Волчица в школе ЮЭЙ

Мирное время

Месяц спустя. Никаких нападений. Жизнь входит в колею.

Т/И сидела на крыше общежития, поджав колени. В руках — огромная кружка с чаем, на коленях — раскрытая книга. Она так и не научилась отдыхать по-настоящему, но хотя бы перестала вздрагивать от каждого шороха.

— Опять одна? — Кацуки забрался на крышу через люк.

— Привычка. — Она подвинулась, давая ему место.

Он сел рядом, взял её за руку.

— Элиас звонил?

— Да. Амфибии зализывают раны. Лига временно распущена. Даби в бегах. Тога — тоже. Но они вернутся.

— А мы будем ждать.

— И готовиться.

Они замолчали. Внизу, в окнах общежития, горел свет. Видно было, как Аки и Каминари играют в приставку с Миной и Кирой. Как Рюеко спорит с Акино о чём-то. Как обычные подростки живут обычной жизнью.

— Знаешь, — сказал Кацуки, — я никогда не думал, что буду частью чего-то большего, чем геройство.

— А теперь?

— Теперь я часть стаи. И это… странно. Но приятно.

Т/И повернулась к нему, посмотрела в глаза.

— Ты не просто часть стаи. Ты её сердце. Без тебя я бы уже превратилась в монстра, который видит только врагов.

— А ты — моя совесть, — ответил он. — Когда хочу всех взорвать — вспоминаю, что ты рядом и не одобришь.

— Одобрю, если будут достаточные причины.

Они улыбнулись друг другу, и Т/И впервые за долгое время почувствовала спокойствие.

Час спустя. Комната Аки.

Аки и Каминари сидели на кровати, обложившись подушками. На планшете шёл какой-то старый фильм, но никто не смотрел.

— Денки, — позвала Аки.

— М?

— Спасибо, что остался тогда. В лесу. Ты мог убежать.

— И куда бы я побежал? — он удивился. — От тебя? От твоей сестры? От волков? Нет уж, лучше быть с вами.

— Это опасно.

— Это интересно. — Он поцеловал её в лоб. — И я люблю тебя. Даже если завтра на нас снова нападут.

— Я тоже люблю тебя. — Аки прижалась к нему. — И не отпущу.

Они досмотрели фильм, потом выключили свет. За стеной слышались шаги Т/И, голос Кацуки: «Спокойной ночи, волчонок». И тихий ответ: «Спокойной ночи, шпиц».

Общая сцена

Все четверо встретились на кухне в два часа ночи. У каждого была своя причина не спать: Т/И — кошмар, Кацуки — привычка охранять, Аки — пересоленный ужин (она пыталась готовить), Каминари — просто захотелось пить.

Они стояли у холодильника, молчали, пили молоко.

— Мы ненормальные, — сказал Каминари.

— Это ты только сейчас понял? — фыркнул Кацуки.

— Я давно понял. Просто подтверждаю.

Т/И поставила кружку, обвела всех взглядом.

— Слушайте. Через три года, когда закончим учёбу, я хочу, чтобы мы жили рядом. В одном комплексе. Отдельные квартиры, но близко.

— Чтобы присматривать друг за другом? — спросила Аки.

— Чтобы быть стаей. В любое время суток.

Кацуки кивнул.

— Я за.

— Я тоже, — сказал Каминари.

— Тогда решено, — подвела итог Т/И. — А сейчас — спать. Завтра рано вставать.

Они разошлись, но каждый думал об одном: будущее, которое они строят, стоит того, чтобы за него бороться.