Русская среди джунглей
Холод криосна всё еще покалывал кончики пальцев, когда Эйлин — или, как называли её дома в Санкт-Петербурге, Алёна — вышла из транспортного челнока. Разница температур ударила по легким: влажный, тяжелый и сладковатый воздух Пандоры не был похож ни на что из того, о чем она читала в учебниках. Здесь пахло перегноем, озоном и какими-то пряными цветами, от которых кружилась голова.
Эйлин поправила лямку рюкзака и огляделась. При росте всего сто шестьдесят сантиметров в окружении огромных контейнеров и суетящихся солдат она казалась совсем крошечной. Темно-русые волосы были стянуты в аккуратный, но уже слегка растрепавшийся хвост, а большие карие глаза, в которых застыла смесь восторга и первобытного страха, рассматривали базу «Бриджхэд».
Она часто вспоминала свою жизнь в России. Питерские дожди, гранитные набережные Невы и бесконечные ночи в библиотеке СПбГУ. Она была «золотым ребенком» кафедры биоботаники, защитила диссертацию по симбиотическим связям грибниц, и её прочили в академики. Родители, простые интеллигенты, плакали, когда она подписывала контракт с RDA.
— «Алёнушка, это же другой край Вселенной», — шептала мама.
Но Эйлин всегда была тихой только снаружи. Внутри неё жило упрямое желание увидеть мир, который не ограничивается чертежами и лабораторными стеклами.
— Эйлин Вэнс? Из «русского десанта» ученых? — раздался громкий, насмешливый голос.
К ней подошел рослый мужчина с татуировками, играющими на мощных бицепсах — Лайл Уэйнфлит. Рядом с ним, прислонившись к ящику, стояла женщина с коротким ежиком волос и цепким, как у ястреба, взглядом — Зи Дог.
— Д-да, это я, — тихо ответила Эйлин, невольно сделав шаг назад и прижав сумку к груди. Она всегда тушевалась перед шумными, уверенными в себе людьми. — Здравствуйте. Извините, мой английский может быть немного... книжным.
— Смотри, Лайл, она же совсем кнопка, — хмыкнула Зи Дог, сплевывая на бетонный пол, но в её глазах не было злобы, скорее любопытство. — Ты уверена, что не перепутала планету, милая? Здесь джунгли съедят тебя на завтрак, а на обед закусят твоим дипломом.
— Я... я много тренировалась на симуляторах. И я приехала изучать флоту, биолюминесценцию... — начала Эйлин, чувствуя, как щеки заливает предательский румянец.
— Ладно, док, не дрожи, — хохотнул Лайл, бесцеремонно закидывая её второй чемодан себе на плечо. — Пошли, нам велено доставить тебя к Большому Боссу. Он у нас не любит ждать, а сегодня он особенно не в духе.
Они вели её через бесконечные ангары, где искры от сварки разлетались, как маленькие звезды. Эйлин едва успевала крутить головой, стараясь не попасть под колеса проезжающих погрузчиков. Но когда они подошли к командному центру, разговоры вокруг стихли. Из автоматических дверей вышел он.
Полковник Майлз Куоритч в теле аватара был воплощением мощи, от которой перехватывало дыхание. Синий гигант, почти три метра ростом, двигался с пугающей, хищной бесшумностью. На нем была серая майка и армейские брюки, которые казались слишком тесными для его новых мышц. Эйлин замерла, задрав голову так высоко, что шейные позвонки хрустнули.
Куоритч остановился в паре шагов. Его длинный хвост замер, едва заметно подергиваясь на кончике, а желтые глаза сверху вниз впились в девушку. Он молчал, и эта тишина была тяжелее, чем атмосферное давление Пандоры. Он изучал её — маленькую, хрупкую, с этими огромными карими глазами, в которых читалась почти детская чистота. В его мире таких женщин не существовало.
— Так вот кого мне прислали, — пророкотал он. Голос, усиленный мощной грудной клеткой аватара, вибрировал в самом воздухе, заставляя внутренности Эйлин мелко дрожать. — Специалист по ботанике из Санкт-Петербурга. Красный диплом, блестящие рекомендации...
Майлз медленно, по-кошачьи, обошел её по кругу. Эйлин чувствовала от него жар — тело аватара работало как мощный двигатель.
— Выглядите вы так, Вэнс, будто вас может сбить с ног даже выхлоп от «Скорпиона», — Куоритч снова остановился перед ней, нависая как скала, закрывая собой свет ламп. — Но в вашем досье сказано, что вы умеете добиваться своего. Проверим, хватит ли вашего русского упорства, когда за вами погнатся танатор.
Он вдруг протянул свою огромную четырехпалую руку. Эйлин вздрогнула, зажмурившись на мгновение, но удара не последовало. Он лишь осторожно, кончиками пальцев, задел прядь её темно-русых волос, выбившуюся из хвоста. Его кожа была шершавой и горячей.
— Уэйнфлит! — рявкнул он, не сводя пристального, собственнического взгляда с лица Эйлин. — Проводите её в жилой блок. Выделите ей место поспокойнее. И чтобы никто из парней даже не думал ошибиться дверью. Она — мой личный научный проект. Ясно?
— Так точно, полковник! — козырнул Лайл, удивленно приподняв бровь.
Куоритч проводил её взглядом до самого конца коридора. В его голове промелькнула странная мысль: эта девчонка пахла не стерильной базой, а чем-то далеким и забытым. Прохладой и дождем. И он поймал себя на том, что его хвост снова начал мерно и довольно качаться из стороны в сторону.