Глава 3. Города не спят.
Ресницы дрожали. Белки наливались кровью. Зрачки расширялись. Радужка стремительно темнела.
Снова.
И снова.
Он опять теряет её.
Это происходит с ним
Снова.
И снова.
И как бы он не пытался поймать,
Она продолжает падать сквозь пальцы, как песок.
***
Джон бросается к телу сестры, приказывая ей открыть глаза. Его голос срывается, а сердце бешено бьётся в грудной клетке. Будто пытаясь проломить её.
Шерлок бежит следом. Он взволнован, слегка напуган и, возможно впервые в жизни, не знает, что делать.
– Она была очень доброй...
– Не вздумай хоронить мою сестру раньше времени! – истерично выкрикивает Ватсон.
Шерлок осматривает переулок. Американцы сбежали, а Ирэн Адлер всё ещё стоит рядом. Холмс бросает на неё взгляд.
– Занесите её в дом. Я вызову специалистов.
Оба мужчины кивают и поднимают Дору на руки.
Будь они немного внимательнее, они бы заметили пулю на асфальте.
***
Чертовски сильная головная боль.
Первое, что чувствует Теодора.
Почти сразу её сознание отключается. Она перестаёт чувствовать. Она больше не слышит запах медицинского помещения. Этот противный запах медикаментов и чистоты.
Она просто находится в пространстве. Она и эта дикая боль по всему телу. Будто бы по венам течёт не кровь, а магма, раскалённая до предела. Но при этом её руки остаются холодными. Эти контрастные ощущения бьют по черепной коробке набатом, не позволяя дышать.
Дора попыталась открыть глаза. Она увидела белоснежный потолок.
– Вот же блять. Это больница? Или, слава Христу, я попала в рай? – прошептала она.
– Я так не думаю, – медленно сказал человек, находящийся слева от неё.
Девушка медленно повернула голову и слегка улыбнулась. Это была Рена.
– Значит, вы всё же помогли мне, – уже немного громче сказала Теодора.
– Мы не могли иначе, милая. Признаться, я была удивлена, когда даже наш воздушный мальчик разволновался из-за тебя. Он первым кинулся к твоему... телу, но нам нужно было уходить.
– И... Что я теперь могу? – неуверенно спросила Ватсон.
– Правильнее спросить, чего ты не можешь, – в палату вошёл тот самый воздушный мальчик – в твоих руках невиданная мощь. Ты всесильна теперь. Однако, с большой силой приходит большая ответственность, всё в таком духе бла-бла-бла. И кстати, я не “воздушный мальчик”, как Рена выразилась. Моё имя Робин. Или просто Роб.
Дора закрыла глаза и улыбнулась. Робин сел на край её кровати и достал телефон.
– Сколько вам лет? – в повисшей тишине вопрос прозвучал резко и не к месту.
Однако, Рена просто рассмеялась. Напряжение испарилось, и вопрос теперь казался глупым.
– Знаешь, лучше спроси что-нибудь попроще. Я перестал считать где-то после пяти сотен, – пробормотал Роб.
Теодора хмыкнула и откинулась на подушки. Эти ребята были забавными.
О чёрт. Бейкер Стрит.
Шерлок. Джон. Он волнуется за неё.
Иисус Христос.
***
Джон сидел в своём любимом кресле и смотрел на руку. Она снова тряслась. Он волнуется так же, как после Афганистана. Ему следует понять, что Дора жива, что она не исчезла.
Быть может, она не совсем в порядке, но это не важно.
Главное, что она жива. А с остальным они справятся. Вместе. Как он обещал когда-то.
Джон отвлёкся, и именно поэтому он не услышал шаги на лестнице. Ох, вау. Он действительно не заметил. Ватсон посмотрел на дверь и вскочил.
Теодора. Живая. И вроде как в порядке.
– Это правда ты? – спросил он.
– Ух, у меня дежавю. Естественно я, братец. Живая, подлатанная, и, без пули в сердце.
Джон напряжённо рассмеялся и обнял сестру.
– Да-да, обнимашки это весело, но мне нужно переодеться. И я вообще избавилась бы от этого джемпера. Ну, знаешь, в меня стреляли, когда я была в нём и есть желание сжечь его к чёртовой матери, – прощебетала Дора, мягко отстраняясь.
На этот раз смех мужчины был более искренним, что радовало.
***
Когда Теодора зашла в комнату, она переоделась и замерла.
Она выбрала клетчатые брюки, светло-бежевый свитер и серые ботильоны на небольшом каблуке.
После этого она подошла к зеркалу. Теодора посмотрела на свои руки и сжал их в кулаки. При этом она подумала об огне.
И на её руках зажёгся огонь. Это было невероятно и странно одновременно. Она не чувствовала жара, но ей казалось, что она может творить с этими огоньками что угодно. Но несмотря на предыдущие факты, огонь был чёрный. Это выбивало из колеи. Почему? Почему чёрный? Уйдя глубоко в себя, в самые чертоги разума, девушка не заметила шаги.
Джон без стука открыл дверь, отчего Дора вздрогнула. Но быстро взяв себя в руки, она сформировала огненную и, по-прежнему, чёрную сферу, направив её на нежданного гостя. И только потом она заметила, что за спиной Джона стоит Шерлок.
– Что это такое? – ошалело спросил Джон, после секундной паузы.
– Магия? Цена жизни? Называй как хочешь, но смысл в том, что это теперь я, – мрачно сказала девушка, уничтожая сферу.
– И как это понимать? – вставил свои пять центов Шерлок, нахмурив брови.
– Элементарно, Холмс.
***
Иногда Джону Ватсону казалось, что он слишком многое упускает.
Он не пропустил большинство Дней рождений своей сестры. Он упустил свой шанс на спокойную жизнь, когда решил воевать. Он упустил возможность быть кем-то другим. Быть не Доктором Джоном Ватсоном, а, допустим, Офицером Джоном Ватсоном. Или же, просто Джоном Ватсоном.
Он упустил те моменты, которые мог разделить с Теодорой Ватсон. Он засыпал в одиночестве и просыпался один. Он отвык от людей, хотя никогда не упускал возможности столкнуться с ними в час-пик в метро. Хотя, это случалось спонтанно.
И вот он не упустил шанс измениться. Стать тем самым “кем-то другим”. Не тем, кто он сейчас, а помощником консультирующего детектива (единственного в мире).
И потом Джон стал получать назад то, что упустил много лет назад. К нему вернулась сестра.
Но он так быстро вновь потерял её. А потом она вернулась. Но Теодора Ватсон тоже стала кем-то другим. Явно не тем, кем хотела. Но она может привыкнуть к этому.
Джон Ватсон тоже привыкнет. Что-что, а это он умеет. Теперь он не упустит ничего, даже ту маленькую деталь, что его сестра теперь кто-то другой.
Но ведь все теперь другие. У Джона, например, есть свой собственный блог. И он к нему привык.
***
А ещё Джону кажется, что его сестра — это город. В ней кипит жизнь, она не устаёт и никогда не спит. Она остаётся лучиком света, когда у Джона Ватсона отключается электричество.
И он ни за что не променяет её на кого-то другого. Даже, если она теперь сама кто-то другой.
_________
Очень долго не было продолжения, поэтому прошу пардонить. Глава маленькая, но большее из себя не выжму.
Надеюсь вам нравится и вы здесь не просто так💛🤘🏻