Нити памяти

Весна в Конохе выдалась особенно тёплой, с запахом цветущей сакуры, проникающим в окна резиденции Учиха. Юна, уже подросшая, сидела на веранде с кисточкой в руке, сосредоточенно выводя кандзи. Её брови были слегка сдвинуты — она не терпела ошибок в письме.

— Молодец, Юна-сама. Но здесь у тебя черта вышла неровной. Повтори, — сказала её наставница, строгая женщина по имени Аканэ-сэнсей, указывая на иероглиф «свет».

Юна посмотрела на лист, вздохнула, и с невольным упрямством снова повела кисть.

— Я стараюсь…

Аканэ сдержанно улыбнулась: — И у тебя получается всё лучше. Ты способная девочка, и твоя мать гордилась бы тобой.

Юна опустила взгляд. При упоминании матери у неё внутри что-то дрогнуло, но она лишь кивнула.

В этот момент сзади раздались шаги. Это была Микото — спокойная, ласковая, уже заметно округлившаяся.

— Юна, — позвала она мягко, — у меня есть для тебя новость. Скоро у тебя появится младший братик.

Глаза девочки расширились, а затем засияли:

— Братик? Правда?!

— Да, — кивнула Микото, присаживаясь рядом. — И твой отец хочет, чтобы ты придумала ему имя.

Юна задумалась. Её пальцы скользнули по шёлковой ленте на её кимоно. Потом она уверенно произнесла:

— Итачи. Имя птицы — быстрой, умной… Это имя подойдёт ему.

Микото удивлённо посмотрела на неё, затем улыбнулась: — Итачи… Очень красивое имя. Спасибо, Юна.

***

Месяцы шли. Живот Микото становился всё больше, и Юна с трепетом наблюдала за каждым изменением. Она прикладывала ухо к животу и рассказывала братику о том, как прошёл её день. Рисовала ему зверей, писала короткие письма, вырезала из бумаги птиц и развешивала над кроваткой, которую помогала украшать.

— Он услышит их в животе? — однажды спросила она.

— Конечно, — с улыбкой ответила Микото, гладя её по голове. — Он уже знает твой голос. И, наверное, ты уже его любимая сестра.

***

Наконец, настал долгожданный день. По деревне разнёсся весть — родился главный наследник клана Учиха. В резиденции кипела подготовка к церемонии появления. Дом наполнился гостями, сверкавшими в парадных одеждах. На входе их встречала сама Юна — в красном кимоно с золотой вышивкой, волосы аккуратно уложены, а глаза серьёзны, почти взрослые.

Глава Хьюга, представители клана Нара, Яманака, Акимичи. И среди них — человек, к которому было приковано всеобщее внимание: Минато Намикадзе. Герой Третьей мировой войны шиноби, блондин с ясными глазами и мягкой улыбкой. Он был не только сильным, но и необычайно вежливым, что выделяло его даже среди шиноби высшего ранга.

Микото, всё ещё бледная после родов, сидела рядом с Фугаку, державшим новорождённого Итачи. Минато подошёл и с лёгким поклоном сказал:

— Поздравляю вас. Пусть этот ребёнок принесёт процветание клану.

— Спасибо, Намикадзе-сан, — ответил Фугаку. — Для нас это важный день.

Юна подошла ближе, держа в руках коробочку с миниатюрным браслетом из шёлка и крошечных камешков.

— Это для него, — сказала она. — Я сделала сама. Чтобы он всегда помнил, что я рядом.

Минато с интересом посмотрел на девочку:

— Очень трогательно. Он счастливчик, что у него такая сестра.

***

Позже, в тихой комнате, Юна впервые посмотрела на младенца в колыбели. Он спал, уткнувшись лбом в подушку, мягкие щёчки еле розовели.

— Привет, Итачи, — прошептала она, — я тебя очень ждала… Я обещаю быть рядом. Буду твоей тенью, твоей защитой. Буду смеяться, когда ты засмеёшься. Плакать, если ты будешь плакать. И стоять с тобой, когда ты станешь сильным…

Ребёнок слегка пошевелился и слабо приоткрыл глаза, будто почувствовал её присутствие. Юна затаила дыхание. Маленькая ладошка поднялась и схватила её палец.

Фугаку, стоявший в дверях, наблюдал за ними молча. Он подошёл ближе, обнял дочь и тихо произнёс:

— Моя принцесса… Я горжусь тобой.

И в тот миг Юна почувствовала не просто радость, но и что-то большее — свою ответственность. Мир изменился, и в её жизни появился новый смысл.