его по одной единственной книжке и знания Линь Цзычжэна были более чем скромны, но он был твердо уверен, что человек, который стоял в одиночестве, обладал поистине восхитительной красотой. Если всех бессмертных угнетало такое положение вещей, сам он думал, что, даже если ему придется преодолеть тысячи трудностей, он все равно однажды станет одним из них.

Незаметно для себя Цинь Мо стал объектом восхищения главного героя. В данный момент  вниманием юноши  безраздельно завладел мешочек цянькунь в его руках. Мешочек этот в мире заклинателей был своего рода дорожной сумкой, позволяющей его владельцу носить с собой множество полезных вещиц. Когда Юэ Чжулин вытаскивал из него артефакт для их переноса, Цинь Мо заметил слабый жёлтый туман, струящийся по кончикам пальцев заклинателя и окутавший на мгновение сам цянькунь. Возможно, это и есть духовная энергия. Он не был уверен, могли ли это видеть другие люди, но и сам не имел возможности спросить, руководствуясь тем, что об этом должно быть известно всем в этом мире.

Длина рукавов ханьфу позволяла полностью скрыть руки. Тонкие пальцы ни на секунду не прекращали теребить принадлежащую ему сумку. Она была опоясана вокруг его талии, чуть меньше простого чехла размером, с вышитым маленьким лотосом.

Цинь Мо провозился с цянькунем немыслимое количество времени, но так и не смог открыть его. В новелле вроде бы упоминалось, что для этого необходимы заклинательские навыки. Нахмурившись, Цинь Мо посмотрел на сумку. Если требовались познания в магии, то он был готов приложить все возможные усилия!

Вот только цянькунь всё отказывался реагировать на тщетные попытки, заставляя взгляд Цинь Мо потихоньку темнеть. Это полностью обескуражило юношу, он никак не мог сообразить, что надо сделать, хотя в своем мире считался умным. Он достигал блестящих результатов в задачах, поставленных перед собой, вне зависимости от их сложности, но здесь даже такое простое действие вызывало массу трудностей. Нет, жить здесь вечно не для него, но по своей природе Цинь Мо был довольно высокомерен и это не позволяло ему хоть в чем-то уступить прошлому талантливому хозяину этого тела.

Юэ Чжулин незаметно приглядывал за тонкой фигурой Цинь Мо, а после скользнул взглядом на явно скучающую Цзинь Лин-эр. На его лбу залегли небольшие морщинки. Сегодня Сяо¹-Мо вел себя несколько необычно. Пусть он и казался отчужденным, но с Лин-эр их всегда связывали довольно теплые отношения и юноша никогда бы не позволил ей заскучать в своем присутствии.

В этот момент артефакт под их ногами внезапно покачнулся. Что послужило этому причиной Юэ Чжунлин не знал. Увиденное повергло мужчину в шок.
— Как здесь оказались птицы-громовержцы?! — раздражённо закричал он.

Заприметив взгляд Юэ Чжунлина, Цинь Мо крепче сжал в руке цянькунь, а в глазах его предательской искрой мелькнула тревожность.

Вокруг них кружились две огромные птицы, их острые даже на вид клювы достигали полуметра в длину. Время от времени они подлетали близко-близко и клевали артефакт с боков.

Юэ Чжунлин не скрывал набежавшую на лицо тень, крепко сжав рукоять меча. Загадочный предмет, который они использовали сейчас, был простым инструментом секты Юэцин — Облачной лодкой. Ее использовали для того, чтобы произвести впечатление на новых учеников: летным способностям этого артефакта можно было позавидовать,  но вот защитные качества были совсем невелики.  Если птицы-громовержцы вновь нападут, то находящиеся в лодке не смогут противостоять им.

Стиснув зубы, Юэ Чжунлин был вынужден принять решение приземлиться. Он встал впереди, защищая самых слабых: Линь Цзычжэна, только вставшего на путь заклинателя, и Лин-эр, чьи навыки пока были слабы. Напитав меч духовной силой, мужчина полетел к птицам-громовержцам.

Одна из них достигла девятой стадии Очищения ци, тогда как другая уже поднялась до уровня Заложения Основ. Конечно же, Юэ Чжунлин возьмёт на себя более сильного противника. Он обернулся в мгновение ока, но, увидев, что Цинь Мо ещё предстоит двигаться, закричал: "Сяо Мо, хватай меч!"

Сердце Цинь Мо сжалось, когда он увидел, что гигантская птица летит на него. Пальцы, держащие цянькунь, не могли развязать тугой узел. Как, в конце концов, он должен суметь его открыть?! Неужели... неужели он действительно умрет сегодня? Отринув тот факт, что его переселили в тело пушечного мяса, Цинь Мо не собирался погибать в первый же день! Он против!

Сердце полыхнуло обжигающим душу гневом. В тот же момент Цинь Мо почувствовал, будто что-то расцветает прямо на его глазах. Скопление хаотичных узоров пульсировало перед ним как живое. В руке появился длинный ослепительно сияющий меч. Действуя по наитию, Цинь Мо схватился за клинок, крепко сжав, и нанес удар приблизившейся на достаточное расстояние птице-громовержцу.
  
Будучи в прошлой жизни практикующим хирургом, он часто проводил операции на людях, потому пальцы его были чрезвычайно гибкими. Кроме того, этот меч ложился в ладонь словно влитой. Наверное, оружие сделали специально для прежнего владельца. Клинок пронзил свою цель, вспыхнув ярким светом. Раненая птица закричала от боли, подняв клюв в воздух. В ушах зазвенело. Через секунду в Цин Мо уже неслось бесчисленное множество молний. Теперь понятно, почему этих птиц называют «громовержцами».

Самосовершенствование Юэ Чжунлина превосходило ступень Заложения Основ, не удивительно, что он справлялся со своим противником довольно легко. Во время боя заклинатель ухитрился найти время, чтобы оценить положение оставленных за спиной подопечных. То, как Цзин Лин-эр в отдалении защищает Линь Цзычжена, вызвало у него одобрительную улыбку. Как только взгляд его переключился на Цинь Мо, мужчина оказался потрясён увиденным:
— В чем дело, Сяо-Мо? Наполни наконец Би Юцзян² духовной силой!

Смущение охватило молодого человека. Он едва справлялся с натиском птицы-громовержца с мечом в руках. Статус Би Юцзяна как духовного оружия не играл никакой роли, ведь им пользовались словно кухонным ножом!

Накопленный годами опыт позволил Юэ Чжунлину быстро определить, что во время боя его ученик совсем не использовал духовную силу. Мысли об этом заставляли хмуриться. Что случилось с Сяо-Мо? Он и раньше чувствовал неестественность происходящего, но теперь это волнение усилилось. Однако, прежде чем Юэ Чжунлин довел свои размышления до логического завершения, Цинь Мо с треском поразила молния. Белое чаопао обгорело, приобретя коричневый оттенок. Причиной изменения цвета стал запятнанный свежей кровью шелк.

Рука Юэ Чжунлина сжалась на рукояти меча. Отказавшись дальше думать об этом, заклинатель увеличил темп наступления, желая помочь своему ученику.

— Шисюн! — раздался встревоженный крик заметившей ранение Цинь Мо Лин-эр.

Резкая боль прошила тело. Цинь Мо болезненно нахмурился, но у него не было времени, чтобы позаботиться о ране, он продолжал вертеть мечом, атакуя самое беззащитное место птицы — глаза. Кроме того молодой человек желал воспользоваться советом Юэ Чжунлина, наполнить меч духовной силой, но из-за своего неожиданного переселения понятия не имел как это сделать.

Клинок с противным чавканьем вошёл в глаз птицы-громовержца и та, обезумев от боли и  забив крыльями, полетела прямо на Цинь Мо. В мгновение ока он вновь был атакован. Гигантский клюв почти пронзил его, когда неожиданно перед ним выросла земляная стена, блокирующая роковой удар. Так же неожиданно из-за спины птицы-громовержца выскочил меч, разрубивший ее своим крепким лезвием на две аккуратные половинки. 

Несколько капель брызнувшей крови попали Цинь Мо на лицо, что заставило его вновь нервно схватиться за рукоятку меча. Постепенно напряжение боя покидало тело, что способствовало расслаблению.

Цзин Лин-эр смотрела на шисюна неотрывно. Когда-то ослепительно белые одежды теперь окрасились в алый цвет чужой крови, а в руке своей он держал меч. Даже ранение, полученное во время схватки, не поколебало равнодушное лицо. Ей оставалось только гадать, почему сердце ее забилось сильнее, напрочь отказавшись слушаться.

Лицо Юэ Чжунлина за спиной поверженной птицы-громовержца было жутким. Шагнув вперёд, он резко схватил Цинь Мо за руку. Острые, словно кинжалы, глаза, сосредоточились на чужом лице, впиваясь в него, будто пытаясь понять, что стоит за всем этим. Тихим голосом заклинатель спросил:
— Кто ты такой?

Ни один мускул не дрогнул на лице Цинь Мо, но сердце его забилось чаще. Его подозревали? Кончики пальцев едва заметно задрожал, когда он твердо ответил:
— Шисюн... я лишь немного растерялся, — ни капли тревожности не отразилось на его лице.

Заметив, что Цинь Мо спокоен так же, как и обычно,  Юэ Чжунлин ослабил хватку, лицо его смягчилось, а на сердце потеплело. Это действительно был первый бой молодого человека. В секте он всегда тренировался один, тем более, Юэ Чжунлин был рядом с Цинь Мо с самого начала его заклинательского пути. Его не могли взять в бой, не уведомив учителя. Мужчина вновь посмотрел на изнеможенного юношу. В сердце Юэ Чжунлина поселились сумерки. Как только они вернутся, он обязан будет предложить Главе отпустить Цинь Мо, чтобы тот набрался опыта. В противном случае, вновь столкнувшись с кем-то, подросток не сможет высвободить свою духовную силу. Это не есть хорошо.

Увидев, что Юэ Чжунлин отпустил его руку, очевидно, поверив словам, Цинь Мо не смог сдержать полный облегчения вздох. Однако, стоило сердцу расслабиться, изо рта вдруг вырвалась струйка крови. Полученная от птицы-громовержца травма не прошла бесследно.

Видя, как Цинь Мо сплевывает свежую кровь, Лин-эр быстро шагнула вперёд,  намереваясь поддержать его, и обеспокоено спросила:
— Шисюн, ты точно в порядке?

Лицо Юэ Чжунлина так же выражало беспокойство. Обнажая свой длинный меч, он посмотрел на небо. На лбу проступили морщинки. Окрашеные в огненно-красный цвет заходящего солнца облака плыли по небу, было уже довольно поздно. Он произнес:
— Выдвигаемся, мы должны вернуться как можно скорее!

— Ах-ха-ха! Раз уж вы здесь, то не должны возвращаться. Оставайтесь здесь и станьте моими марионетками!

Голос Юэ Чжунлина сел. Наполненные несдержанной злобой, произнесенные хрипло слова раздались жутким эхом чуть в стороне от них, и четверо заклинателей перемениться в лице.

Туман, густой и черный, окутал их тела вслед за прозвучавшим голосом.

__________________________

Прим. переводчика на английский с китайского:

1. Сяо: означает  "маленький/молодой". Добавляется к имени, чтобы указать на близкое знакомство и привязанность.

2. Би Юцзянь: "Цзянь" — "меч", Би Ю (нефритовое путешествие) — собственно "имя" меча.