Part 22
Логично, что в последнее время на институт я конкретно забила. Ещё никогда в жизни мне не было так плевать на учёбу, как сейчас. Я была в активном поиске нового института, чтобы поскорее туда перевестись. Нашла в Ярославле тот, где мне хотелось бы учиться. Туда и решила пробовать переводиться.
Ваня моё решение не поддерживал, но понимал, что так будет лучше для меня. А в каком-то случае, возможно, и для него. Он все не мог с этим смириться и практически каждый день дома мне выносил мозги. Поехать он со мной не мог, но и расставаться и быть на таком расстоянии тоже не вариант. А я для себя уже все решила. Каким бы не был итог, но мне нужно отсюда поскорее уехать. Я уже и квартиру нашла. Буду подрабатывать, пока учусь, чтобы у родителей на шее не сидеть. Понятно дело, что деньги они мне будут высылать, но хоть что-то я буду сама себе покупать.
Родителей я оповестила о своём отъезде в самый последний момент. Купила билет на поезд, забрала документы и за день до отъезда рассказала обо всем родителям и друзьям. До этого обо всем этом знали только мы с Ваней.
Уже завтра мне предстоит уехать с этого города и начать абсолютно новую жизнь в другом и незнакомом для меня городе. Учиться, работать. И все это делать самой, потому что близких рядом не будет.
‼️На следующий день‼️
Рано утром я встала для того, чтобы собраться самой. Все мои вещи уже были упакованы в чемоданы, поэтому об этом я не беспокоилась. Сегодня был выходной, поэтому за несколько часов до отъезда я решила зайти к Ване и отсидеться у него, попрощаться с ним. Все-таки за это врямя он стал мне не последним человеком. Он был мне очень важен. А расставаться с ним для меня было само больно, потому что я его любила. Он мне не симпатизировал, я именно любила его. Никогда бы не подумала, что способна влюбиться в своего преподавателя. Так ещё и сначала отпиралась и говорила, что мне все равно кто это будет, а сейчас стою перед его дверью, чтобы попрощаться с ним, обнять, поцеловать его. Сказать, как сильно люблю.
Я знала, что он почти никогда не закрывает за собой дверь, только на ночь. Поэтому смело дёрнула ручку двери и я была права — дверь открыта. Он уже стоял на пороге и ждал моего прихода. Я сразу бросила сумки на пол и рванула в его объятия. Я плакала, плакала неумолимо долго. Меня ничего не успокаивало. Моё лицо распухло от влаги, но с глаз не прекращали слиться слезы. Он успокаивал меня, целовал, но ничего не помогало. Как только я подумала о том, что через несколько часов нам нужно будет разъехаться по разным городам, то меня бросало в истерику.
Ваня усадил меня на свои колени и обнял. Гладил меня по волосам, шептал, что это ещё не конец, и он будет приезжать ко мне. А я знала, что мы потеряем связь. Отношения на расстоянии невозможны, как ни крути. Это слишком трудно. Даже не физически, а морально. Я не выдерживаю такого, да и все люди рано или поздно сдаются.
— Милая, мне самому очень тяжело... Пожалуйста, не расстраивай меня ещё больше. А то я сейчас сам заплачу. И будем с тобой на пару сидеть и реветь до твоего отъезда. И вообще сдался тебе этот Ярославль?
— Сдался, зай. Мне нужно уехать, пока Ася не добралась до ректора. Потом же будет хуже и мне, и тебе. Тебе бы тоже по-хорошему уехать как можно скорее отсюда.
Он только улыбнулся. Видимо, его умилило то, как я его назвала. Я взяла его за лицо и поцеловала, параллельно смеясь. Он уже ничего не говорил, а только наслаждался нашим обществом и гладил меня по коленке. Выше его руки не позволяли себе подниматься, да и не время было. Я понимала, что до большего мы уже вряд-ли доберёмся, но сейчас точно было не до этого. Нужно было максимально долго пробыть друг с другом, чтобы потом хоть как-то отлегло. Хотя, с ним не отляжет. Уж слишком я его люблю!
— Ты у меня такая красивая! — он громко чмокнул меня в щеку.
— А ты какой красавец!
Мы ещё долго сидели и нежелись друг с другом, но как только настало время расставания, то моя кислая мина вернулась на свое прежнее место. Глаза были на мокром месте, а он нес мои чемоданы в машину. Сегодня у него вечером будут гонки. И никто не знает, будет ли там Ася.
Родителям я специально сказала, что поезд на несколько часов раньше и чтобы они меня не провожали. Мы попрощались и я просто спустилась к Ване, чтобы провести время с ним. А сейчас я уже стою вместе с ним на пероне, и мы ждём моего поезда. Он уже сам чуть ли не плачет, когда видит, что приближается поезд. Я кидаюсь к нему на шею с обнимашками, и обвиваю его торс ногами, пока он держит меня за талию и целует моё лицо. Долго нам так не пришлось стоять. На нас начали странно поглядывать люди и поезд стоял недолго. Вот и пришлось быстро попрощаться.
Когда я уже села в поезд, то в окне увидела своего Ваню. Он смотрел на меня своими щенячьими глазами. Я видела, что они у него блестят при виде солнца и поняла, что он сейчас тоже будет плакать. Я посмотрела на него и улыбнулась, чтобы его не расстраивать ещё больше. Поезд тронулся, и он шёл за ним до последнего, потом бежал и махал мне. В конечном итоге расстались мы хорошо, но вот я будто потеряла частичку себя. Оставила её в своём родном городе, в который больше, возможно, уже никогда не вернусь. Отучусь, найду работу. Может, мне в Ярославле так понравится, что я там и останусь жить. Кто знает.
В поезде я сидела и плакала. Мне жутко не хватало рядом Вани, который бы точно унял мою боль. Но вот именно его я там и оставила. Мы дали себе обещание, что будем переписываться и созваниваться до того момента, пока снова не встретимся в одном городе и не будем видиться. Конечно, то, что он или я могли приезжать никто не отменял, но нам хотелось поскорее закончить весь этот ад и вернуться друг к другу, уж слишком мы прикипели.
