Она стала жёстче,чем он планировал
Утро после.
На кухне пахнет блинами, мама с самого утра у плиты. Отец пьёт чай и собирается на работу. Вова уже ушёл, у него дела с утра пораньше.
Лия спит. Ей снится Москва. Череп. Он учил её, как держать пистолет, как стрелять и вешать кобуру. Как не бояться. У нее не был особо поставлен удар, но оружиями пользовалась по лучше многих парней.
«Лия, ты фартовая. Не забывай. Если что - звони. Я за тобой приеду хоть на край света.»
Она просыпается от того, что Марат стаскивает с неё одеяло.
- Подъём, соня - он уже одет, в джинсах и футболке, волосы мокрые после душа. - Блины стынут, мать убивается, - ощущение у Лии были, будто она пила два дня не просыхая.
- Отвали, - Лия натягивает одеяло обратно, но улыбается.
- Ты вчера на каблуках двигалась лучше, чем я в кроссовках, сегодня зарядка. Пошли, научу тебя правильно в корпус бить, а то там, видно, расслабилась.
- Я тебя и так сделаю, - Лия садится, зевает.
Марат хватает её за руку, тянет с кровати. Они начинают возиться - он пытается её поднять, она выворачивается, ставит подножку, скорее всего единственное, что нормально у нее получается. Марат чуть не падает, смеётся.
- Ма, глянь, кого столица вернула! Дзюдоистка хренова
С кухни доносится голос мамы
- Марат, не выражайся и не деритесь. А ну быстро за стол.
Они заходят на кухню. Лия целует маму в щёку. Она вообще тактильная с родными. Для неё это важно - чувствовать, что свои рядом.
После завтрака Марат и Лия собираются в школу. Вова заходит ключом, молча, кидает куртку на вешалку.
- Живы? - спрашивает, глядя на них, - хорошо доехали? Надеюсь без происшествий.
- Живы, - отвечает Лия. - конечно, все нормально.
- Вчера че то ещё было? - Марат становится спокойнее, смотрит на сестру. - Дядя Толя довёз?
- Нормально, Марат, - Лия улыбается. - Ты же нас вывел. Всё хорошо. Чего вы так сегодня
Вова треплет её по макушке и улыбается ей, и они выходят.
- Ну вот че ты, со мной как с ребёнком - с неким возмущением в хорошем настроении, они с Маратом уходят.
Школа. Разъезд.
В школе всё как обычно - коридоры, запах хлорки и булочек из столовой. Лия идёт по второму этажу, когда замечает знакомое лицо. Тот самый пухлый парень с каштановыми кудрями - которого Андрей толкнул в ДК. Сидит на подоконнике.
Как он под ним не проломился - проносится у нее в голове.
Лия замедляет шаг, толкает локтем Ералаша
- Слушай, а это кто? - кивает в сторону пухлого.
- А, это Искандер. Он с Разъезда. Без тормозов. Недавно на счётчик пытался поставить кого то. Все время замесы, вся хрень начинается из-за них. Менты их брали - выходили. Отец у него какой-то мутный, то ли в ментовке, то ли на рынке. С ним связываться себе дороже.
Дома.
Марат учит Лию бить правильно.
- Нет, смотри, - он встаёт в стойку, показывает удар с разворота. - Корпус включай, а не просто рукой махай. Ты не балерина.
- Сам ты балерина, - огрызается Лия, повторяет. Входит в такт.
Вова сидит на диване, чистит какой то красивый , с вырезкой нож, иногда поправляет
- Локоть выше.
- Ногу шире.
- Марат, не подставляйся.
Марат подставляется специально, чтобы сестра попала. Когда она попадает согнётся для виду, но улыбается, сдерживая смех, потом получает просто пинок от сестры.
- О, уже лучше. Из тебя толк будет.
Лия смеётся, пихает его в плечо. Мама из кухни кричит: «Не деритесь!» они делают вид, что не слышат.
Вечер того же дня.
Лия сидит в своей комнате, за закрытой дверью. Телефон стационарный, на тумбочке. Она набирает номер сама, по памяти.
- Алло? - голос знакомый, низкий, с хрипотцой.
- Череп, привет, - Лия улыбается. - Это я.
- Лия! - голос в трубке хриплый, но тёплый. - Ну как ты там, в Казани? Братья не забили?
- Пока нет, - смеётся она. - Всё нормально. Ты как?
- Да всё по-старому. С Золотыми продолжаем всю эту херню с южными. У нас тут Миху поцарапали, в больнице он. Но мы ответим. Пожёстче будем, человека уже нашли, достаточно кого-то из южных привести сюда.
- Миху? - девушка напрягается. - Сильно?
- Да нет, царапина, там патрон слабо прилетел. Но ты же знаешь, с нашими нельзя слабее. Чем мягче тем больше сядут на шею.
- Знаю, - она вздыхает.
- Ты как сама? Нужна помощь? Мне полтора часа до Казани, я за руку и обратно.
- Не надо, Череп. Всё хорошо. Марат с Вовой рядом. Просто хочу поговорить с вами посидеть.
- Мы тоже, не кисни, заберу тебя как нибудь на денёк к нам.
- Передавай им всем привет. Очень скучаю, - у неё щиплет глаза, но она не плачет. - И вы приезжайте.
- И ты помни если что звони. Хоть ночью. Мы приедем. Любую мразь открутим.
- Поняла, - она улыбается. - Береги себя.
- Ты тоже.
Она убирает телефон. На душе теплеет.
Пару дней спустя.
Через несколько дней, после школы, Лия идёт домой с Маратом. Они спорят о том, кто быстрее пробежит до их подъезда. Марат уже срывается с места, Лия хохочет, бежит за ним.
- Суворовы младшие, - раздаётся сзади спокойный, низкий голос.
Они оба автоматически оборачиваются. Как по команде брат и сестра, двойняшки, один рефлекс на фамилию.
Парень. Тот самый. Из ДК. Стоит у стены, руки в карманах кожаной куртки. На лице лёгкая усмешка.
Марат приглядывается, смотрит внимательно, потом его взгляд меняется.
- Лия, отойди, - тихо говорит он, и в голосе нет того веселья и смеха. - Это Хади Такташ. Не связывайся с ними. Не подходи лучше.
- Уже знакомы, - парень усмехается. - В ДК виделись. Ты, кстати, тогда резко меня послала. Я запомнил.
Лия молчит, смотрит на него. Не боится, но чувствует дрожь в спине.
- А ещё, - продолжает он, переводя взгляд на Марата, - видел я вашего малого, светлого такого, Ералаша вроде. Как он в автобус запрыгивал. Забавно. Только за скорлупой следить надо на ходу то не всегда успеваешь. Запинать могут. Зря вы тогда не остановились. Хуже бы было, да? Если б мы успели.
Марат напрягается, переводит взгляд на Лию. Она видит, он впервые слышит об этом. Ни Вова, ни она ему не рассказывали про ту погоню. Вова и сам не знал
Лия продолжает молчать. Потом делает шаг вперёд, слишком близко к парню. Тот не успевает среагировать.
Она с размаху бьёт его коленом между ног, попадает в пах. Не со всей силы, но достаточно, чтобы он согнулся. Хватает его за плечо, наклоняясь говорит
- Гнида, ещё раз, хоть раз увижу на нашем районе , тем более без старшего. Ты свой язык держи при себе, иначе жрать этот снег из под ног будешь, потом этот язык тебе в глотку засунут
Парень не кричит, не ругается - только дышит часто, согнувшись. Он сильный, но удар был неожиданным. Только тяжело дышит. Потом, проходя мимо Марата, вдруг резко бьёт его кулаком в печень, точно. Марат зашипел, согнулся хватаясь за место удара.
- За поступки сестры отвечать надо, - шепчет парень, уже уходя. - Следи за малой, Суворов. А то в следующий раз не так легко отделаетесь. Через старших говорить будем.
И уходит. Спокойно, даже не оглядываясь.
Лия бросается к Марату.
- Марат, ты как? - она пытается помочь.
- Дышу - он хрипит, держится за живот. - Бля, умеет бить, гад.
- Идём домой, - она придерживает его. - Идём.
Дома. Мама ушла в салон, стрижка. Трое сидят на кухне за столом. Марат с Лией рядом, Вова перед ними. Ждет объяснений. Слушает, не перебивая, потом говорит вердикт
- С Хади Такташ надо перетереть. И с Разъездом тоже как раз они в ДК заваруху устроили. Ты, Лия, к Хади Такташ вообще близко не подходи.
- Вов, но я.. - она не договорила.
- Лия, всё. Ты поняла? -взгляд Вовы стал суровым. - Марат, ты отвечаешь следи за ней.
- Поняла, - она кивает.
Молчание.
- Ладно, - говорит Вова, отодвигая кружку. - Идите спать. Завтра разберёмся.
- Вов, - Марат поднимается, морщась от боли в боку. - А с Айгуль как?
- Приводи в гости, познакомь нормально, - Вова пожимает плечами. - Девушка же твоя. Но чтобы я видел. И чтобы без глупостей.
- Не моя она, - бурчит Марат. - Каких глупостей? - Марат делает невинные глаза, но Лия пихает его локтем, и он улыбается.
Они с Маратом уходят. Вова ещё сидит на кухне, один. Допивает чай, смотрит в окно на тёмную улицу. Думает о Хадишка, о Разъезде. И о том, что Лия выросла не такой, как он хотел она стала жёстче, чем он думал. Но, может, это и к лучшему.