Kisstober

Краткие сведения:

Леди Нуар обнаруживает, что она не застрахована от очарования Мистера Жука

- Мы должны полностью повторить это когда-нибудь, - сказал кот, ЭМ, Мистер Жук, когда они убегали, как только бой закончился.

- Нет, и это окончательно, - сказала Маринетт. Они уже это обсуждали. Она не могла поверить, что они каким-то образом снова поменялись чудесами. Как будто одного раза было недостаточно.

Теперь он хотел, чтобы они сделали это нарочно. Зачем им это делать? Они прекрасно ладили со своими квами. Они больше привыкли к своим силам. Просто быть самим собой.

Его аргумент состоял в том, что они таким образом сбили бы с толку врага. Она вынуждена была признать, что в этом есть свои достоинства. Потому что Бражник и все остальные привыкли к божьей коровке и коту Нуару. Но когда там появились Мистер Жук и Леди Нуар, воцарился хаос.

Отчасти это было связано с тем, что в первый раз, когда это случилось, они не знали, что делать. А может, и не совсем так. Оба они действительно думали, что знают, что делают, что они были мозгом этой операции. И они оба ошибались.

Маринетт вынуждена была признать, что на этот раз все было гораздо лучше. Она все еще сожалела, что снова решила снять серьги из-за такой мелочи, как примерка собственных дизайнов. Они решили сделать еще одну фотосессию после того, как предыдущая была прервана нападением акумы. И на этот раз Джулека была в порядке, но не могла сделать этого, поэтому она была вынуждена позировать вместе с Адрианом. Неудивительно, что снова идея Алии.

И вот они снова здесь. Они не сражались с Рефлектой, но их квами все равно оказались не с тем человеком. Она все еще не знала, как это случилось. Она действительно не думала, что Тикки сделает это специально. А как насчет Плагга? Ее ничто не удивит. Ей нужно будет разобраться с этим позже. Теперь у нее были более неотложные дела, о которых нужно было позаботиться. Например, убедить своего партнера, что делать это снова было не очень хорошей идеей.

Он был прав насчет того, что они могут использовать смятение для своей помощи. Новый злодей явно не ожидал увидеть никого, кроме Божьей коровки и кота Нуара, поэтому он медлил с реакцией, даже под руководством Бражника.

И на этот раз они справились лучше. Во-первых, они знали, чего ожидать. Они были более осторожны с использованием сил другого человека. И в самом начале они решили вместе составить план действий. Это сработало на удивление хорошо. Лучше, чем они пытались перехитрить друг друга и доказать, кто был лучше.

Ей все еще было трудно отказаться от контроля, признать, что она больше не та, от кого все зависит. Но в то же время она испытала облегчение, сделав шаг назад и позволив мистеру Жуку быть в центре внимания. Он признавал, что ей трудно нести ответственность, но в остальном он оказался на удивление хорош в центре внимания. Как будто он привык к тому, что люди тянутся к нему взглядами.

Однако была еще одна незначительная деталь, от которой Маринетт чувствовала себя довольно неуютно. В прошлый раз они были удивлены и растеряны, им пришлось действовать быстро. И она не обратила особого внимания на своего партнера. Но на этот раз, к своему великому огорчению, она поймала себя на том, что постоянно украдкой поглядывает на Мистера Жука.

Ну ладно, а если она признает, что он невероятно хорошо выглядит в этом костюме, не повредит ли это ей? С этим ничего нельзя было поделать. Это была просто правда. Она пыталась убедить себя, что ценит все тонкости его костюма в дизайнерских целях. Но это было еще не все. Он просто хорошо выглядел. - Горячо прошептал тоненький голосок у нее в затылке, но она тут же заткнулась.

Ее также привлекли яркие зеленые глаза ее партнера. Она так привыкла к кошачьим глазам, которые он обычно имел в сочетании с его кошачьим костюмом, что было действительно странно видеть их такими. Это еще больше затруднило ее заставить себя думать:

- Это просто кот, перестань вести себя глупо!

Правда заключалась в том, что она боялась своего новообретенного влечения к партнеру. Она слишком полагалась на свою способность дистанцироваться от их личных отношений, когда они сражались со злодеем. Она должна была сделать это, чтобы хорошо выполнять свою работу. И поскольку они редко проводили много времени вместе до или после битвы, это также помогло ей вообще избежать упомянутых личных отношений. Она должна была это сделать. Поскольку она начала оттаивать, ей стало страшно. Не то чтобы ее сердце было сделано изо льда или чего-то еще, но она притворялась, что это так, когда дело доходило до разговора. Потому что позволение любой слабости означало, что она упадет тяжело, слишком быстро для того, чтобы контролировать себя. И, похоже, это уже происходило без ее согласия. И этот костюм ничуть не помог делу.

Маринетт тряхнула головой, пытаясь прийти в себя. Сейчас было не время и не место думать об этом.

Мистер жучок воспользовался ее рассеянным состоянием и внезапно оказался слишком близко к ней на крыше, где они остановились, чтобы перевести дух, прежде чем расстаться.

- Ч-что ты делаешь? - ей удалось выбраться. Он не был хорош для ее самообладания!

- Я чувствую, что тебя что-то беспокоит. И у меня есть ноющее чувство, что это как-то связано со мной. Так скажи мне. Это было бы лучше, чем делать вид, что его там нет и проблема сохраняется.

То, как он это сказал. Все спокойным и размеренным тоном. Как будто это действительно имело смысл. Никаких поддразниваний, никаких ухмылок. Это было действительно обезоруживающе. И поэтому она действительно сказала это.

- Я нахожу тебя слишком отвлекающим в этом костюме.

Ей сразу же захотелось взять свои слова обратно. Убежать далеко-далеко и похоронить себя под крепостью одеял. Чтобы спрятаться от него и от самой себя. Но было уже слишком поздно.

Сначала никакой реакции не последовало. Наверное, он был ошеломлен. Не удивительно. А потом в уголках его губ появилась улыбка. И это быстро превратилось в усмешку. Он выглядел таким гордым собой. И так очаровательно, добавил этот предательский голос.

- Значит, так я тебе больше нравлюсь. Чем тогда, когда я общаюсь? - он дразнил ее, каким-то образом становясь еще ближе к ней при этом. Еще немного и они окажутся в куче мусора на крыше. Неплохая мысль. Черт возьми!

- Может быть.- пробормотала она, глядя в сторону, щеки ее горели. Она была в ужасном состоянии!

- А как насчет того, что я сделаю это?- сказал он и поднес руку к ее щеке. Держа ее в руках. Поглаживая ее большим пальцем. Притягивая ее взгляд обратно к себе. -Ты позволишь мне это сделать? - Мистер Жук, не болтайте.

Маринетт судорожно сглотнула. Ее ноги дрожали. Она была близка к обмороку. Как такое вообще возможно? Как он мог так повлиять на нее?

Она лелеяла слабую надежду, что их чудесные домики могут пискнуть, сигнализируя, что их время истекает. Так что у них не было другого выбора, кроме как идти своим путем. Но ничего не произошло. Она совершенно потеряла счет тому, сколько минут прошло и сколько осталось. Но отсутствие Гудков было подозрительно. Там обязательно должен был быть хотя бы один. Неужели Плагг и Тикки действительно что-то задумали? Она вспомнила подозрительную улыбку Тикки, когда та вернулась к ней в прошлый раз. Теперь она официально познакомилась с котом, человеком, который был котом, и она была странно самодовольна. Маринетт никогда бы не спросила, она не могла позволить любопытству затуманить ее рассудок. Она не хотела знать, кто такой кот. Так ведь?

И вот теперь она здесь. Она не могла ничего сказать. Она не могла пошевелиться. Или убраться с его пути, когда он наклонится. Или остановить его, когда он коснется ее губ своими. Откуда доносился этот стон? Конечно же, это было не от нее. Но так оно и было. А потом его губы сомкнулись на ее губах, и она почувствовала, как ледяная клетка вокруг ее сердца разлетелась вдребезги. Его больше не держали на улице. Теперь он был в ее сердце и, вероятно, не спешил уходить.

Когда он отстранился, выглядя немного неуверенно, она вздохнула. Пути назад уже не было.

- Я думаю, что с этого момента я буду находить тебя столь же отвлекающим, как и кот, - сказала она.

Он улыбнулся, сначала неуверенно. А потом счастливая улыбка, такая широкая, что она ослепила ее. Она рассмеялась, когда он притянул ее к себе для крепкого объятия и фактически сбил с ног, кружась вокруг с ней в своих руках.

- Я покупаю Тикки все макаруны в Париже, - сказал он, поставив ее обратно на пол.

Она была полностью с этим согласна.