Довольство. Часть третья
На меня уставились возмущённо и в то же время удивлённо. Лань Чжань ещё крепче стал придерживать меня:
-Та что ты меня так схватил! Не буду я об него руки марать. Больно надо.— он неуверенно,но отпустил меня.
Вэй У Сянь ответил на вопрос старикашки:
-Наверное, потому что там поселилась тварь, что пожирает людей?—пф,мой вариант был лучше.
Он слышал тысячи и тысячи мифов о подобных существах и собственноручно убил не меньше нескольких сотен, так что слегка разочаровался. Тем временем шарлатан неровным голосом продолжал:
-Так точно! Ходят слухи, что в лесу подле хребта стоит«крепость-людоед», в которой живут чудовища, питающиеся человечиной. Они тотчас же пожрут любого, кто забредет в те края и переступит порог их дома, и крошек не оставят! Ни один труп так и не был найден – ни разу! Жуть, правда?
Теперь понятно, почему Цзинь Лин оказался здесь. Ему не удалось совладать с богиней на горе Дафань, и, похоже, что он прибыл сюда за чудовищем хребта Синлу. Вэй У Сянь воскликнул:
-Не то слово – жуть! Но если, как ты говоришь, не нашли ни одного трупа и даже ни единой крошки, то откуда известно, что тех несчастных именно сожрали?
Шарлатан замялся на секунду, но все же ответил:
-Значит, кто-то все видел, разве не очевидно?
Я восхищенно ахнула:
-Но не далее как минуту назад, ты не говорил, что любой, кто переступит порог их дома, будет тотчас же сожран? Тогда, во имя Небес, кто же положил начало этим слухам? Кто этот могучий человек, который все видел своими собственными глазами и при этом выжил, чтобы рассказать о том, что творится в крепости?
Шарлатан ответил:
-Так говорят люди. Откуда мне знать?
Я произнесла:
-Тогда, может быть, ты знаешь, сколько именно людей сожрали у хребта Синлу? Когда? Их возраст? Пол? Имена? Где они жили?
Шарлатан сказал:
-Я не знаю.
Я спросила:
-Еще раз, как тебя называют? Всезнайка из Цин Хэ? Что-то не похоже.
Шарлатан сердито подхватил свою корзину:
-Слухи не настолько точны!
Вэй У Сянь засмеялся:
-Погоди, погоди, не уходи! Ответь нам еще на пару вопросов. Хребет Синлу ведь находится в Цин Хэ, так? А Цин Хэ лежит в зоне ответственности Ордена Цин Хэ Не, верно? Так почему же у хребта Синлу стадами разгуливают чудовища, а Орден закрывает на это глаза?
К удивлению Вэй У Сяня, на этот раз шарлатан не ответил: «Я не знаю». Вместо этого тень презрения проскользнула по его лицу:
-Орден Цин Хэ Не? Если бы это был прежний великий Орден, то, конечно же, он не закрыл бы на это глаза. На следующий же день после появления слухов его адепты прочесали бы местность и быстро и решительно уничтожили чудовищ. Но сейчас во главе когда-то великого Ордена стоит, кхм… «Незнайка».
Прошлым главой Ордена Цин Хэ Не был Чи Фэн Цзунь, Не Мин Цзюе. После того, как глава Ордена Ци Шань Вэнь, Вэнь Жо Хань, довел до белого каления позапрошлого главу Ордена Цин Хэ Не и отца Не Мин Цзюе и Не Хуай Сана, старший сын, привыкший делать все в жесткой и непреклонной манере, принял бразды правления в свои руки, хотя ему не исполнилось и двадцати лет. Кроме того, Не Мин Цзуэ был старшим названным братом Цзэ У Цзюня, Лань Си Чэня, и Лянь Фан Цзуня, Цзинь Гуан Яо. После Аннигиляции Солнца Орден Цин Хэ Не расцвел под его руководством, его величие и мощь почти достигали уровня Ордена Лань Лин Цзинь. Однако Не Мин Цзуэ настигло искажение Ци, и он скончался на глазах у огромного количества народа. Следующим в очереди на главу Ордена шел его младший брат, Не Хуай Сан. Вэй У Сянь полюбопытствовал:
-Почему ты назвал его «Незнайка?
Шарлатан ответил:
-Ты разве не знаком с этой историей? О чем бы ты ни спросил главу Ордена Не — он не знает ответа и ничего тебе не скажет; а ежели он все-таки знает ответ, то он побоится его озвучить. Но если ты вдруг насядешь на него и начнешь допрашивать жестко и твердо, то он будет рыдать в голос и яростно мотать головой, приговаривая: «Я не знаю, я не знаю, я ничего не знаю!» и жалобно умолять отпустить его. Теперь понятно, почему его называют «Незнайка»
В юности мы с Не Хуай Саном учились вместе, так что нам было что сказать об этом человеке. Не Хуай Сан был по натуре незлым человеком, и безнадежно глупым его тоже назвать было нельзя. Он не стремился старательно овладевать наукой, но зато преуспевал там, чего желало его сердце: расписывание вееров, охота за птицами, ловля рыбы руками или же прогуливание занятий. А вот его одаренность как заклинателя все же была весьма скудной, и он сформировал Золотое Ядро на восемь-девять лет позже своих ровесников. При жизни Не Мин Цзуэ очень досадовал, что из его младшего брата не выходило достойного мужчины, и всегда строго воспитывал его, однако едва ли это возымело хоть какой-то успех. Сейчас Не Хуай Сан остался без покровительства и понуканий своего брата, и былая слава Ордена Цин Хэ Не под его руководством очень быстро сошла на нет. Уже во взрослом возрасте, после становления во главе Ордена, Не Хуай Сан постоянно сталкивался с различного рода заботами и неприятностями и отчаянно искал помощи, особенно часто он обращался к младшим названным братьям Не Мин Цзуэ: сегодня он жалуется Цзинь Гуан Яо в башне Кои, а завтра плачется Лань Си Чэню в Облачных Глубинах. И только лишь при их поддержке Не Хуай Сан насилу смог укрепиться на позиции главы Ордена Цин Хэ Не. Сейчас же, когда его имя невзначай всплывает в разговоре, никто не рискнет высказаться вслух, но у всех на лицах можно прочитать: размазня и болван.
Разворошив в памяти события прошлого, я не смогла удержаться от печального вздоха.
Закончив расспрос шарлатана о хребте Синлу, Вэй У Сянь не забыл посодействовать его торговле и приобрел две коробочки с румянами. Он спрятал покупки в карманы и вернулся к нам. Лань Чжань по-прежнему словно и не собирался забирать назад свой мешочек с деньгами. Храня молчание, мы прошествовали в направлении, указанном шарлатаном.
Хребет Синлу густо порос сосновым лесом, но под сенью деревьев петляла довольно широкая тропа. Мы прошли уже довольно много, однако ничего необычного нам не встретилось. Впрочем, мы и не питали сильных надежд и заглянули сюда лишь на всякий случай. Если бы пугающие слухи, ходящие об этом месте, оказались верны, то наверняка сведений было бы гораздо больше. К примеру, в случае с богиней-пожирательницей душ на горе Дафань любой заклинатель с легкостью мог установить имена жертв и места их жительства. Но шарлатан не припомнил никаких деталей, следовательно, скорее всего, люди приукрасили правду, а то и вовсе сочинили всю историю от и до.
Примерно через час мы, наконец, встретили хоть какое-то сопротивление:вдалеке показались семь или восемь пошатывающихся человеческих фигур, имевших помутневшие белки глаз и завернутых в лохмотья, которые, казалось, мог сдуть даже самый слабый порыв ветра. Все эти признаки и чрезвычайная медлительность в довесок выдавали в фигурах ходячих мертвецов самого низкого уровня.
Эти мертвецы не могли тягаться не только со своими более совершенными «собратьями»: встреть они мало-мальски сильного человека — тот одним пинком повалит целый их строй; наткнись на более-менее проворного ребенка — тот вмиг убежит от них. Даже если жертве очень сильно не повезет, и ходячие мертвецы все-таки изловчатся и высосут из нее немного энергии Ян, то все равно смерть от этого не наступит. Единственное, чем они могли отпугнуть, – противным внешним видом и дурным запахом. Именно поэтому во время ночной охоты старшие адепты проходили мимо подобных тварей и оставляли их ученикам: никто в здравом уме не будет преследовать крыс, когда есть тигры и пантеры.
При виде кучки ходячих мертвецов я с шиди быстро сообразили, что последует далее,потому вновь проворно нырнули за спину Лань Ван Цзи. И в самом деле, твари, вихляя и качаясь, подошли к нам на расстояние примерно двадцати метров, заметили меня и тотчас же в ужасе с небывалой прытью ретировались. Вэй У Сянь потер виски и, трепеща от напускного страха, повернулся к Лань Ван Цзи:
-Ого, Хань Гуан Цзюнь, ты такой могучий! Ходячие мертвецы убежали прочь, едва завидев тебя! Ха-ха-ха!
Лань Ван Цзи было нечего возразить в ответ.
Вэй У Сянь со смехом принялся его толкать:
-Пойдем, пойдем. Пора уходить с этого хребта. Сомневаюсь, что мы все-таки найдем здесь мало-мальски злобных тварей. Просто местные — большие любители почесать языки, вот и превратили обычных ходячих мертвецов в беспощадных чудовищ. Наверняка и «крепость-людоед» тоже всего лишь одна из их выдумок. Мы понапрасну тратим свои силы!
Лань Ван Цзи возобновил движение только после того, как Вэй У Сянь несколько раз подтолкнул его. Но не успели мы сравнять шаг, как вдруг из глубины соснового леса послышал яростный лай. Та чтож мне так не везёт!
Я мгновенно изменилась в лице, со скоростью молнии прошмыгнула за спину Лань Ван Цзи. Так сделал и братец,только бесстыдства ему не занимать,так что он ещё и обнял Лань Чжаня за талию.
Лань Ван Цзи произнес:
-Лай еще слишком далеко, зачем вы прячетесь?
Вэй У Сянь ответил, заикаясь:
-Я-я-я лучше на всякий случай спрячусь, а потом уже буду выяснять подробности. Ты его видишь? Где он?!
Лань Ван Цзи внимательно прислушался и через секунду сказал:
-Это черный пес-оборотень Цзинь Лина.
При упоминании этого имени Вэй У Сянь сразу же выпрямился, но, услышав новую волну лая, вновь присел и скукожился. Лань Ван Цзи продолжил:
-Если пес-оборотень так надрывается, то что-то определенно случилось.
Я дрожащим голосом сказала:
-Т-т-тогда надо проверить, что!
Лань Ван Цзи по-прежнему стоял неподвижно. Вэй У Сянь жалобно запричитал:
-Хань Гуан Цзюнь, пожалуйста, иди вперед!
-Может для начала ты его отпустишь!
Однако, в конце концов, они так и тронулись в путь вдвоем, спотыкаясь на каждом шагу. Мы шли на лай собаки, но уже совершали по сосновому лесу второй круг и до сих пор ничего не обнаружили. Вой пса-оборотня тоже то приближался, то удалялся. Я, наконец, немного свыклась с этими звуками и даже перестала заикаться:
-Похоже, мы бродим по лабиринту.
Этот лабиринт определенно был делом рук человека. Некоторое время назад сам Вэй У Сянь говорил, что все истории о хребте были не более, чем выдумкой, однако сейчас дело принимало совсем другой оборот.
Черный пес-оборотень лаял уже пятнадцать минут без перерыва и до сих пор не выдохся. А жаль. Тем временем мы нашли способ выбраться из западни, и теперь шли прямо на собачий вой. Вскоре вдалеке, среди хвойных деревьев, проступили силуэты небольших, но мрачных каменных фортов.
Они были сложены из серовато-белых камней и сплошь покрыты ярко-зелеными вьющимися растениями и опавшими листьями. Каждый форт имел вид весьма необычной полусферы, словно пиала, перевернутая вверх дном.
Кто бы мог подумать, что на хребте Синлу действительно окажутся форты? Похоже, что дыма без огня и вправду не бывает. Однако пока еще рано было судить, действительно ли это пресловутая «крепость-людоед» и что за создания обитали в ней.
Черный пес-оборотень Цзинь Лина беспокойно наматывал круги вокруг фортов, иногда тихо потявкивая, а иногда бешено завывая. Увидев приближающегося Лань Ван Цзи, собака в страхе отступила, но не убежала, а вместо этого принялась лаять еще яростнее, всматриваясь в сторону каменных фортов и оголтело роя землю передними лапами. Мы спрятались за Лань Ван Цзи и выдавили:
-Почему он не уходит прочь?.. И где его хозяин? Куда делся Цзинь Лин?!
Все это время они слышали лишь надрывный лай собаки, но никаких звуков от Цзинь Лина, даже ни единого крика о помощи. Очевидно, что черного пса-оборотня сюда привел его хозяин, перед этим вырвавшись из лабиринта, как и мужчины до этого. Однако куда же потом исчез сам Цзинь Лин?
Лань Ван Цзи сказал:
-Нужно зайти внутрь и все проверить.
Вэй У Сянь ответил:
-Как? Здесь же нет входа.
Входа действительно не было: серовато-белые камни плотно прилегали друг к другу, безо всяких намеков на двери или окна. Собака повизгивала и подпрыгивала, словно желая вцепиться в полы мантии Лань Ван Цзи, но все же не отваживалась. Тогда она обогнула препятствие и ухватилась зубами за край одежды Вэй У Сяня, таща того за собой.
Вэй У Сянь едва не испустил дух и потянул руки к Лань Ван Цзи:
-Лань Чжань… Лань Чжань, Лань Чжань… Лань Чжань, Лань Чжань, Лань Чжань!!!
Собака волокла куда-то Вэй У Сяня, а Вэй У Сянь, в свою очередь, тянул Лань Ван Цзи,а я держала руку Лань Ван Цзи. Вот такой паровозик. Пес-оборотень протащил нас вдоль фортов и привел к тыльной стороне каменной крепости. К их удивлению в стене оказался вход высотой примерно с человеческий рост. Края его были неровными, а вокруг валялись осколки камней: очевидно, что дыру проделали недавно. Внутри стояла кромешная тьма, если не считать слабого красного света. Сделав свое дело, собака разжала зубы, пару раз гавкнула на вход и ошалело замахала хвостом.
Похоже, что Цзинь Лин силой проник в каменную крепость, но внутри с ним приключилась беда.
Би Чэнь сам по себе обнажился на пару сантиметров, и его лезвие засветилось холодным голубым сиянием, освещающим им путь. Лань Ван Цзи пригнулся и вошел первым. Присутствие собаки уже едва не довело Вэй У Сяня до помешательства, поэтому я уступила ему идти за Лань Чжанем,а сама шла последней.
Черный пес-оборотень явно желал последовать за ними и даже попытался забежать внутрь, но какая-то сила словно преграждала ему путь, не давая войти. Собака изо всех сил пыталась прорваться сквозь помеху, но все попытки не увенчались успехом, и ей только и оставалось, что сесть у входа и лишь яростнее вилять хвостом. Вэй У Сянь так возликовал, что готов был пасть на колени. Он убрал руку от Лань Ван Цзи и вошел за ним внутрь. Холодный голубой свет, рассеиваемый мечом, во мраке форта представлялся почти белым.
Хребет Синлу весь зарос высокими, густыми деревьями, так что внутри оказалось весьма зябко. К тому же, сейчас они находились внутри каменной крепости, где было еще прохладнее, поэтому очень скоро легко одетая я почувствовала, как зловещий ветер свободно задувает мне за шиворот, осушая холодный пот, проступивший при виде собаки. Свет, шедший снаружи, уже давно исчез из виду, словно потушенное пламя свечи. Чем глубже они продвигались, тем темнее и просторнее становилось.
Потолок каменного форта был сводчатым: Вэй У Сянь пнул пару камней и послышалось слабое эхо.
Мы больше не могли терпеть и замерев на месте, прижали одну руку к виску, а второй потирали брови.
Лань Ван Цзи обернулся и спросил:
-Что случилось?
Вэй У Сянь ответил:
-Так громко.
-У меня сейчас голова взорвётся.
В каменной крепости стояла гробовая тишина, как на кладбище. На самом деле, и в самой крепости было что-то от кладбища.
Однако сейчас мы слышали, как разноголосый галдеж окружает нас.