138 глава
Слухи о Бакуго и Юки, "главной сплетне года" в агентстве, не утихали. Поэтому, когда Изуку предложил всем собраться у него вечером, чтобы "просто расслабиться", истинная причина была понятна без слов. Изуку, конечно, старался сохранять невинное выражение лица, но его глаза, привыкшие замечать каждую мелочь, выдавали его с потрохами.
Вечер начался с лёгкого напряжения. Юки пришла в своём обычном чёрном наряде, с абсолютно невозмутимым лицом, словно она здесь просто по ошибке. Кацуки, как всегда, ворвался с шумом, первым делом устроив перепалку с Тодороки из-за места на диване. Но к моменту, когда бутылки опустели наполовину, а настроение стало более непринуждённым, неловкость улетучилась, сменившись открытым поддразниванием.
— Ну, Каччан, — начал Изуку, покрасневший от алкоголя и веселья, — а Юки действительно хорошо выглядит, когда злится! Особенно когда ты заставляешь её краснеть!
Мина захихикала, прижимаясь к Киришиме.
— Ой, да! Это так мило! Сегодня он ей кофе принёс, представляете? Прямо на рабочий стол! А она такая: "Я не просила!", а он: "А я не спрашивал!" — Мина скопировала голоса с преувеличенной драматичностью.
Юки сидела, сцепив пальцы в замок, её глаза метали молнии. Она пыталась сохранить спокойствие, но алкоголь и ехидные комментарии друзей подтачивали её самообладание.
— Вы все идиоты, — прорычала она, пытаясь изобразить безразличие, но её щёки уже выдавали лёгкий румянец.
Кацуки, который уже был изрядно пьян, сидел рядом с ней на диване, его рука небрежно лежала на спинке дивана, почти касаясь её волос. Он слушал все эти разговоры, и его губы растянулись в широкой, наглой усмешке.
— А что, она правда хорошо смотрится, когда злится, — Кацуки повернулся к Юки, притянул её к себе за плечо, так что она почти уткнулась ему в шею, и громко заявил, обращаясь к остальным, — И когда краснеет, тоже неплохо! Особенно когда это из-за меня!
Из-за его пьяного заявления и притяжения к себе Юки покраснела до корней волос.
— Бакуго! — зашипела она, пытаясь вырваться, но его хватка была крепкой.
Все вокруг разразились хохотом. Изуку, уже едва держась на ногах, радостно хлопал в ладоши, а Мина визжала от восторга. Кацуки просто наслаждался видом, как Юки смущается и пытается его придушить, пока он в ответ лишь злорадно ухмылялся.
— Видите? Ей нравится! Она просто стесняется , интересно почему)— крикнул он, подмигивая друзьям, чем только подлил масла в огонь.
Через некоторое время, когда уровень поддразниваний стал невыносимым, Юки резко поднялась с дивана.
— С меня хватит. Мне нужно проветриться. — Она схватила пачку сигарет и вышла на балкон, оставив за собой громкий смех и ехидные комментарии.
Она прикурила сигарету, вдыхая горький дым и пытаясь успокоить колотящееся сердце. Горячие щеки никак не остывали. Это было невыносимо.
Дверь балкона снова открылась, и на пороге появился Кацуки. Его глаза были чуть затуманены алкоголем, но взгляд по-прежнему был острым и сосредоточенным на ней. Он не сказал ни слова, просто подошел к ней сзади.
Юки почувствовала его приближение, но не успела отреагировать. Он обнял её крепко, прижимая к себе. Его подбородок упёрся ей в макушку. Она вздрогнула.
— Что ты делаешь, идиот?! — прошипела она, пытаясь вырваться из его объятий, но Кацуки лишь крепче прижал её к себе.
Его губы скользнули по её волосам, а затем мягко коснулись нежной кожи её шеи. Легкий поцелуй, почти невесомый, заставил Юки вздрогнуть всем телом.
Она замерла, сигарета выпала из её пальцев на пол. Её глаза расширились, а из горла вырвался высокий, почти нечеловеческий крик.
— АААААААААА! БАКУГО! ТЫ... ТЫ...!
Её крик был смесью шока, ярости и чего-то очень, очень смущённого. Он эхом прокатился по квартире, заставив всех внутри замолчать.
Кацуки лишь отстранился, его лицо расплылось в широкой, абсолютно довольной улыбке. Он склонил голову набок, игнорируя её яростный взгляд, и нагло подмигнул ей.
— Что? Мне казалось что уже можно..) — Голос его был хриплым от алкоголя, но полным самодовольства. Он повернулся и, пошатываясь, пошёл обратно в квартиру, оставив Юки на балконе, красную как помидор, с дрожащими руками и полным отсутствием слов.
— Я похоже скоро свихнусь... И самое ироничное мне нравится... — Юки подняла сигарету и решила докурить ее. Ибо такого Кацуки она не помнила уже давно..
Девушка вернулась в квартиру через несколько минут, её лицо всё ещё пылало, а глаза метались по комнате, избегая взгляда Кацуки. Друзья, заметив её состояние, пытались скрыть свои улыбки и делали вид, что увлечены разговором. Изуку что-то бормотал про новую технику, а Мина слишком громко обсуждала чей-то костюм.
Юки, чтобы хоть немного остыть, направилась на кухню за водой. Едва она успела налить стакан, как почувствовала горячее дыхание у себя за ухом.
— Ну что, испугалась? — прошептал Кацуки, который незаметно подкрался сзади. Он был ещё пьян, но его голос звучал скорее довольно, чем ехидно. Его рука скользнула по её талии, притягивая к себе. — А ты милая, когда злишься и кричишь, мне нравится..
Юки подавилась водой.
— Кацуки Бакуго! Убери свои руки! — Она попыталась вырваться, но он лишь крепче прижал её к себе, уткнувшись носом в её волосы.
— От тебя пахнет дымом, когда ты бросишь уже?— пробормотал он, а затем, к её полнейшему шоку, оставил поцелуй в районе ее щеки.
Юки вскрикнула, отшатнувшись так резко, что чуть не уронила стакан. Её лицо снова вспыхнуло красным. На этот раз её испанский стыд был настолько силён, что она просто не могла произнести ни слова. Заметив взгляды из гостиной, которые были прикованы к ним, Юки резко оттолкнула его.
— Я еду домой! — бросила она, схватила свою сумку и направилась к выходу.
Кацуки, пошатываясь, последовал за ней, на его лице играла всё та же пьяная, самодовольная улыбка.
— Вместе доедим. — заявил он, и прежде чем Юки успела возразить, уже выхватил ключи от машины.
Поездка домой прошла в напряжённой тишине. Юки сидела, отвернувшись к окну, стараясь не смотреть на Кацуки, который, хоть и был пьян, вёл машину с пугающей уверенностью. Она чувствовала, как её лицо снова и снова заливается краской при каждом воспоминании о его выходках.
Когда они наконец добрались до её квартиры, Юки поспешила выйти из машины, не сказав ни слова. Но Кацуки, конечно же, пошёл за ней.
— И что это было? — пробормотала она, когда он вошёл следом. — Ещё и здесь цирк устраивать будешь?
Кацуки лишь фыркнул, закрывая за собой дверь. Его взгляд задержался на ней, и он вдруг повалился на диван, вытянув ноги.
— Устал. Хочу спать.
Его поведение резко изменилось. Он выглядел... почти беспомощным, по-кошачьи развалившись на её диване, весь такой вальяжный и расслабленный. Юки лишь вздохнула.
Она пошла в ванную, чтобы смыть с себя запах вечеринки и смущения. Вернувшись, она обнаружила Кацуки уже в её кровати, зарывшегося в одеяло. Он спал, но его рука была протянута к месту рядом с собой. Юки, тяжело вздохнув, легла рядом. Они уже давно начали спать вместе, ну а точнее после посиделок у Изуку.
Утро встретило её привычной для Кацуки наглостью. Она проснулась от того, что его рука обнимала её, а его лицо было зарыто в её волосах. Он нежно дышал ей в шею, и его грубая щека щекотала её кожу.
— Ну и утро, — пробормотала Юки, пытаясь высвободиться.
— Ммм, — промычал Кацуки, лишь крепче прижимая её. — Не рыпайся. Ты тёплая.
Он вёл себя как самый настоящий домашний кот, мурлычущий и требующий ласки. Он нежно поцеловал её в плечо, затем уткнулся носом в волосы.
— Мне пора, Бакуго, — сказала она, чувствуя, как по щекам снова разливается предательский румянец.
— Куда? — Он поднял голову, его глаза были сонными, но в них читалось явное нежелание отпускать её. — Останься. Мы еще кофе даже не выпили.
Он снова притянул её к себе, обнимая так крепко, словно она была его личной подушкой. Его ладонь легла ей на талию, нежно поглаживая.
Юки застонала.
— Ты невыносим! — пробормотала она, но внутри что-то сладко ёкнуло. Она привыкла к его грубости, к его агрессии, но вот эта... эта нежность, которую он проявлял, будучи пьяным и теперь с спросонья, совершенно выбивала её из колеи.
Он поднял голову, посмотрел на неё, его взгляд был необычайно мягким, а затем он усмехнулся.
— А тебе нравится, — прошептал он, и его палец нежно провёл по её щеке. — Просто не хочешь признавать.
Юки почувствовала, что ещё чуть-чуть, и она просто взорвётся от смущения. Она понимала, что официально никаких предложений не поступало, никаких серьёзных разговоров не было. Но по его поведению, по этим объятиям, по этому нежному прикосновению, по его заявлениям... он вёл себя именно так, словно они уже пара, словно это было само собой разумеющимся. И, к её собственному удивлению, это было не так уж и плохо. И ей нравилось , хоть она этого и не признавала. Пока что...