Глава 10
Через какое-то время спустился Чен. Он выглядел собранным и куда-то торопился. Тун Яо, до этого сидевшая, свернувшись калачиком в своём игровом кресле, поднялась и, словно тень, подошла к нему, преградив путь к выходу.
— Чен, ты куда? — спросила она, стараясь звучать небрежно, но в её голосе слышалось любопытство.
— Иду искать Понтифика в моле, — коротко бросил Чен, поправляя куртку.
— Понтифик пропал? А почему ты его ищешь?
— Без переводчика он как немой. Тот домой уехал.
— Он в торговый центр сразу после игры пошёл, что ему нужно было. Кстати, скоро дождь пойдёт. Зонтик не забудь. Два зонтика возьмёшь или один? — выпалила Тун Яо, глядя в окно на потемневшее небо.
Чен медленно повернулся к ней.
— Ты это к чему?
— Если промокнешь — простынешь, — ответила она, будто констатируя очевидный факт, и потупила взгляд.
Чен огляделся по сторонам. Я в этот момент сделала вид, что уткнулась в телефон, а не подслушиваю их разговор у лестницы. Чен молча достал свой телефон, несколько секунд искал что-то на экране и показал его Тун Яо. Я мельком увидела, что это была их переписка, и имя Тун Яо было сохранено как «Кролик с морковкой». Такое милое, но дразнящее прозвище.
— Знаешь, даже твоя мнимая забота ничего не изменит, — произнёс он ровным, непроницаемым тоном.
— Пошёл отсюда, — буркнула Тун Яо, резко отвернувшись.
Похоже, она обиделась, что он так и не переименовал её контакт. Чен, не сказав больше ни слова, вышел за дверь. А через время, как и предсказывала Тун Яо, небо раскрылось, и полил настоящий ливень, стучащий по крыше и стёклам.
— Против переменчивой погоды не пойдёшь. Надеюсь, Чен поехал на машине, — заметила Тун Яо, стоя у окна и наблюдая за потоками воды.
— Он её в мойку отправил, — прокомментировал Лу Юэ, не отрываясь от своего монитора.
— Даже подумать страшно, что будет, если Чен насквозь промокнет. Правильно я говорю, Да Бин? — Тун Яо уткнулась лицом в шерсть своей кошки, которая мурлыкала у неё на коленях.
— Народ, кто Чену зонтик отнесёт? Он в торговом центре, — обратился ко всем Жуй, выглянув из своего кабинета.
Он посмотрел на Кея и Толстяка, которые азартно бились за настольным аэрохоккеем. Потом его взгляд скользнул по мне, но я быстро покачала головой, делая вид, что полностью поглощена своей книгой. Наконец, он повернулся к Тун Яо, сидевшей в кресле.
— Ты? — спросил Жуй, глядя на неё.
— Я так не думаю. Я очень занята, — отмахнулась она, обнимая кошку.
— Брось, давай. Сама зонтик взять не забудь. Из наших никто зонтики не взял, помнится. Чен тебя за покупками свозил, хотя и был тогда очень занят. Пора вернуть долг. Ты же благодарная, — подначил Жуй с хитрой улыбкой.
— Я неблагодарная, — парировала Тун Яо, но в её голосе уже не было прежней уверенности.
— Да хватит, сходи.
— Ладно, пойду. Но мне туда 20 минут добираться. Ножки у меня короткие, я медленно хожу. Надеюсь, не замёрзну до смерти к тому моменту, когда дойду, — с театральным вздохом сказала она, поднимаясь.
— Угу, пока, удачи, — отозвался Жуй, уже погружаясь обратно в бумаги.
Тун Яо ушла, а примерно через полчаса на пороге появились промокшие Чен и Тун Яо. Тун Яо, что было особенно странно, была закутана в слишком большую для неё, явно мужскую куртку Чена. В её руках, прижатая к груди, была какая-то мягкая игрушка. Присмотревшись, я разглядела — это был плюшевый кролик, держащий в лапках ярко-оранжевую морковку.
— О, вернулись! — обрадовался Жуй. — Вы же брали зонтики? Почему всё равно вымокли?
— Четыре человека, два зонтика, — пояснила Тун Яо, стряхивая с себя капли. — От них мало толку в такой ливень.
Чен в этот момент громко чихнул.
— Ты простыл? — с беспокойством спросил Жуй.
— Не знаю, — буркнул Чен, снимая промокшие кроссовки.
— Прими лекарство. Завтра жеребьёвка, не разболейся, — настаивал Жуй.
— Это всего лишь простуда. Пойду душ приму, — сказал Чен и, не обращая внимания на дальнейшие расспросы, направился к лестнице.
— Что это? — не унимался Жуй, указывая взглядом сначала на куртку, а потом на игрушку в руках Тун Яо.
— Куртка Чена, — простодушно ответила она.
— Я не об этом, — Жуй показал пальцем на кролика.
— Кролик.
— Ха. И откуда он?
— Спасибо Чену. Он с ад-керри из YQCB на игровой площадке сидели, — начала объяснять Тун Яо, и на её лице появилась лёгкая улыбка. — Два здоровенных лба у игровых машин с клешнёй. Они почти все мягкие игрушки вычистили. Он этого кролика выиграл и мне потом подарил.
— Киберспортсмены ловкие, для них это плёвое дело, — усмехнулся Жуй.
— Я так давно с ним в команде, но мне он ничего не дарил! Отдай! — вдруг оживился Толстяк, протягивая руку.
— Нет, — намертво прижала игрушку к себе Тун Яо.
— Отдай!
— Нет!
— Ха, — фыркнул Жуй, наблюдая за этой сценой.
— Держи! — вдруг сказал Толстяк, сунув Жую пачку сушёного манго, и ринулся в погоню за Тун Яо, которая со смехом пустилась наутек.
На следующий день.
Сегодня у ребят жеребьёвка. Я поехала с ними, потому что одной на базе мне было бы не только скучно, но и страшно. После смерти родителей меня часто охватывал необъяснимый, тихий ужас при мысли остаться в одиночестве. Страшно, что я останусь одна на пустой базе, а с ними что-нибудь случится, как когда-то случилось с мамой и папой. Не хотелось сидеть в тишине, не зная, что с ними, с этими новыми, такими шумными и живыми людьми, которые стали моей семьёй. Только об этом своём страхе я им никогда не говорила. Не хотела, чтобы меня жалели, смотрели с сочувствием, а тем более — чтобы отправили к психологу или психиатру. Я до ужаса боялась врачей с самого детства. Маленькая, я очень часто болела и подолгу лежала в больницах, поэтому мысль о белых халатах, запахе антисептика, уколах и сдаче крови вызывала у меня настоящую панику. Последние годы я ходила в больницу только для обязательных школьных комиссий, а если заболевала — лечилась дома. Родители водили меня туда лишь в крайних случаях, когда я болела слишком сильно, и они не знали, что со мной. Эти воспоминания были острыми, как осколки стекла.
Ребята пошли в главный зал на саму церемонию жеребьёвки, а я, Жуй, Мин и Лу Юэ остались в предназначенной для команд комнате отдыха. Мы устроились перед большим плазменным экраном, на котором транслировалось всё происходящее. В комнате пахло кофе и едва уловимым запахом нового ковра. Чен, как я заметила ещё с утра, был бледнее обычного и временами покашливал, но на все предложения принять лекарство лишь отмахивался.
Позже, когда мы уже вернулись на базу и собрались в гостиной, Мин официально объявил решение: Тун Яо теперь в основном составе, а Лу Юэ будет её заменой. Воздух на мгновение застыл, пока все переваривали эту новость.
Через два дня.
Сегодня у ребят первый матч с командой CK, в которой играет Цзян Ян, бывший... ну, в общем, бывший Тун Яо. Команда в полном составе ушла за кулисы на подготовку к выходу на сцену, а я снова осталась в комнате отдыха с Жуем, Мином и Лу Юэ. По экрану, показывающему подготовительную зону, было видно, как Тун Яо, стараясь казаться спокойной, бесконечно поправляла края своей формы и глубоко дышала. Её волнение было осязаемым, оно висело в воздухе даже через телевизор.
— Это первая игра Тун Яо на миде, явно переживает, — констатировал Жуй, отхлебнув воды.
— Это видно невооружённым глазом, — тихо добавила я, кусая губу.
Тем временем на сцене, сверкающей неоновым светом, под рёв трибун стали объявлять команды. Наши встали в линию: Лао Мао, Кей, Чен, Тун Яо и Толстяк. Они выглядели сосредоточенными и серьёзными. Позже, когда начался этап выбора чемпионов и запретов, к ним на сцену поднялся Мин, чтобы помочь с последними наставлениями. Потом свет погас, на огромных экранах вспыхнули заставки, и игра началась. Тишина в нашей комнате стала абсолютной, все взгляды были прикованы к экрану, где разворачивалась первая настоящая битва.