Череда событий
Прошло несколько дней. За это время мало что изменилось. Разве что Гермиона помирилась с Роном, а Рон помирился со мной и всё как всегда: мир-дружба-жвачка. Гарри был очень рад примерению друзей, поэтому позвал нас пировать в Хогсмид. Там Рон признался, что очень любит Лаванду, но Гермиона была икренне рада за него, даже пообещала быть на их свадьбе подружкой невесты😎. Сам Гарри Поттер начал встречаться с Джинни. Они открыто не выражали свои чувства, чему Рон был очень рад, хотя сам чуть ли не у всех на виду обнимался со своей "Лав-Лав".
Драко сообщил мне, что хочет вступить в Орден Феникса и Нарцисса с Люциусом его в этом поддержали, ведь Волан-де-Морт проводил свои собрания у них дома, почти перебрался туда жить, а это жутко не нравилось Малфоям. Я была нисколько не против, но вот взрослые… Я отвела их в одну из штаб–квартир, поклявшись своим местом в Ордене, что они за нас. Только после этого Грозный Глаз и остальные члены Ордена Феникса согласились их взять. У меня были сомнения, что Волан-де-Морт может об этом узнать, но, как выяснилось, Малфои в совершенстве владеют окклуменцией, т.е. их мысли прочитать никто не сможет.
Сегодня последний день четверти, а завтра – долгожданные весенние каникулы. Для кого-то это в радость, а для меня–нет. В школе оставаться мне никто не разрешил, а отправляться к семейству Уизли было как-то страшно. Фред не может вечно сидеть в своём магазине, а видеть его мне не очень-то и хотелось. Одно только имя продолжало причинять боль, а если я его увижу, то… Поэтому решено было отправиться на площадь Гриммо.
Весь день занял исключительно сбор вещей, причём не только моих. Лина тоже уезжала домой, а вещей у неё было в два раза больше, поэтому пришлось ей помогать. Та, в свою очередь, тоже помогала мне, болтая во время сбора и рассказывая мне о последних школьных сплетнях.
–Кстати, Снейп исчез,-сообщила Лина.
– Как исчез?– я непонимающе посмотрела на неё. В последнее время я ни разу не видела Северуса. Видимо, он на собрании у Волди, но почему тогда так долго? Вдруг с ним что-то случилось? Мерлин, пожалуйста…
– Ты разве не заметила, что Защиту у нас вёл Флитвик?
–Меня в тот день не было, Лина.–сухо произнесла я, стоя у окна и смотря далеко вперёд. С этими разбирательствами в Ордене я перестала замечать очевидные вещи вокруг себя, но о родных я не забывала. С Клэр мы переписывались каждый день, и в каждом письме она рассказывала мне о дочери. Скарлетт исполнилось пять месяцев и она уже начала самостоятельно ходить и проявлять магические способности, радуя окружающих своими талантами. В ней было очень много от Джорджа. Взять хотя бы рыжие волосы, веснушки и повышенную активность. Чувствую, Клэр и Джордж ещё намучаются с ней, но это уже их проблемы, как бы грубо это не звучало.
–Извини, просто… Я не знаю, как сказать…Я влюбилась!
–Чего?–я повернулась к ней. –В кого, если не секрет?
Лина покраснела, как маков цвет, и еле выдавила из себя лишь одно слово:
–Чарли.
–Уизли?!–офигела я.– Драконолог Чарли Уизли?! Во имя Мерлиновых панталон, Лина, он же, мягко говоря, слегка староват для тебя… Но (!), –я не дала ей даже рта раскрыть и продолжила,– я не стану критиковать ваши отношения и лезть не в своё дело. Смотри, чтобы он тебе не разбил сердце.
Лина опустила голову.
–Я не знаю, что со мной! Почему меня так тянет на Уизли?! Сначала Рон, теперь Чарли…
– Вот уж не знаю.–я развела руками и легла на кровать,–Наверное, тебе просто нравятся рыжие. Они милые, но с огромным прибабахом. Проверено и научно доказано. Спокойной ночи,–отвернулась к стене и тут же погрузилась в царство Морфея.
★★★
Ранним утром, после всех формальностей, типа проверки по фамилиям и тычков Детектером лжи, я уже была в Лондоне, куда перенеслась с помощью аппарации, которую произвела на окраине Запретного леса. Так как я уже была совершеннолетняя мне не требовалось разрешение Министерства и я могла использовать магию по всякому поводу и без него.
В это время суток, 5 утра, на улицах было пусто. Я шла по Лондону, размышляя о своём. С Сириусом я не связывалась, не до того было. Где он–неизвестно. Это не радовало, а пугало. Наверняка он сидит где-нибудь в укрытии и не высовывается без надобности. Я не могла винить его, ведь жизнь дороже.
Процитировав в уме знакомый адрес и увидев дом, скрытый Фиделиусом от тёмных волшебников, я прошла внутрь и тут же в коридоре, наткнулась на… Сириуса?! Секунда, и мы оба стояли, направив друг на друга палочки.
– Какая тайная кличка профессора Люпина?–задала я наводящий вопрос, чобы проверить, настоящий ли это Сириус, или замаскированный Пожиратель Смерти.
– Лунатик.–без колебаний ответил мужчина. – Теперь я. Какое зло живёт в этом особняке и трепет всем нервы?
–Портрет Вальбурги Блэк и старина Кикимер.
Мы опустили палочки и вздохнули. Я бросилась ему на шею, чуть не повалив на пол.
–Сириус, как же я рада!–слёзы радости бежали по моим щекам, заливая белую рубашку Сириуса. –Где ты был?
–Пойдём, – он аккуратно разжал мои руки и повёл в гостиную, по пути произнося очищающие заклинания, приводя комнаты в порядок. – Я много где был, меняя страны и города как перчатки. Извини, что не связывался, рискованно было.…
Я молча кивала, сидя на диване и во все глаза глядя на Сириуса. Он не изменился, ни внешне, ни внутренне. Такие же неаккуратно подстриженные длинные волосы, лукавые серые глаза и задорная улыбка.
–… А теперь ты.– голос Сириуса вырвал меня из размышлений. Я непонимающе посмотрела на него, потеряв нить разговора. – Что тут у вас интересного произошло?
Вздохнув, я пустилась в воспоминания, стараясь ничего не пропустить. Сириус внимательно слушал, ни разу не перебив, лишь бессильно сжимая кулаки в те моменты, когда я говорила о своём разбитом сердце, морщась при любом упоминании о Наземникусе, задерживая дыхание и шумно выдыхая, слушая про Орден.
–... Беллатрисса Лейстрейндж пытала меня в особняке Малфоев, оставив клеймо, напоминающее о моём месте в обществе…- я осеклась, когда Сириус побледнел и схватился за голову.
– Я убью её!– Блэк зарычал и ударил кулаками по столу, с которого тут же полетели старые журналы. Затем, направился к двери.
–Сириус!–я вцепилась в его руку и, с трудом удерживая от совершения правосудия, усадила на диван. – Не надо это делать, умоляю, оно того не стоит. Скажи, ты знал об этом?
Сириус тяжело вздохнул, источая слабый запах сигарет. Неужели старая привычка вернулась? Ну я ему…
– Марисса всегда была странной женщиной, сколько я её помню. Однажды, она совершила ужасный поступок, с чего, собственно говоря, это всё и началось. Когда мы были подростками, она не дала милостыню просящей старушке, ведь она была маглом, а к ним Марисса питала нелюбовь с самого детства. Тогда старушка сняла свой балохон, явив всем молодую женщину удивительной красоты, и сказала слова, которые оказались пророческими: «Жестокость погубит тебя. Раз ты питаешь нелюбовь к маглорождённым, то пусть и твоя старшая дочь ею и будет!»–она исчезла, а Марисса лишь рукой махнула. Забеспокоилась она лишь после вашего рождения, когда сделала проверку на кровь. Пророчество той незнакомки сбылось. Поэтому твоя мать не любит тебя, как бы жестоко это не звучало. Мне жаль.
Я сидела, как громом поражённая. Так всё дело в моей матери. Теперь мне всё понятно, кроме одного.
–Акцио пророчество!–призвала я и ко мне в руки тут же прилетел шарик, который я таскала в дорожной сумке и не решалась открыть.
Переборов свой страх, я открыла шарик и из него полился таинственный голос.
–Родившаяся в канун Новогого года в несчастливое время, девушка будет связана с Избранным и поможет ему победить второго Избранного Судьбой. Её кровь будет не чиста…
Дальше я не слушала. Шарик выпал из рук и укатился куда-то в угол, а я медленно села на пол, пытаясь осмыслить сказанное. В том году нас с Гарри мучали одни и те же видения. Может, это вовсе не бред, а правда? Мерлин, за что мне всё это!
– А почему в канун Нового года?
– 13 января празднуют Старый Новый Год,– Сириус с беспокойством смотрел на меня. – Послушай, Рокси, я понимаю, тебе сейчас особенно тяжело, но перестань изводить себя мыслями об этом дурацком пророчестве. Кстати, я вас так с Днём рождения и не поздравил,– он достал из кармана небольшой круглый кулон инь-янь. – Это принесёт тебе удачу.
–Спасибо,–слабо улыбнувшись, повесила кулончик на шею.– Можно я пойду к себе?
– Конечно,–Сириус кивнул мне, я аппарировала в комнату и рухнула на кровать, стараясь забыть про прочество.
★★★
Дни в доме на площади Гриммо были похожи один на другой. Завтрак–безделье–обед–безделье–ужин–задушевные разговоры с Сириусом–сон. И так каждый день. Никакого разнообразия. Правда, в один из таких дней, точнее ночей, произошло кое–что ужасное.…
Pov Автор
Наступила ночь, окутав тишиной дом номер 12 на площади Гриммо. Его обитатели разошлись по комнатам после ужина.
Эклипса лежала на кровати, боясь даже думать о пророчестве. Почему она связана с Гарри? Какая роль отведена ей в этой Второй Магической войне Света и Тьмы? Вопрос много, а ответов никаких.
Нервно вскочив с постели, она натянула джинсы и отправилась вниз, на кухню, выпить огневиски, понимая, что уснуть сегодня вряд ли получится.
У подножия лестницы Эклипса увидела двух сцепившихся человек, в одном из которых узнала Сириуса, благодаря его тихим сдавленным ругательствам. Она сбежала вниз по ступенькам, на ходу доставая из кармана палочку. Но помощь была уже не нужна, дерущийся с Сириусом человек упал на пол. Сириус вырвал из его руки палочку и поднял голову. Она встретилась взглядом с его серыми глазами, а затем посмотрела на лицо поверженного противника.
– Стэн Шанпайк?! – удивлённо вскрикнула она, нарушив тишину спящего дома.
«Какого чёрта здесь происходит?»
Этот вопрос крутился в голове у Эклипсы последние несколько минут. Она задавалась им, когда Сириус в вежливой форме попросил её не шуметь, чтобы не разбудить портрет Вальбурги. Он крутился у неё в голове, когда Блэк закинул бесчувственного Стэна на плечо и, взяв её за руку, аппарироваал в свою комнату. Этот вопрос не давал девушке покоя, когда Сириус усадил парня на стул и взмахнул палочкой, из которой вылетели тонкие веревки, привязавшие кондуктора автобуса «Ночной рыцарь» к стулу. Но наружу вопрос прорвался только тогда, когда Блэк, достав какую-то пыльную склянку из ящика письменного стола, опрокинул её содержимое в приоткрытый рот бессознательного Шанпайка.
–Что ты ему дал? – спросила Блэк.
– Я дал ему сыворотку правды, - спокойно ответил Сириус.
– Сыворотку правды… Но зачем?
– Этот придурок проник в дом и напал на меня, ударив Круциатусом в спину, – попытался прояснить ситуацию мистер Блэк. – Очень скоро мы узнаем, что он скрывает. Или ты хотела, чтобы я применил пытки? Я, конечно, мог бы, но это совершенно не моё.
Эклипса не обратила внимания на его насмешку, пристально вглядываясь в исказившееся лицо Шанпайка.
– Сириус! Что с ним? Ты соврал мне? Это же была не сыворотка правды? – она в ужасе смотрела на неуловимо изменяющиеся черты лица парня.
–Успокойся, это заканчивается действие Оборотного зелья, которое он носит с собой, - мужчина вытащил из нагрудного кармана Стэна фляжку и бросил Эклипсе.
Она осторожно отвинтила крышку и вгляделась в источающий слабый запах напиток. Это действительно было Оборотное зелье. Вновь подняв глаза на привязанного к стулу человека, она уже не увидела кондуктора волшебного автобуса. Его волосы удлинились и почернели, лицо покрылось сетью морщин и приобрело какое-то пугающее хищное выражение. Рост немного увеличился… Через мгновение перед ней сидел совершенно другой человек.
Пленник распахнул глаза. Бледно-зеленые с янтарными прожилками, они смотрели пронзительно, будто пытались заглянуть в самую душу.
Эклипса отшатнулась назад и опёрлась о стол, тяжело дыша и не находя слов. Сириус же с равнодушным выражением лица щёлкнул серебристой зажигалкой, закурил и выпустил дым прямо в лицо злобно глядящему на них волшебнику.
– Ну, здравствуй, Руди, - презрительно сказал он. - Ты в курсе, что некрасиво нападать из-за спины?
– Иди к черту, Блэк! - рявкнул тот, обнажив ряд неровных зубов.
Сириус перевёл взгляд на наручные часы и довольно хмыкнул:
– Ещё … одна минута, Лейстрейндж, и ты объяснишь, какого хрена забыл в моём доме.
Эклипса стояла, судорожно вдыхая и выдыхая воздух, взгляд метался с безразличного к происходящему Сириуса к неподвижной фигуре привязанного к стулу волшебника. В глазах пленника плескалось безумие. То же безумие, с которым смотрела на неё его жена, прежде чем поднять палочку и злобно выкрикнуть: «Круцио!».
Сказать, что девушка была удивлена и напугана– ничего не сказать.
– Сириус, мы должны с ним что-то сделать.
– Я без тебя знаю.
Рудольфус хрипло расхохотался и язвительно проговорил:
– Хорош был план, а?
– План? – эхом отозвалась Эклипса, совершенно сбитая с толку.
– О, да, проникнуть в дом и убить Сириуса Блэка, а всю вину свалить на его родственницу.
– Хреновый был план, Руди, - невесело рассмеялся Сириус. - ты, видимо, забыл, что в этом доме невозможно вести себя тихо. Так, выкладывай,что ты на самом деле здесь забыл. И без глупостей!
– Пытался добыть медальон Регулуса Блэка. Один из крестражей. Кстати, крепкая ты девчонка, Блэк, раз выдержала пытки моей дорогой супруги. Чего не скажешь о твоих родителях.– пленник торжествующе посмотрел в лицо Эклипсе.
– Что ты имеешь в виду? – с дрожью в голосе спросила она.
– Твой отец взялся за ум и пытался уйти из Пожирателей, но от нас ещё никто не уходил. Живым. Твоя мать тоже поплатилась, за компанию, так сказать. Теперь ты знаешь, что такое потерять семью, не так ли?
Внутри у Эклипсы всё перевернулось. Крикнув что-то не своим голосом, она выхватила палочку.
- Авада…
Зеленый луч уже застыл на конце палочки, готовясь сорваться и поразить Пожирателя смерти, но Сириус обезоружил её
невербальным Экспеллиармусом и палочка отлетела куда-то в угол.
Она бросилась за ней, но Блэк уже схватил её за запястья, не давая довести дело до конца. Она смотрела на него яркими красными глазами и вырывалась, выкрикивая какие-то неразборчивые фразы, в которых сквозь хохот Лейстрейнджа можно было различить только «Пусти! Мама… Папа… Убить!» Но Сириус не давал ей вырваться.
Она лягала его ногами, бодала головой, царапалась, пытаясь заставить разжать руки. В конце концов, она ухитрилась укусить его за плечо. Сириус со свистом втянул воздух, но даже не пошевелился, когда на его белой рубашке красным пятном проступила кровь.
Увидев, что натворила, Эклипса опомнилась, и ошеломлённо уставилась на мужчину, будто увидела впервые в жизни. Наступившую тишину дома прорезал звук сдавленных рыданий. Она обмякла, уткнулась лицом в его плечо и заплакала, выпуская наружу боль, охватившую её после слов Лейстрейнджа.
- Какая бойкая девчонка, да, Блэк? Прямо тигрица!
- Заткнись, Руди, - раздражённо отозвался он, осторожно отпуская руки Эклипсы, готовый в любую секунду снова поймать её.
Но девушка лишь всхлипывала, не поднимая глаз, видимо погрузившись в свои мысли. Её руки, обретя свободу, не потянулись на поиски палочки, а легонько взялись за отвороты рубашки Сириуса, комкая мокрую от её собственных слёз ткань.
– Интересно, а ты с ней…
– Я же сказал тебе заткнуться! - мужчина выхватил из кармана палочку и метнул в Пожирателя оглушающее заклятие. Судя по звуку, оно попало в цель.
– Эклипса, ты слышишь меня? – тихо спросил он.
Она кивнула, продолжая всхлипывать. Сириус погладил рукой её растрёпанные волосы, кончиками пальцев приподнял её лицо за подбородок, заставив посмотреть ему в глаза. Она дрожала от переполняющих её эмоций, красные глаза отражали потрясение, боль и гнев. Он вздохнул и осторожно прикоснулся прохладными губами к её пылающему лбу.
– Ты справишься с этим, ты сильная, я знаю, - прошептал он, - Если я отпущу тебя, ты пообещаешь мне, что не попытаешься убить его?
Эклипса молчала. Ей хотелось уничтожить этого монстра, похвалявшегося тем, что он убил ее родителей.
- Я не хочу, чтобы ты пачкала свою душу его убийством. Если хочешь, я убью его для тебя, но он нам ещё понадобится.
- Отпусти меня, - хрипло попросила она, - Я обещаю.
Он облегченно выдохнул, усадил её в кресло и взял бутылку огневиски, одиноко стоявшую на столе. Сотворив стакан, щедро плеснул туда жидкости и подал девушке. Она молча приняла стакан из его рук, отхлебнула большой глоток и допила до конца, ни разу не поморщившись.
Блэк отвернулся к Лейстрейнджу, направил на него палочку и нехотя буркнул: «Оживи». Пленник резко вдохнул и открыл глаза.
–По чьему приказу ты действовал?
– По приказу Хозяина. Он хотел забрать все найденные крестражи себе, чтобы Поттер не смог их уничтожить.
– Бред какой–то, - поморщился Блэк, - Да вы оба психи... Империо!
Эклипса удивлённо распахнула глаза, услышав от Сириуса Непростительное заклятие и увидев, как опустели глаза Лейстрейнджа.
–Ты вернешься к Хозяину, отдашь ему подделку украшения, ни слова не рассказав о том, что тебя раскрыли. Будешь вести себя как обычно и придёшь ко мне, как только я тебя вызову. Понятно? – скомандовал Сириус каким-то жёстким голосом.
Рудольфус кивнул, после чего сдерживавшие его веревки упали на пол, взял протянутую ему фляжку с Оборотным зельем и тихо вышел из комнаты.
–Ну и зачем ты это сделал? – спросила Эклипса, с трудом поднимаясь с кресла и подходя к Сириусу.
- Я должен за ним проследить, - ответил он, торопливо натягивая куртку, - и выяснить дальнейшие планы Волан-де-Морта. Это единственная возможность помочь Гарри с этими чёртовыми крестражами.
–Я пойду с тобой, - отозвалась Эклипса, но тут же пошатнулась и упала бы, если бы Сириус не подхватил её.
Прямо перед её глазами оказалось красное пятно, ярко выделяющееся на светлой ткани рубашки. Она дотронулась до него, виновато посмотрев на Сириуса.
– Прости, - зашептала она, разглядывая кожу, на которой уже расплывался багровый синяк, - Я не понимала, что делаю.
– Всё нормально, - выдохнул он, укладывая её на свою постель, - Ты слишком слаба, чтобы идти со мной.
Она рассеяно кивнула, свернувшись комочком посреди его огромной кровати, и закрыла глаза. Блэк накрыл её одеялом и, прихватив с собой обе палочки, тихо вышел из комнаты.
★★★
– Когда ты об этом расскажешь?
Я тяжело вздохнула, нервно помешивая сахар в бокале. С той злосчастной ночи прошли два дня, а я никак не могла смириться с их смертью. Хоть они и не были идеальными родителями, но я любила их.
– Не знаю,–вяло отозвалась я, стараясь не смотреть на Сириуса, чтобы не показать вампирские глаза, – В "Нору" я отправиться не могу.
– Давай через "не могу". Я провожу тебя, а завтра тебе нужно отправляться в школу. Идём.
Мы аппарировали прямо к "Норе", где нас встретила миссис Уизли с распростёртыми объятиями. Кое-как увернувшись от объятий, Сириус вяло улыбнулся и спросил что-то про Скарлетт. Но ответить Молли не успела:прямиком из дома к нам подбежала Джинни вместе с Клэр и Гарри.
– Родители мертвы.– спокойным голосом сообщила я. Вот так вот. Без всяких лирических отступлений.
Клэр побледнела, губы её задрожали, а глаза наполнились слезами, она рухнула на колени и зарыдала в голос. Внутри меня всё сжалось, глядя на эту картину.
Я обняла сестру, позволяя ей выплакаться.
Сириус кашлянул и увёл всех в дом, оставляя нас наедине.
– Как они умерли?–чуть успокоившись, спросила Клэр.
– Их убили Пожиратели Смерти.–безжизненно сказала я.–Рудольфус признался в этом под действием Сыворотки правды.
– Неужели тебе всё равно, Эклипса?
– Нет. Я не могу по-другому, Клэр. Мне надоело постоянно плакать, показывая свои слабости. Больше они этого не увидят. Никогда. Идём в дом.–я обняла её за плечи и повела в дом. В коридоре я столкнулась с Фредом. Сердце пропустило удар и ухнуло куда-то вниз, я гордо подняла голову и продолжила путь на второй этаж, ведя несопротивляющуюся сестру за собой.
В комнате я усадила её на кровать, а сама присела на корточки напротив неё. Губы Клэр всё ещё дрожали, что было плохим знаком.
– Послушай, Клэр, я понимаю твои чувства. Но мы должны жить дальше, поняла? Проблем с жильём и финансами у нас нет, но это не самое главное. Нужно как-то помочь Гарри с крестражами.
– Он про них ничего не знает. Гермиона ничего не нашла.
Моё лицо вытянулось. Как это она ничего не нашла? Ладно, с этим я потом разберусь, а сейчас есть проблема поважнее.
–Кхм… Хорошо, что будем делать со всем этим? Нужно как-то выбираться из всего этого дерьма.
– Предлагаю смириться и просто жить. – Клэр подошла к окну и посмотрела вперёд. – Другого выхода я не вижу.
– Я тоже,- угрюмо ответила я. Это будет тяжело даже для меня. Хоть они и никогда не обращали на меня внимания, но они подарили мне жизнь. Главное–никому не показывать своих эмоций. Больше этого не будет. Никаких слёз и истерик. Слёзы–удел слабаков, а я сильная.
Pov Клэр
В понедельник мы отправились на вокзал Кингс-Кросс, чтобы проводить Эклипсу, Гарри, Гермиону и Рона в Хогвартс. Все они не были рады концу каникул, да и кто будет этому радоваться? Вот, я тоже не знаю таких людей.
Эклипса плелась позади остальных с тяжёлой сумкой, но от любой помощи отказывалась. После смерти родителей она изменилась. В худшую сторону. Если я смогла смириться с одеждой гота и таким же макияжем, то вот с алкоголем–никак. Каждый день она приходила домой поздно ночью и закрывалась в комнате с бутылкой огневиски. А ещё сестра начала курить обычные магловские сигареты. Это меня бесило больше всего. Это же вредно для здоровья. Сириус тактично молчал, глядя на всё это безобразие, но было видно, что это его не устраивает. Миссис Уизли, к счастью, про вредные привычки Эклипсы ничего не знала. Ещё я заметила, что она вообще перестала плакать. Ни одной слезинки, ничего.
Оказавшись возле Хогвартс–экспресса в мире волшебников, все стали прощаться друг с другом. Джордж по-дружески обнял Эклипсу и что-то прошептал ей на ухо, от чего на её лице появилась слабая тень улыбки. Фред тоже с нами пошёл, потому что его заставили. Это было плохой затеей. Фред и Эклипса вообще не замечали друг друга и ходили с гордым видом, но многие заметили, что это очень умелая актёрская игра. Сириус что-то тихо сказал племяннице и передал маленькую коробочку. Она кивнула и позволила себя обнять.
Я тоже крепко обняла сестру, но та даже не улыбнулась. Ещё одна дурная привычка Эклипсы–маска безразличия и равнодушия ко всему. Но глаза-то её и выдавали. Белые, пустые глаза, говорившие о душевной боли, разрывающей изнутри.
– Только слабые не плачут,– прошептала я ей, но Эклипса пробормотала что-то нечленораздельное и зашла в поезд.
– Думаешь, она справится?–спросила я, когда Джордж подошёл ко мне и слегка приобнял. Раздался гудок и «Хогвартс–экспресс» скрылся за поворотом.
Джордж задумчиво посмотрел вслед поезду и повернулся ко мне.
– Она справится, я уверен. Идём.– мы аппарировали, но грустные мысли не спешили покидать меня. Что-то мне кажется, это ещё не всё. Дальше будет ещё хуже.
★★★
– Колин, думаешь, стоит ей сказать…?
– Деннис, не советую её злить, Эклипса страшна в гневе. Нужно ей рассказать…
–Рассказать мне "что"?– я подошла к гриффиндорской команде, что-то бурно обсуждающей. Увидев меня, они притихли. – Ну, я жду,–мой тон не требовал возражений.
Колин Криви шагнул вперёд и неуверенно посмотрел на меня.
– Капитан, у нас проблема. Сегодня Диану родители забрали домой из школы в связи с нападениями Пожирателей, она не вернётся и у нас больше нет Охотника…
– Что?!
Мой голос прозвучал достаточно громко, отчего на нас все стали оборачиваться в Большом зале, и я заговорила как можно тише.
– У нас через день игра с Когтегвраном, где мы найдём ещё одного Охотника за такой короткий срок?– я схватилась за голову. –Где?!
– Что случилось?– рядом сел Симус Финниган и внимательно посмотрел на меня. Кажется, у меня есть идея…
– Симус, не хочешь стать Охотником?
–Ну, почему бы и нет. Я в квиддич хорошо играю.
–Тогда приходи через 15 минут на поле. Сегодня же суббота.
Мерлин, одни проблемы кругом! Диана отсутствует, а Когтегвранцы сильнее слизеринцев по части квиддича.
– Ах, вот ты как, значит?–раздался голос, который мне меньше всего сейчас хотелось слышать.
–Чего тебе, Маклагген?–хмуро спросила я, вставая из-за стола и шагая по направлению к выходу.
–Чего мне? Какого фига ты назначила Финнигана Охотником?! Я лучше него во сто крат!
Я поморщилась и повернулась к нему. Вот за что, а?
– Это одна из причин, почему я не выбрала тебя. Ты слишком самодовольный индюк. К тому же, если ты думал, что дешёвые подкаты к капитану команды помогут тебе пройти отбор, то ты глубоко ошибаешься. Я не шлюха, понял?!–громко выкрикнула я. Маклагген насупился и выпрямился в полный рост, кулаки сжались. Драко и Блейз встали из-за слизеринского стола и направили на Кормака волшебные палочки.
–А кто же ты, если не она?
– Не суди всех по одной мерке. Я обычная девушка со своими тараканами в голове, я личность. Если ты этого не понимаешь, тогда я не знаю, о чём с тобой можно разговаривать.– я с гордо поднятой головой направилась на квиддичное поле. Ну, думаю, Кормак больше не полезет ко мне, иначе будет валяться в лазарете до конца года.
Я зашла в раздевалку, где уже все были в сборе.
– Итак,–я кашлянула, привлекая к себе внимание.– Как вы все уже знаете, вместо Пуффендуя, мы играем с Когтегвраном, поэтому здесь нужна особая тактика. Какое главное преимущество "ворон"? Они слишком умные, поэтому их тактики сложнее. Кроме того, они взяли в команду каких-то Загонщиков– громил, типа Крэбба и Гойла, только ещё крупнее.
– И что же нам делать?–пискнул Колин.
– Хм… Колин и Деннис. Вы быстрее других Загонщиков из-за своей комплекции. Кроме того, у нас у всех «Нимбусы–2003»–мётла, которые по скорости почти не уступают "Молнии". Когтегвранцы пользуются "Чистыми победами-12„, порхающими хуже бабочек. Но и о тактике забывать не стоит. Она простая, но очень эффектная. Загонщики, ваша задача – отбивать бладжеры и защищать от них ловца, при этом вы должны находиться около колец. Так, Гарри и Рон, вы своё дело знаете. А теперь Охотники,–взгляд метнулся к Симусу и Джинни,–нам с вами нужно находиться по периметру от колец. Думаю, я понятно всё объяснила. Пошли на поле, отработаем это.
И мы отправились на поле, освещённое тёплым апрельским солнышком. Надеюсь, в день игры похода будет такая же.
★★★
На следующий день всё было как-то не так. В школе было слишком тихо, по коридорам никто не бегал. По дороге в Большой Зал мне не встретилось ни одного привидения. Это пугало. Кажется, произошло очередное нападение Пожирателей Смерти.
В Большом Зале творилось что-то странное. Представители всех факультетов собрались в небольшие группы и громко обсуждали какую-то статью в газете, время от времени с опаской посматривая в сторону гриффиндорского стола. Преподавателей ещё не было, а вот малыши с ужасом наблюдали за старшими, сжимая в руках «Ежедневный Пророк».
–Над кварталом висела Чёрная Метка!
– Гарри, ты ничего не замечаешь? Посмотри на её цвет на фотографии: она серая! Не думала, что вызывающее её заклинание может действовать как-то иначе.
Я быстро пересекла зал, остановившись рядом со своей командой:
– Что случилось?
Гермиона взволнованно начала объяснять:
– Пожиратели Смерти взорвали целый квартал с домами волшебников. Погибли больше двухсот человек, в том числе и мать Симуса!
– Как «с домами волшебников»?! – вырвалось у меня. – Пожиратели же, насколько мне известно, нападают на маглов!
– Не знаю, они почему-то оставили серую метку, а не черную. И я не…
– Подожди, Гермиона! – вмешался Рон. – Это не важно сейчас. Эклипса, у нас игра завтра, миссис Финниган убита, что мы скажем Симусу?
– Правду, разумеется… Такое нельзя скрыть.
– Блэк, ты в своём уме?! – вперёд вышел Дин Томас. – Ему нельзя говорить! По крайней мере, сегодня.
Гриффиндорцы замерли, и в этой части зала стало немного тише.
– Дин, я чего-то не понял: для тебя матч важнее человека? – прищурившись, Рон недоверчиво посмотрел на однокурсника.
– Как раз наоборот, для меня важнее мой друг… Если это слово тебе о чем-нибудь говорит, Рон Уизли!
– Ты на что намекаешь?! – Рон покраснел как свёкла и сжал кулаки.
– Неужели не понятно? Не удивительно…
– Так, успокоились оба! – я перехватила занесённую для удара руку Рона. – Дин, объясниться не хочешь?
– Как, и тебе тоже?!
– Да, и мне тоже, – твердо ответила я, скрестив руки на груди. – Почему мы должны молчать?
– А ты хочешь, чтобы он умер?!
– Каким образом?
– К примеру, сорвётся с метлы, не справится с управлением от расстройства!
– Ты, правда, думаешь: мы позволим ему играть?
– А кто станет вместо него?! У нас есть выбор?
– Джеффри Хупер.
– Ой, да не смеши меня! – Дин махнул рукой. – Это несерьёзно.
– Это не обсуждается.
– Играть будет Симус, он ничего не узнает, поэтому выступит блестяще. Я не позволю испортить ему дебют.
– А тебя кроме дебюта ничего не интересует? Представь его состояние, когда он узнает правду, которую от него скрыли. Он почувствует себя в десять раз хуже! – вмешался Гарри.
– Ой, можно подумать, тебя волнуют его чувства! Если сам герой, – значит, на других наплевать, да? Пусть факультет проиграет – не важно!
– Очень важно, Дин! Ты даже не представляешь, насколько…
– Где уж нам, простым смертным? – издевательски поклонился ученик. – Мы с Сам-Знаешь-Кем на дуэли не сражались.
– И слава Мерлину, что не сражались!–воскликнула я, вспоминая рассказы Гарри о Третьем Испытании на четвёртом курсе.
– Да что ты о себе возомнила, Блэк?! – Томас схватил меня за воротник рубашки.
Рон кинулся вперёд, но я жестом его остановила. Затем, пристально глядя в глаза Дину, чётко произнесла:
– Убери руки.
– Нет, Блэк, сначала ты меня выслушаешь! Ты не скажешь Симусу правду, поскольку иначе он завтра выйдет на поле и разобьётся. Виновата будешь ты, но меня это не волнует. Симус – мой друг, и если ты можешь швыряться жизнями своих друзей, близких, – кого там ещё… Тебе их не жаль – твоё дело, но я не буду!
– Руки убери.– я злобно сверкнула глазами.
– И не подумаю!
– Я сказала: убери руки… Ты ещё не закончил?
– Нет, конечно! Тебе наплевать на всё настолько, что безразлично: выиграем мы или проиграем. А ты не подумала: нужна ли ему сейчас такая правда?
– Чем быстрее узнает, тем лучше.
– С какой стати?!
– Объяснять долго.
– Какие интересные эти гриффиндорцы, – растягивая слова, произнёс Драко. – Во всём находят повод для драки – даже в смерти матери друга. Да… С одной стороны кто-то умирает, а с другой появляется отличная возможность наконец-то выяснить отношения. Странно, что похорон не дождались… Такое проявление доброты и понимания заслуживает аплодисментов: браво!
Слизеринец громко похлопал и чуть поклонился. Дин искоса взглянул на него и немного успокоился. Минутное молчание нарушил Гарри:
– Мы обязаны рассказать Симусу, поскольку иначе он не поймет: почему его друзья так ему не доверяли. И вряд ли простит… На твой вопрос ответили, Дин? – гриффиндорец нерешительно кивнул. – Тогда отпусти её.
Медленно разжав пальцы, Томас выпустил воротник. Он шагнул назад и уже гораздо спокойнее повторил:
– Его нельзя выпускать на поле.
– Я знаю, но…
– Но?
– Давай позволим ему самому решать.
– О нет! – Дин всплеснул руками. – Нет же! Нельзя! Он же…
– Что здесь происходит? – довольно громко спросил Симус Финниган.
При его появлении разговоры затихли. Я, стараясь не смотреть на него, протянула ему лежащий на столе выпуск «Пророка» и за руку вывела в коридор.
Симус несколько раз перечитал статью на первой странице. Наконец, он опустил руки и посмотрел на меня:
– Я… Я, – хриплым голосом начал он. – Мне нужно побыть одному.
– Как скажешь, – спокойно отозвалась я, понимая, что ему сейчас нелегко.
– Да ты не думай! Я завтра буду играть… Я обязательно выйду!
– Не смей! – в коридоре показался Дин Томас. – Ну, что я тебе говорил?!
– Она всё сделала правильно! – решительно заявил Рон. – Это решение капитана.
– И просто человека, – тихо добавила Гермиона. – Если ты не понимаешь – твои проблемы.
– Гермиона, не надо, – я не хотела ещё одной ссоры.
– Ребята, я ещё здесь, – жалобно начал Симус. – Дин, спасибо за поддержку, но всё в порядке. Я играю. Мне нужно просто всё осмыслить и… Спасибо, что сказала, – Финниган развернулся и, чуть пошатываясь, пошёл куда-то по коридору.
Я вздохнула и отправилась в такое место, где можно побыть в одиночестве. Астрономическая башня.
Поднявшись туда, я села на парапет и достала сигарету. Очередная дурная привычка, появившаяся после смерти родителей. Порой мне кажется, что это единственный выход из очередной хреновой ситуации. Щёлкнула серебристой зажигалкой с изображением кобры и закурила. Раздался шорох и в дверном проёме появился Симус. Я молча подвинулась, позволив ему сесть рядом со мной.
– Будешь?– не выдержав долгого молчания, протянула парню пачку Винстона. Тот кивнул, взял сигарету и, прикурив от палочки, затянулся.– Как ты вообще, Симус?
– Жить буду. Ты куришь?–до него только сейчас дошёл тот факт, что у меня во рту сигарета.
–Да,–затушила сигарету о стену и потянулась за второй. Что-то у меня нервы сдают. – К сожалению.
– Помогает?
–На время заглушает чувство отчаяния и расслабляет. Но только на время. – выпустила изо рта столб дыма и повернулась к Симусу. – Понимаешь, я никогда не была "золотой" девочкой, вроде Гермионы Грейнджер, или героиней, проде Гарри Поттера. Я идеально делала домашнюю работу, чтобы отвлечься от грустных мыслей, которых было немало. Сейчас, после смерти родителей, мне помогают только сигареты. Грядёт война, Симус.
– Я знаю. Вторая Магическая война. Тебе было больно, когда…
–… узнала о смерти родителей? Ну, как тебе сказать… Хоть они меня особо и не любили, было больно. Сначала возникло желание убить всех тех Пожирателей, совершивших подобное деяние, а потом вдруг появилось оно – чувство грёбаной пустоты, съедающей изнутри.– ровным голосом сказала я.
– Вот и у меня так же.–вздохнув, Симус потянулся за новой сигаретой и закурил. – У меня никого больше не осталось.
Я взяла его за руку и он в ответ сжал её. Обычный дружеский жест, говоривший о том, что никто из нас не одинок.
– У тебя есть друзья,–тихо сказала я. – Нужно ценить то, что осталось. Особенно сейчас.
–Я знаю. Как думаешь, мы выиграем завтрашнюю игру?
– Выиграем, не переживай. Ты точно сможешь играть?– с сомнением спросила я.
– Смогу. Я нужен команде. Идёшь?
– Нет, я пока здесь посижу. Ступай к Дину и всё ему объясни.
Симус кивнул и скрылся в проходе. Я же поднялась с парапета и облокотилась на перила. Светило яркое, слепящее глаза, солнце. Природа практически проснулась от зимней спячки. В воздухе порхали разноцветные бабочки, на деревьях пели птицы. Я смотрела на всё это и вдруг поняла, что это, возможно, последняя такая весна.
Кинув последний взгляд на пейзаж, я вышла в коридор и отправилась куда глаза глядят. Ладно, к Снейпу так к Снейпу.
Дойдя до знакомого кабинета, культурно постучала в дверь и вошла. Декан слизеринского факультета рассматривал свитки пергамента на столе. Услышав шум, он обернулся и удивленно произнес:
– Блэк? Чем обязан?
– Ну…Эм… Я… Можно я у вас посижу?
– А что, квиддичное поле больше не устраивает?
– Пожалуйста, профессор. Только Вы можете выслушать меня. – я устало опустилась в кресло напротив учительского стола.
– Чтож, сиди. Ну, что тебя конкретно интересует?–профессор сел за стол и внимательно посмотрел на меня.
– Объясните мне логику Пожирателей Смерти, профессор. Сначала они нападали на маглов, а теперь перешли на кварталы волшебников. В чём суть?
– Пожирателей контролирует Волан-де-Морт, а его планы известны только самому Мерлину. Отвечаю на незаданный вопрос: я не могу проникнуть к нему в голову, потому что это невозможно. Тёмный Лорд умеет не только читать мысли, но и хорошо скрывать свои собственные.
– А легиллименции можно научиться самостоятельно?
– Есть такое заклинание. Многие волшебники умеют читать мысли без волшебной палочки, это, своего рода, дар.
Тут мне пришла в голову одна идея…
– Научите меня окклуменции!
– Зачем тебе это?
– Вдруг кто-то захочет проникнуть мне в голову. Ну, Северус, ну пожалуйста…
– Блэк, – мужчина тяжело вздохнул.– Вот почему ты такая мазохистка? Ладно, научу, но с одним условием: об этом никто не должен знать.
–Спасибо, я не подведу, обещаю. Когда начнём?
– Приходите сегодня часов в семь вечера в мой кабинет.
Кивнув, я вышла из кабинета. Интересно, что чувствует человек, когда кто-то проникает в его разум?
★★★
Ровно в назначенное время я уже стояла у нужного кабинета и, услышав привычное "Войдите", очутилась в классе.
–Проходите, Блэк. Садитесь, – я, еле сдерживая дрожь в коленях, села одно из кресел. – И так, вы изъявили желание изучать окклуменцию и попросили меня заниматься с вами.
– Да.
– Несмотря на то, что в ближайшие несколько дней я располагаю свободным временем, я выдвигаю ряд условий. Первое: вы прилагаете необходимые усилия и выполняете в точности все мои указания. Второе: вы не пытаетесь узнать то, что вас не касается. Я понятно выразился?
– Да, – я занервничала.
– Очень хорошо, тогда начнем. Встаньте, –я подчинилась и со страхом посмотрела на волшебную палочку Снейпа. – Теперь очистите своё сознание от всех мыслей и эмоций. Вы не должны думать абсолютно ни о чем. Приготовьтесь, на счет три. Раз, два, три. Легиллименс!
Перед глазами тут же замелькали воспоминания, но чётко рассмотреть нельзя было ни одно из них. Голова раскалывалась от боли, я постоянно падала на пол. Три часа спустя Снейп объявил об окончании урока.
–Но профессор, мне нужно ещё больше тренироваться.– возразила я.
– Хорошо, Блэк, попробуйте сконцентрироваться на каком-нибудь одном воспоминании, представьте его себе очень чётко, во всех деталях. Думайте только о нем.
– Можно мне подумать две минуты?
– Ладно, думайте.
Ничего путного в голову не приходило. А когда время почти истекло и профессор выкрикнул «Легиллименс!», перед глазами появилась картинка происходящего первого апреля прошлого года.
Действие развивалось, я отчаянно выкрикнула «Не надо!» и обнаружила себя в горизонтальном положении на ковре.
– Очень интересный выбор, Блэк, – я покраснела. – С вашей стороны было весьма оригинально вспомнить именно это, только вот зачем вы меня остановили, когда должны были сосредоточиться изо всех сил?
– Это вышло случайно…
– Да неужели? Ладно, продолжим. Легиллименс!
Короткая вспышка, а после неё картина нашей встречи Хогсмиде.
Это какое-то издевательство, – подумала я, но просить прекратить не стала. Через минуту это воспоминание сменилось калейдоскопом других.
– Поднимайся, Блэк. Поскольку тебе так нравится эта тема, будем работать с ней. Легиллименс!
Всё повторилось, правда, на этот раз удалось продержаться немного дольше. После восьмой попытки Северус Снейп был в курсе всего нашего разговора в октябре.
– Думаю, хватит.
– Нет!– я вцепилась в рукав мантии профессора.– Пожалуйста, давайте ещё раз попробуем.
–Вот что мне с тобой делать? Ладно, но только в последний раз. Лучше представь себе небо и держи этот образ в голове. Так будет проще. Готова?– строго спросил профессор, и я кивнула.–Отлично.
В глазах потемнело, и я упала на пол, но через минуту поднялась:
– Продолжайте! – не дав профессору и слова сказать, выпалила я.
– Но…
– Пожалуйста!
– Блэк, вы даже не стоите на ногах…
Я закрыла глаза и представила себе бесконечное ночное небо. Звезды начали гаснуть. Где-то краем сознания уловила слово «Легиллименс!», но не обратила внимания. Звезд становилось всё меньше и меньше, наконец, не осталось ни одной. Только пустота. Затем услышала тихие аплодисменты.
– Браво, мисс Блэк. У вас получилось.
Я открыла глаза. Преподаватель сидел за столом и писал что-то на пергаменте.
– Вы сопротивлялись около тридцати минут. Думаю, теперь вы согласитесь, что на сегодня достаточно.
– Да, пожалуй. А завтра приходить?
– Блэк, ты научилась блокировать свой разум буквально за несколько часов, а это никому не удавалось. До спальни дойти сможешь?
– Простите? Сколько времени?
–Два часа ночи.–спокойно ответил профессор.
–Что?!
–А чего ты ожидала? Пойдём, провожу, иначе нарвёшься на мистера Филча.
Я кивнула и мы вышли за дверь. Слава Мерлину, одно дело сделано, осталось выиграть завтрашний, точнее, сегодняшний матч.
★★★
– 200:10! ГРИФФИНДОР ПОБЕДИЛ!
Я приземлилась на траву и вздохнула с облегчением. Гарри поймал мяч на 15 минуте игры, при этом Рон пропустил только один мяч!
На поле началась настоящая давка. Нам жали руки, обнимали, орали кричалки, поздравляли… Даже некотрые слизеринцы подошли и поздравили! Тут моё внимание привлекла странная картина. Драко на радостях подхватил Гермиону на руки и закружил прямо на глазах у изумлённой толпы.
–Вау!–воскликнула Лаванда Браун и о чём-то зашепталась с Парвати. Драко смутился и скрылся в толпе.
– Тебе ещё не надоело?– поинтересовалась я.
– Это же невероятно! Он же слизеринский принц и красавчик, а она…
– Браун, прекрати вмешиваться в чужую личную жизнь. Это, как минимум, некрасиво.
Разозлённая Лаванда удалилась с поля, а я тяжело вздохнула. Вот что это за люди? Не могут разобраться со своими чувствами, а в другие вмешиваются.