136 глава
После той перепалки Юки полностью ушла в глухую оборону. Её нервы были на пределе, и малейший шорох заставлял её вздрагивать. Разговоры с Кацуки стали односложными, её обычные острые ответы сменились отстраненным молчанием. Она будто возвела вокруг себя невидимую стену, за которой прятались все её эмоции. Её движения стали более резкими, а взгляд — холодным и колючим, особенно когда в поле зрения появлялась Акари. Он понимал это состояние , они забрали ее такой , если не хуже из красных зон. Кацуки чувствовал эту отстраненность, и она его бесила. Он пытался пробить её оборону, но натыкался лишь на глухую стену.
Праздничный вечер в честь успешной миссии был организован в одном из банкетных залов агентства. Музыка, смех, легкий гул разговоров наполняли просторное помещение. Кацуки был там, но его взгляд был прикован исключительно к Юки. Она стояла у дальней стены, потягивая какой-то безалкогольный напиток, стараясь слиться с фоном. Он видел, как она время от времени сжимает стакан в руке, как её глаза сканируют толпу, будто в поисках угрозы.
Акари, конечно же, не могла упустить такой возможности. Она порхала по залу, ослепительно улыбаясь и неизменно возвращаясь к Кацуки.
— Кацуки-кун, ну что ты там один стоишь? — она игриво подтолкнула его локтем, когда он в очередной раз проигнорировал её. — Иди потанцуй! Или хотя бы выпей со мной! У нас столько всего общего, столько воспоминаний...
Кацуки лишь фыркнул, отстраняясь.
— У меня нет с тобой никаких "воспоминаний", Хошино. Отвали от меня. Или ты не понимаешь слова нет?!
Его глаза снова нашли Юки, которая теперь медленно направлялась к столу с закусками. Акари, заметив, куда смотрит Кацуки, усмехнулась и, прихватив бокал шампанского, направилась напрямик к Юки.
— О, Юки! А я тебя и не заметила, — пропела Акари, её голос был слишком сладок. Она демонстративно встала рядом с ней. — Всё так же прячешься в тени? Я помню, в средней школе ты тоже предпочитала быть незаметной, хотя и была агрессивной. Но знаешь, иногда нужно уметь блистать! Как вот мы с Кацуки. Мы ведь всегда были такой яркой парой, не так ли? Даже тогда, когда соревновались, кто лучше...
Юки резко повернулась к ней, её глаза сузились. В её руке был бокал с чем-то крепким, который она выпила залпом.
— Что ты несёшь, Хошино? — её голос был низким и опасным. — Ты никогда не была "парой" ни с кем, кроме собственного отражения в зеркале. И твои "соревнования" всегда были лишь жалкими попытками привлечь внимание.
— Ой, ты ревнуешь что ли? — Акари наклонилась ближе, её улыбка стала издевательской. — Тебе же всегда не хватало... харизмы, да? Для Кацуки нужен кто-то яркий, кто-то, кто может светить так же сильно, как он! А ты... ты всегда была просто хорошим инженер, хотя скорее удобное приложение , дорогая.
— Я была куда больше, чем "просто инженером", когда тебя ещё учили, как правильно держать удар, — Юки сделала шаг навстречу, её тело напряглось. — И, в отличие от тебя, я никогда не прикрывалась чужими заслугами и не лезла в чужую жизнь, пытаясь изобразить из себя то, чем не являюсь.
— Ты меня оскорбляешь?! — голос Акари повысился, привлекая внимание. Она выхватила из кармана какой-то небольшой предмет, похожий на маркер, и он мгновенно засветился. — Ну что ж, давай посмотрим, насколько ты "больше"! Может, я научу тебя манерам!
— Давай! — выплюнула Юки, её глаза горели диким, зеленым огнем. Алкоголь и месяцы подавленного гнева хлынули наружу.
Акари метнула луч света из маркера в сторону Юки, но та уже была готова. Её тело, натренированное несколькими годами в самых неблагоприятных условиях, среагировало мгновенно. Это были не отточенные движения героя, а рефлексы наемника, привыкшего выживать. Она отбросила пустой бокал и, чуть присев, увернулась от луча, который прожег стену за ней.
Акари, полагаясь на свою причуду и ловкость, ринулась первой. Её движения были быстрыми, почти танцевальными. Она нанесла серию быстрых ударов ногами, целясь в голову и корпус, одновременно выпуская короткие, ослепляющие лучи из ладоней, чтобы дезориентировать Юки. Но Юки двигалась с леденящей расчетливостью. Она не пыталась увернуться от всех ударов, а блокировала их предплечьями, принимая на себя часть энергии, но тут же перенаправляя её. Её защита была непробиваемой, каждое движение было направлено на то, чтобы нейтрализовать противника, а не просто отразить атаку.
Когда Акари попыталась нанести удар ногой в голову, Юки резко пригнулась, проскользнула под её ногой, схватила Акари за опорную лодыжку и мощным, выверенным движением повалила её на пол. Акари, оказавшись на полу, тут же попыталась оттолкнуться ногами и выпустить луч в лицо Юки. Но Юки, предвидя это, уже нависла над ней. Её правая рука схватила запястье Акари, выкручивая его, а левая перехватила её ногу. Юки нанесла несколько резких, жестких ударов локтем в бок Акари, целясь в рёбра. Акари застонала. Затем, с тем же отсутствием милосердия, с которым наёмник добивает раненого противника, Юки схватила Акари за волосы на затылке и с силой дёрнула, заставляя голову Акари удариться о пол.
- ДАВАЙ, ЮКИ! ЗАДАЙ ЕЙ ЖАРУ!" — заорал Киришима, который уже давно наблюдал за развитием событий, с восторгом и гордостью. Другие герои пытались разнять их, но Кацуки, стоявший чуть поодаль, не двигался. Он видел не просто драку, а выход той ярости, которую Юки так долго подавляла. Его взгляд был напряжен, но в нем читалось не только понимание, но и нарастающая тревога. Он видел в её глазах не гнев, а ту абсолютную пустоту, которая предшествует убийству.
Акари, используя свою ловкость, вывернулась из захвата Юки, перекатившись через плечо. Она быстро вскочила на ноги, выпуская широкий луч света, чтобы отбросить Юки назад. Затем она нанесла серию быстрых ударов кулаками, пытаясь прорвать оборону Юки. Её движения были быстрыми, но не всегда точными.
Юки, восстановив равновесие, ждала. Она уклонилась от первого удара, заблокировала второй, а затем, когда Акари попыталась нанести удар в корпус, Юки перехватила её руку, сделала резкий поворот, используя импульс Акари против неё. Акари завизжала, когда Юки, используя свой вес и технику, провела чистый бросок через бедро. Акари тяжело приземлилась на спину, выбив из себя воздух.
Прежде чем Акари успела оправиться, Юки оказалась над ней. Она прижала коленом к груди Акари, зафиксировала её руки за головой, удерживая запястья одной рукой. Другая рука Юки, сжатая в кулак, замерла в сантиметре от лица Акари. Глаза Юки были холодными, как лед, но в них горел огонь, обещавший расплавить всё на своем пути. Акари задыхалась, её лицо было бледным от страха и унижения, а из причёски выбились пряди волос, вырванные с корнем.
В этот момент Кацуки, который наблюдал за всем, как за замедленной съемкой, понял: она может её убить. Это был не просто гнев. Это была боль, ревность, предательство и весь тот ад, через который Юки прошла в своей жизни, научившись сражаться за себя. И теперь она была готова сжечь весь мир, лишь бы никто больше не покушался на её хрупкое счастье. Он увидел, что Юки находится на грани, её кулак почти касался лица Акари, и в её глазах читалась готовность довести дело до конца.
Он двинулся вперед, его шаги были твердыми и решительными.
— Хватит! — рыкнул он, его голос прозвучал как взрыв.
Кацуки подошел к Юки, положил руку на её плечо и крепко сжал.
— Хватит, ведьма. Ты доказала свою точку.
Он потянул её вверх, отрывая от Акари, которая всё ещё лежала, тяжело дыша и дрожа. Юки сопротивлялась, её тело дрожало от остатков адреналина, но Кацуки держал её крепко. Он обернулся к Акари, его взгляд был ледяным, убийственным.
— Хошино, — произнес Кацуки, его голос был низким и лишенным всякого тепла. — Это последнее предупреждение. Если ты ещё хоть раз приблизишься к ней, или попытаешься хоть что-то вякнуть про "искры" или "пары", я лично размажу тебя по стенке. Поняла? Моё терпение лопнуло. А теперь держись подальше. От нас обоих.
Кацуки буквально вынес Юки из зала, не отпуская её ни на секунду. Он чувствовал, как её тело всё ещё дрожит от остаточного адреналина, но ярость в ней постепенно сменялась чем-то другим. Едва они оказались в относительно пустом коридоре, Юки вырвалась из его объятий.
— Какого чёрта, Кацуки?! — Её голос был низким и хриплым, в нём звучала не только злость на Акари, но и горькое недоумение. — Ты... ты просто стоял и смотрел?! Она оскорбляла меня, лезла к тебе, а ты... ты просто отмахивался от неё, как от надоедливой мухи! Или вообще отмалчивался, будто всё это в порядке вещей! Да что с тобой не так?!
Юки отшатнулась, её взгляд был полон боли.
— Ты видел, как она меня доводила? Ты слышал, что она несла? И ты... ты просто ждал, пока я сорвусь? Или тебе было весело наблюдать за этим цирком?! Я думала, ты... Я думала, ты понимаешь! А ты просто стоял и смотрел, как я могла ее убить! Мне снова стоит включить режим "Пандоры"?! Так точно будет лучше!— Она злилась. Ведь Кацуки знал все то что происходило с ней и самое главное видел.
Кацуки не ожидал такого напора. Он всегда считал, что его действия говорят громче слов, но сейчас Юки, казалось, видела только его бездействие. Он попытался дотронуться до неё, но она отшатнулась, как от огня.
— Юки, стой, блять!— начал он, но она его перебила.
— Нет, не стой! — выкрикнула она, её глаза блестели от непролитых слёз. — Я думала, что между нами... что-то есть. Что ты на моей стороне. А ты просто позволил ей растоптать меня, а потом, когда я уже была готова её прикончить, ты вдруг вспомнил, что я существую! Ты... ты урод!
С этими словами она развернулась и, не оглядываясь, пошла прочь по коридору, оставив Кацуки одного, сжимающего кулаки. Его всегда раздражала чужая слабость, но сейчас он чувствовал, как эта "слабость" Юки — её боль, её обида — проникает под кожу, обжигая. Он хотел её защитить, но в её глазах он выглядел как тот, кто её предал.
***