Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Он жив
Фантика отправили за Марьей Петровной — бабушкой Миши. Лия шла к больнице, съёжившись от пронизывающего зимнего ветра, и на ходу говорила Марату. Голос её звучал твёрдо, но губы подрагивали:
— Он кинул его. Просто бросил, как крыса. Фантик поступил хуже любого чушпана. Увидел Хади Такташ и дёру дал самый первый, даже не оглянулся. А Миша остался один с этой толпой. Отшивать его надо, нахуй
Она чеканила каждое слово уверенно. Но глубоко внутри Лия отчаянно молилась. Не веря в бога, просто молилась кому угодно — лишь бы Миша был жив
В приёмном покое их уже ждал Фантик с Марьей Петровной. Бабушка Миши — низенькая женщина лет шестидесяти в стареньком пальто и вязаном платке — стояла ни жива ни мёртва. Лицо белее снега, руки судорожно трясутся. Рядом с ней сжался бледный, молчаливый Фантик с опухшими, красными от слёз глазами. Он больше сходил на обкуренного
Лия на Фантика даже не взглянула. Она рванула прямо к стойке регистратуры, на ходу бесцеремонно плечом оттолкнув Турбо, который уже успел открыть рот, чтобы что-то сказать
— Где лежит Михаил Тилькин? — ровно, но с ноткой тревоги в голосе спросила Лия у медсестры. Руки в карманах сжались в кулаки, чтобы никто не видел, как ее трясёт
Медсестра смерила взглядом всю их компанию:
— Вас сейчас отведут
Из боковой двери вышел уставший мужчина в белом халате с абсолютно безразличным взглядом
— За мной
Он повёл их вниз по лестнице. Подвал встретил их тусклым светом лампочек и спёртым воздухом. Пахло сыростью, хлоркой и чем-то ещё... тяжёлым, тошнотворным запахом, от которого к горлу подкатил ком. Было похоже на что-то трупное, но Лия надеялась до последнего.
В конце коридора за поворотом оказалась облупленная дверь с табличкой: МОРГ
Земля мгновенно ушла из-под ног. Лия не рухнула на пол только потому, что Марат вовремя успел подхватить её за локоть
Рядом глухо, беззвучно всхлипнула Марья Петровна. Лия тут же обняла старушку за дрожащие плечи, притянула к себе, и они вместе опустились на холодную скамейку у стены
— Подождите здесь, я вас позову, — бросил патологоанатом и исчез за дверью
Лия сидела, приобняв Марью Петровну, и слёзы сами собой хлынули из глаз. Впервые за последние пару лет она ощутила такую дикую, невыносимую тяжесть. Её колотило в судорогах, грудную клетку сжало тисками — воздухом невозможно было надышаться.
Первым перед ней на корточки опустился Марат
Взял её трясущиеся ладони в свои и тихо проговорил:
— Лив... Я здесь. Мы рядом, слышишь?
Она не смогла ответить — только зарыдала сильнее.
Через минуту подошёл Вова. Хромая после операции, он всё равно присел, обнял сестру за плечи и прижал к себе. Лия уткнулась ему в плечо. Вова молча гладил её по кудрям, а Марат переплёл свои пальцы с её, пытаясь передать хоть немного поддержки
Чуть отдалившись, у стены стояли Зима и Турбо. Они нервно курили сигарету за сигаретой, поджав губы. Было видно — пацанов режет изнутри не меньше
Через пару минут Лия подняла голову. Слёзы всё ещё текли, но сквозь пелену слёз пробилось другое чувство. Чистая ненависть. Она уставилась на Фантика, который стоял у входа, вжав голову в плечи
— Ты... — голос Лии сорвался на хрип, но прозвучал отчетливо. — Ты, мразь. Последняя сука
Фантик испуганно попятился от такой резкости
— Ты его кинул. Свалил как крыса, прикрыл свою жопу при первой же возможности!
— Лия, я.. я не знал, что они так... Я испугался, — залепетал Фантик, заикаясь
— Испугался? — Лия резко встала, хотя ноги подкашивались. — Ты испугался, а он там один остался. С этими уродами. Он умер, Фантик. Понимаешь? Умер
Фантик сглотнул, вжимаясь в стену
— Я тебя похороню рядом с ним, — процедила она, вытаскивая из кармана тот самый охотничий нож с гравировкой «Фартовка». Сталь блеснула. — Твой труп по весне никто не найдёт, авызыңа сиким. Косточки по всей Казани собирать будут, понял?
Фантик отшатнулся. Марат с Вовой шагнули чуть вперёд, вставая по обе стороны от Лии, придерживая её, чтобы она не шла вперёд
— Ты будущий труп, — спокойно сказала Лия, прокрутив нож в руке. — Если не я, то Хади Такташ тебя найдут. И молись, чтобы они были первыми
Зима аккуратно взял Лию за запястье, а Марат мягко опустил её обратно на скамейку, забирая нож
Дверь морга снова скрипнула. Вышел врач:
— Марья Петровна? Пройдите
Бабушка поднялась, держась за стену. Лия тут же подхватила её под руку и повела вглубь помещения. Довела до секционного зала, где её перехватил санитар. Лия осталась в дверях
И в эту секунду изнутри раздался крик. Душераздирающий, страшный вой
Лию словно обдало кипятком. В ней что-то окончательно оборвалось. Она развернулась, на занемевших ногах выскочила обратно, подошла к Фантику и без лишних слов нанесла один идеально поставленный удар ему прямо в печень — Вова с Маратом учили на совесть. Фантик мгновенно согнулся пополам, хватая ртом воздух и заходясь в кашле
— Лия, спокойнее... — Турбо неожиданно оказался рядом и перехватил её за плечи, удерживая от второго удара. Голос его звучал необычно спокойно — Всё, хорош. Не пачкайся
— Уйди нахер и не прикасайся ко мне, — процедила она. Продолжать этот спор желания не было, да и сил тоже
Лия вырвалась из его рук и вернулась в прозекторскую
Тело Миши лежало на металлической каталке, накрытое белой простыней. Лия подошла и замерла. Воздух в комнате будто окончательно кончился. Лицо Ералаша было бледным, почти прозрачным, с синеватыми губами. Он выглядел так, словно просто крепко спал
Марья Петровна сидела на стуле рядом, сжимая в сухих пальцах ватку с нашатырем. Лия не могла оторвать взгляд от лица друга. И вдруг замерла
Веки Миши дёрнулись
— Он жив... — выдохнула Лия, роняя слова в тишину. — Он живой
Патологоанатом лишь устало и привычно вздохнул:
— Это нормально, девушка. Посмертная активность мышц. Иногда у умерших дёргаются веки, они могут даже приподниматься на койке. Это не жизнь
Лия под действием шока на секунду засомневалась в себе — ведь ей уже объясняли медицинские тонкости. Но в ту же секунду Миша открыл глаза.
Зрачки были расширены до предела. Oн издал хриплый звук и попытался сесть на каталке
Патологоанатом в ужасе отшатнулся, роняя планшет. Миша зашел в тяжелом кашле. Лия стояла с приоткрытым ртом, не веря собственным глазам
— Боже мой! — прошептал врач и выскочил в коридор, крича во все горло: — Врача! Быстро. Реанимацию сюда
Уже через две минуты в подвал прибежал дежурный реаниматолог. Вспыхнули ампулы, Мише с ходу всадили укол адреналина прямо в грудь, поставили капельницу. Миша затих, но его глаза оставались открытыми
— Глубокая кома — чеканил реаниматолог, суетясь над каталкой. — И резчайшее падение давления из-за огромной кровопотери. Пульс на периферии был настолько нитевидным, что его физически не могли нащупать. А тут ещё этот аварийный автобус с туристами три часа назад — двадцать человек всмятку, санитары просто зашиваются. Я констатировал смерть по отсутствию дыхания и пульса. Это дикая ошибка, так не должно было случиться, но это случилось
Вова, опираясь к стене навис над врачом:
— А почему вы его в холодильник не засунули? — Вова прекрасно понимал, что попечи его тело там хоть полчаса, и спасать было бы уже некого
Патологоанатом виновато развёл руками, вытирая пот со лба:
— Морг переполнен. Накрыли простынёй и оставили на каталке в коридоре "остыть" до утра... Парню повезло. Когда его перекладывали, голова запрокинулась, сдавило грудину — это вызвало мощнейшее раздражение блуждающего нерва. Дыхательный центр в стволе мозга дёрнулся, запустил сердце и он открыл глаза
Лия стояла, цепляясь пальцами за косяк двери, и тяжело дышала
— Значит он не был мёртв? — тихо спросила она
Врач посмотрел на неё усталым, выжатым взглядом:
— Он был на самом краю
Ноги Лии подкосились. Поняв, что всё позади, она сделала пару шагов назад, вышла из душной прозекторской в коридор и просто сползла по стене прямо на холодный, грязный кафельный пол
Её накрыло. Слёзы полились с новой силой, но это уже была не глухая боль, а дикая, истеричная смесь облегчения и шока. Лия заходилась то в всхлипах, то в тихом смехе, зажимая рот трясущимися ладонями
Марат тут же опустился рядом с ней и обнял ее
— Живой... — задыхаясь от смеха и слёз, уткнулась она ему в плечо. — Марат, он живой!
— Живой, Лив, живой, — повторял Марат, уткнувшись носом ей в макушку и поглаживая по спине
У самого глаза были на мокром месте, хоть он и пытался держать пацанский фасон
Неподалёку стоял Турбо. Oн молча наблюдал за этой картиной, прислонившись плечом к облупленной стене. Наблюдать за тем, как обычно активная и импульсивная Лия сейчас буквально разваливается на части, было хреново. Это раздражало, но где-то глубоко внутри стало тупо жалко её. Правда, признаваться себе в этом Валера бы ни за что не стал
Oн подошёл, опустился на одно колено и коротко, как-то слегка неклюже, погладил ее по плечу:
— Хорош орать на всю больницу. Живой Ералаш, прекращай сопли мотать
Лия подняла на него заплаканное лицо, шмыгнула носом и лишь коротко кивнула. Впервые приняла слова Турбо молча кивнув.
Кудрявый тут же поднялся, сунув руки в карманы куртки, и отошёл к Зиме
Зима, естественно, пропустить такой момент не мог — подтолкнул его локтем в бок и едва слышно шепнул с ухмылкой:
— Че, Турбо, растаял? А говорил — «заебала она». Смотри, щас Вова увидит, как ты её по плечу гладишь, и тогда плечо тебе подправит
Турбо мгновенно сдвинул брови и процедил сквозь зубы:
— Зима, завали ебало, а? Истеричку просто жалко стало, зрелище противное, орала на весь морг, задолбала уже
Комментарии